Карен Линч – Ладья (страница 44)

— Как минимум, следующие несколько недель я пробуду дома, и Джесси знает, что она может звонить мне в любое время.

Родители заметно расслабились, и я с благодарностью посмотрела на Мориса.

— А теперь расскажи нам больше о камне богини, — попросил папа. — Ты сказала, что он не оказывает никакого влияния, но я опасаюсь многих предметов, которые исходят из мира фейри.

— Лукас сказал, что о камнях есть только легенда. Никто не знает, как они работают, и насколько ему известно, ни один из фейри Высшей расы никогда не был благословлён камнем богини. Я взяла камень у келпи, так что, возможно, он прикрепился ко мне по ошибке, — я прикоснулась к камню в волосах. — И могу сказать, что ни в одной из прочитанных мной книг, ни в архивах Библиотеки Конгресса, я не нашла никаких упоминаний о нём. Единственное место, где можно было бы ещё посмотреть записи, это Агентство, но им я не расскажу об этом.

Мама кивнула.

— Агентство имеет привычку слишком остро реагировать на то, что они не могут понять или контролировать, — она посмотрела на Мориса. — А ты что думаешь на этот счёт?

— Я согласен, что не стоит уведомлять Агентство, пока мы не узнаем больше. Я поинтересуюсь у своей подруги Мелии, слышала ли она что-нибудь об этом, но не уверен, что она сможет что-либо сказать, если даже сам Неблагой Принц не смог.

— Говоришь так, словно во всём Неблагом Дворе только один принц одинёшенек.

Я знала семерых, а Лукас однажды сказал, что у него есть брат.

— Есть просто принцы, а есть один единственный Коронованный, — сказал Морис, вытянув свои длинные ноги.

Казалось, из палаты высосали весь воздух.

— Лукас Коронованный Принц Неблагих?

Морис странно взглянул на меня.

— А ты этого не знала?

— Об этом никогда не говорилось.

Я хотела снова дать себе затрещину за то, что была такой идиоткой, когда дело касалось Лукаса. Многие королевские особы имели охрану, но только монархи и их наследники полноценных личных стражей.

— Кстати о Принце Ваэрике, — мама пригвоздила меня взглядом, от которого я нервозно сглотнула. — Ты сказала, что он предложил тебе помочь в наших поисках, потому что занимался поисками своего друга, но ты так нам и не рассказала, как вообще смогла с ним познакомиться.

Я бросила взгляд на Мориса, но судя по его улыбке, из этой ситуации мне придётся выкарабкиваться самой. Я прочистила горло.

— Я… хм… встретила его у «Тега», когда следовала по зацепке вашего задания, над которым вы тогда работали.

— И откуда ты узнала, что мы собирались пойти в «Тег»? — мама запыхтела. — Теннин!

Я поспешила встать на защиту Теннина.

— Не злитесь на него. Он уговаривал меня не ходить в «Тег», а я не послушала.

Она скрестила руки.

— Продолжай.

— Я увидела Лукаса в «Теге», а второй раз встретила у «Ралстона», куда ходила после того, как нашла твой браслет. Мы постоянно наталкивались друг на друга, и он стал подозрительным, — я вспомнила о ночи, когда Фаолин притащил меня к Лукасу на допрос. Я ни за что не расскажу родителям это. — Он сказал, что слышал о вас, и он посчитал, что ваше исчезновение может быть связано с тем, что искал он. Агентство тянуло кота за хвост, так что я приняла его предложение помочь.

— Если он помогал тебе, где он был, когда тебя схватили и притащили к Рогину? — требовательно спросил папа.

— Днём ранее он был вынужден вернуться в мир фейри, — я затеребила край свитера.

Взгляд мамы стал острее.

— Ты всё ещё поддерживаешь с ним связь?

— Я его вижу время от времени, — я заёрзала на своем стуле. Фаолин мог бы кое-чему поучиться у моей мамы в вопросе как вести допрос. — Фарис болен из-за железа, и я навещаю его раз в неделю.

— Почему ты Принца зовёшь Лукасом, а не его настоящим титулом? — спросила она, продолжая свою инквизицию.

Наконец-то вопрос, на который я могла ответить.

— В нашем мире его знают как Лукас Ранд, и сначала я не знала, что он Принц Ваэрик. Я привыкла называть его Лукасом, и теперь крайне странно думать о нём под другим именем.

Она выглядела довольной моим ответом, и я понадеялась, что она закончила с вопросами. Как только она снова расслабилась, я увидела очаги истощения, формирующиеся под её глазами. Было легко забыть, что родители ещё не оправились, но даже посиделки и разговоры могли выматывать их.

Финч тоже это заметил. Он просвистел и показал ей. «Спать хочешь, мама?»

— Немного, — призналась она, и это признание говорило, что она устала гораздо больше, чем показывала.

«Ты должна поспать», — сказал он ей. «Сон всегда помогает мне».

Она протянула руку и погладила его голубые волосы.

— Это прекрасная мысль, любимый.

Я встала.

— Тем более нам уже пора. Аисла не любит слишком долго оставаться одна.

Я обняла родителей, и мы попрощались. Вновь пообещав им, что я буду осторожна, я запихнула Финча внутрь жакета и ушла.

Морис задержался по просьбе папы, и я с лёгкостью могла предположить о чём он хотел поговорить. Родители собирались попросить Мориса присмотреть за мной, пока он будет в городе. Я любила, когда он был дома, но я надеялась, что он не будет стоять над душой.

Я ехала домой, когда пришло сообщение от Виолетты.

«Ты дома?»

«10 мин», — ответила я.

«Увидимся у тебя».

Виолетта ждала меня у двери на лестничной площадке, когда я приехала домой, и к своему удивлению, я обнаружила, что она была не одна. Менди Уилер, девочка из старшей школы, стояла рядом с ней.

Я не видела Менди с выпускного, как и никогда не видела её в таком виде. Она была одной из тех девочек, которые всегда выглядели так, словно они только что вышли из салона красоты. А сегодня её светлые волосы были убраны назад во взъерошенный хвост, без макияжа и глаза были красными и опухшими от слёз.

— Привет, Менди, — я остановилась перед ней. — Что случилось?

Её губы задрожали, а глаза заблестели от слёз.

— М-мне нужна твоя помощь. Мне больше не к кому обратиться.

Виолетта погладила Менди по спине.

— Джесси поможет тебе, — она встретилась со мной взглядом. — Требуются твои услуги. Объясню всё в квартире.

В полном замешательстве я кивнула и отомкнула дверь. Как только Финч взобрался и спрятался в своём домике с Аислой, я пригласила своих гостей присесть на диван.

— Так, ну рассказывайте.

Менди прижала влажный платок к глазам.

— Мой бывший парень украл Ромео и угрожает продать его.

Её лицо сморщилось, и она начала рыдать, закрыв лицо руками.

— Что?

Ромео — её маленький Йорк, который был у неё со времён выпуска из средней школы. Менди любила этого пёсика больше всего на свете, и она всегда наряжала его в милые костюмчики и постила его фотки в Инстаграм.

Виолетта ответила за плачущую девушку.

— Менди полгода встречалась с парнем, но на прошлой неделе рассталась с ним. Когда она отказалась вернуться к нему, он украл Ромео и сказал, что продаст его, если она не даст ему второго шанса.

Во мне вспыхнула ярость.

— Ты звонила в полицию?