Карен Линч – Королева (страница 18)

Тот пожал ее.

– Сожалею, что все так обернулось.

Мама отпустила меня и повернулась к Лукасу:

– Тебе не за что извиняться.

Мы вошли в квартиру, и я с облегчением увидела, что телевизор выключен. Мы оберегали маму от любых развлекательных новостей, к которым она и так никогда не проявляла интереса. Она бы разволновалась, если бы увидела, как меня атаковали папарацци, и только одному Господу известно, что случилось бы, если бы она увидела меня с принцем Ризом.

Я бросила сумку на стол и скинула туфли. Издав громкий вздох облегчения, я обернулась и поймала на себе взгляд Лукаса.

Уголки его губ приподнялись.

– Ты хорошо справляешься.

– А ты ожидал увидеть меня взволнованной? – Я повела плечом. – Я никогда не была из числа любителей падать в обморок.

– Это уж точно, – рассмеялся он, и во мне разлилось тепло.

До этого момента я даже не осознавала, как сильно соскучилась по этому звуку.

– Лукас, хочешь что-нибудь выпить? – спросила мама, напоминая мне о том, что мы с ним были не одни в комнате.

Он перевел взгляд на нее.

– Спасибо, но я не могу остаться.

Я принялась снимать с себя его куртку, чтобы скрыть свое разочарование.

– Спасибо, что привел меня домой и все мне объяснил.

Лукас улыбнулся, забирая у меня куртку.

– Мне нужно переговорить с Агентством и уладить пару вопросов. Я вернусь завтра.

– Хорошо, – ответила я, смутившись от того, как рада была услышать от него эти слова.

Он открыл дверь и обернулся.

– Не выходи завтра из дома. Если что-то понадобится, позвони, и один из нас все доставит.

– Мы планируем отсидеться дома несколько дней, – сказал папа за всех нас.

– Я помогу всем, чем смогу. – Лукас посмотрел на меня. – Отдыхай, Джесси. Скоро увидимся.

Глава 6

Дыхание вырывалось густыми клубами пара, и в сумрачной пещере почти ничего не было видно. Воздух был холодным, но я почему-то не дрожала, хотя на мне была лишь футболка и пижамные штаны. Странно.

Я попыталась вглядеться в темноту и пожалела, что у меня не было с собой фонарика. Откуда ни возьмись появился светящийся кристалл, паря в воздухе прямо передо мной. Я потянулась к нему, и, как только пальцы сомкнулись вокруг него, он стал таким ярким, что сумел осветить всю пещеру.

Я обернулась кругом. Пещера была небольшой, с неровным полом и двумя ответвлениями, ведущими в противоположных направлениях. Я не представляла, куда они вели, но что-то потянуло меня в сторону того, что шел влево. Решив послушать свое чутье, я вошла в этот туннель.

Через несколько минут пути пол пошел под уклон, и я поняла, что это был не выход. Но не могла заставить себя развернуться. Что-то в нем взывало ко мне, и я не могла уйти, пока не выясню что.

Я замедлила шаг в той части туннеля, где потолок был настолько низким, что пришлось пригнуться, чтобы пройти. Выпрямившись с другой стороны, я резко остановилась, когда кристалл осветил тупик. Проверила снова, но нашла только твердую каменную стену.

– Замечательно. – Я прижала свободную руку к стене. – Я нашла камень.

Я не сразу осознала, что камень, который должен был быть холодным, оказался теплым под моей ладонью. Наклонившись ближе, я прижалась к стене щекой и почувствовала гул энергии под его поверхностью. Он был приглушен камнем, но я ощущала огромную силу, которая успокаивала и в то же время приводила в ужас. Раздавшийся в отдалении звук вынудил меня повернуть назад. Сделав пару шагов, я внезапно очутилась в другой пещере, а может, у входа в систему пещер. Воздух был холодным, а ветер неистово трепал мои волосы, когда я подошла к обширному выступу, откуда открывался вид, от которого у меня перехватило дыхание.

Я была в горах, выше снежного покрова, и передо мной простиралось одно только голубое небо и вершины гор, вздымающиеся над облаками. Вдали что-то кружило вокруг одного скалистого пика, и, прищурившись, я увидела нечто напоминавшее огромных птиц.

Я размышляла, как, черт побери, тут оказалась и как мне отсюда выбраться, как вдруг небо стало тошнотворно зеленого цвета. Воздух наполнился электричеством, и я отступила от края, едва меня охватило дурное предчувствие.

В горах раздался треск, и я подпрыгнула, когда разряд молнии ударил в гору прямо надо мной. Пещера сотряслась, а я пыталась устоять на ногах, пока с потолка сыпались обломки камня. Прислонилась к стене, а гора вокруг меня начала рушиться.

Я резко села в кровати, всматриваясь в стены своей спальни. Сердце гулко стучало о ребра, будто я пробежала несколько километров, но понятия не имела, что мне такого приснилось, чтобы вызвать подобную реакцию. Я со стоном упала обратно на матрас и закрыла глаза, хотя уже знала, что больше не засну.

Я услышала голоса, доносящиеся из гостиной, и с легкостью различила папу и Мориса. Они обсуждали планы Мориса навестить его семью в Луизиане на следующей неделе, и тут же я поняла, что отчетливо слышала их через закрытую дверь своей комнаты. Видимо, у меня развился слух фейри.

Сбросив одеяло, я встала, оделась и собрала волосы в хвост. Меня никак не переставало удивлять, какими мягкими и послушными они стали. Раньше, чтобы укротить мои волосы поутру, нужна была жесткая щетка и молитва, но, судя по всему, у фейри не бывало растрепанных после сна волос.

Я сморщила нос от запаха жженой грязи, который нахлынул на меня, когда я вышла в коридор. Войдя в гостиную, я бросила полный тоски взгляд на две кружки, стоящие на кофейном столике. Теперь даже запах кофе был мне противен, но я до сих пор помнила, каким он когда-то был для меня на вкус. Вздохнув, я пошла на кухню налить себе стакан сока гилли.

– Где мама? – спросила я, присев на диван.

– Еще спит, – ответил папа.

– Ты рано встал, – сказала я Морису.

Он был совой и предпочитал спать допоздна, если работа не требовала иного. Он взял в руки кружку и сделал глоток.

– Иначе не смогу опередить репортеров по пути в «Плазу». Они как чертовы кровососы.

– Что репортеры делают в «Плазе»?

Прошло три дня с тех пор, как была обнародована история о моем обращении, и я все это время отсиживалась дома вместе с семьей. Мы не смотрели телевизор и не заходили в интернет, а потому я понятия не имела, что там происходило.

– Пытаются накопать на тебя компромат. – Морис поджал губы. – Как только они узнали, что ты охотник за головами, то начали околачиваться там и всех донимать. Очень скоро некоторые из ребят вышли из себя. Вчера Эмброуз ударил парня, который сунул камеру ему в лицо.

– О нет. У него были неприятности? – Меня пронзило чувство вины. Я не понаслышке знала, как сильно охотники недолюбливали чужаков. Могу представить, как они разозлились из-за того, что кучка любопытных репортеров совала нос в их дела.

– Отделался штрафом. Агентство объявило, что вход в «Плазу» закрыт для журналистов и широкой публики на неопределенный срок. Но это не мешает им слоняться у входа.

Раздался гудок автомобиля. Я подошла к окну и увидела с десяток новостных фургонов, припаркованных на нашей улице, и толпу репортеров, перекрывших дорогу такси, которое пыталось подъехать. Задняя дверь такси открылась, и из салона вышла пожилая женщина с огненно-рыжими волосами.

Миссис Руссо направилась к дому, но тут же столкнулась с репортерами. Один из них сунул микрофон ей в лицо, и я зажала рот ладонью, когда она пошатнулась и чуть не упала. Да что не так с людьми, которые позволяют себе так набрасываться на старушку?

Восстановив равновесие быстрее, чем можно было ожидать от женщины ее возраста, миссис Руссо замахнулась на репортеров своей огромной сумкой. У меня вырвался смешок, когда несколько микрофонов разлетелись во все стороны, а сумка зарядила как минимум двоим репортерам по физиономиям. Она прокричала им что-то, что я не расслышала, распрямила плечи и зашагала мимо них к зданию.

За ней никто не последовал. Лукас наложил на наш дом защитные чары, позволявшие входить внутрь только жильцам и их гостям. Он и его люди, разумеется, тоже могли войти.

– Что тебя так рассмешило? – спросил папа.

– Миссис Руссо дала паре репортеров по морде сумкой, которую вечно с собой носит, – прыснула я. – Это научит их не связываться с ней.

Папа с Морисом расхохотались. В молодости миссис Руссо работала на Бродвее и никогда не стеснялась выражать свое мнение. А еще любила носить с собой электрошокер. Репортерам повезло, что она не использовала его против них.

– Мне пора идти. Все равно рано или поздно придется с ними столкнуться. – Морис допил кофе и встал. – А может, стоит попросить миссис Руссо проводить меня до моего фургона.

Я улыбнулась.

– Наверное, она бы с удовольствием это сделала.

Как только он закрыл за собой дверь, на кухне зазвонил телефон. Мы с папой обменялись взглядами, и он пошел ответить на звонок. Два дня назад мы сменили все номера из-за непрекращающихся звонков от репортеров и всяких психов. Никогда не знаешь, сколько на свете сумасшедших, пока не окажешься в центре внимания СМИ. Каким-то образом журналисты снова и снова узнавали наш новый городской номер. Мы договорились, что только папа будет отвечать на звонки, пока все не утихнет.

Я услышала, как он отказался от предложения дать эксклюзивное интервью, и стала ждать, когда он вернется в гостиную. По выражению его лица было ничего не понять, но я заметила проблеск тревоги в его глазах, когда он посмотрел на меня.