Карел Чапек – Библиотека мировой литературы для детей, том 49 (страница 15)

— А что она с этим делала?

— Уносила и прятала.

— А вы проследили, куда она прячет?

— С трудом. Сорока ужасно хитрая птица. Вот те крест! Чистая правда. Украдет что-нибудь и сначала летит не туда, где прячет, а в другую сторону, чтобы никто не выследил. А моя до чего была хитра! И все же я ее перехитрил. У мамы в швейной машине есть ящик, там лежат разные пуговицы. Я взял несколько стеклянных пуговиц и нарочно положил на подоконник. Пуговицы блестели, значит, годились для нашей Качи. Я звал ее Кача. Она свое имя знала, и, когда я звал ее: «Кача!», она тут же была у меня на плече. Так вот, она пуговицы быстро заметила и на них нацелилась. Окно было открыто. Взяла одну в клюв и смотрит, не слежу ли я за ней. А я сел к ней спиной и сам смотрю в оконное стекло напротив, а там, как в зеркале, все видно. Кача заметила, что я ее в стекле вижу, и отлетела подальше. Немного погодя она полетела в сад за домом. Я присел под окном, чтобы она меня не заметила, потом отбежал к противоположной стене и гляжу, что она будет делать в саду. Сорока уселась на яблоню и внимательно посмотрела по сторонам. С яблони слетела куда-то в конец сада, к беседке в кустах сирени. «Ага, думаю, так вот где ее клады, ах ты хитрюга!» Через минуту Кача вернулась, взяла вторую пуговицу и опять смотрит на меня, а я притворился, что ее не вижу. За пятнадцать минут она отнесла все пуговицы.

Когда она вернулась, я ее позвал и запер в комнате, а сам пошел в сад. Осмотрел всю беседку, но нигде ничего. Куда же она все запрятала? Ведь с яблони она каждый раз слетала к беседке. На крыше беседки была деревянная башенка. В башенке четыре окошка, совсем маленькие, для красоты. Я подумал: а может, там? Взял лестницу, влез на крышу, смотрю — так и есть, в башенке целый склад! Все, что у нас пропало, — все было там. И ножницы, вот честное слово! Но там были не только наши вещи: еще две цветных стекляшки и два лезвия для бритья.

— А колечко тоже?

— Ну я же говорю, что все. Все нужные вещи я взял, а ей оставил стекляшки и несколько пуговиц. Только потом случилось вот что. Примерно через неделю пришел я из школы, а Качи нигде нет. Я ее искал, я ее звал. Нет Качи. Наверно, ее кто-нибудь поймал или кошка съела. Кошки за птицами охотятся больше, чем за мышами. Жалко Качу, такая умница была!

— Слышишь?

— Сорока кричит. Наверное, нас увидела, может, у нее тут близко гнездо. Сорока всегда предупреждает всех птиц, когда по лесу идет человек или кошка. Когда наша Кача видела в саду кошку, сразу начинала кричать, и все птицы взлетали на деревья.

— Да, ребята, вы слышали, что кто-то украл у Докоупилов будильник?

— Ну да?!

— Не в будильнике дело, будильник не такая уж ценность для Докоупила, а знаете, что получилось? Говорят, Докоупила забрали в гестапо.

— Как это?

— Ну как, Докоупил истопник на оружейном заводе и вчера должен был работать в ночную смену. После обеда лег поспать и завел будильник. Наверно, поставил на окно. Окно было открыто, и, пока он спал, будильник кто-то свистнул. Докоупил проспал, опоздал, а это саботаж… В гестапо не докажешь, что проспал, потому что будильник украли.

— Я слышал, что будильник у него стоял на комоде, а не на окне.

— Ну и что? Украли-то его через окно.

— Может, сорока?

— Не смеши, Флориш! Сорока! Чтобы сорока унесла будильник? Нет, эта сорока была без крыльев… Будильник не дамские часики!

— Смотрите, ребята, вон идет Франта Смекал.

— Где? Ага, правда, это Франта. Пошли, ребята, спрячемся, — предложил Мефодий.

Мальчики спрятались среди молодого ельника и наблюдали за Франтиком, который задыхаясь бежал по крутому склону.

— Ишь как спешит и озирается, словно чего-то ищет.

— Наверно, он знает, где тут птичье гнездо, — рассуждал Мефодий, — и не хочет, чтобы его кто-нибудь увидел…

Когда Франтик дошел до березы со сломанной вершиной, он остановился и внимательно посмотрел во все стороны, а потом стал что-то искать на земле.

— Ребята, он что-то ищет.

Мальчишки вытянули шеи, чтобы лучше видеть.

— Разгребает листья, — шептал Мефодий. — Ребята, не высовывайтесь так, а то он нас увидит.

А Франтик нашел место, где спрятан будильник, но, перед тем как вытащить его из ямки, еще раз оглянулся по сторонам и увидел головы мальчишек.

— Только их мне недоставало! — проворчал он. — Что теперь делать? Надо быстрее отсюда бежать.

Однако мальчишки сами побежали к нему. Франтик поспешно прикрыл разрытое место еловыми ветками, вынул из кармана перочинный ножик, кинул его в сухой мох и листву и припорошил хвоей.

— Привет, ребята! — воскликнул он, когда они подбежали.

— Привет, Франта! Ты чего ищешь?

— Вчера, во время тревоги, я потерял ножик. Мы тут сидели на пеньке, но я не помню, на каком.

— Ребята, поможем Франте искать, — предложил Ярда, и мальчики принялись обшаривать траву около каждого пенька.

Франтик ругал себя, что бросил нож так близко от пня, у которого был спрятан будильник. Он видел, что Ярда как раз там ищет.

— Послушай, Ярда, вроде мы сидели где-то ниже.

Франтик даже вздохнул с облегчением, когда Ярда отошел от пня и стал искать чуть ниже.

— А ты точно знаешь, что потерял его на пасеке?

— Мы еще были на Ледовом холме, может, я его там потерял.

Франтик был рад, что Мефодий задал этот вопрос. Хорошо бы увести ребят отсюда. А за будильником он придет после обеда.

— Франтик, что я получу за находку? — крикнул Павел и победно показал ножик.

— Вот здорово! Спасибо, Павел, — притворился обрадованным Франтик.

Франтик вытер ножик и сунул его в карман. Что бы такое придумать, как бы поскорее увести ребят отсюда? Мальчишки расселись на пнях, а Мефодий сел как раз на тот, под которым спрятан будильник.

— А вы, ребята, куда собрались? — решил отвлечь их Франтик.

— Никуда, так просто, пришли погулять, — сказал Мефодий, не желая выдавать, ради чего они в лесу. Он знал, что Франтик всегда был против того, чтобы птенцов брали из гнезда.

— Вот здорово, что не нужно в школу!..

— Факт, до конца войны учиться не будем. Папа говорил, что война скоро кончится… А сегодня пушки стреляют еще слышней, чем вчера.

— Говорят, русские уже на Плавских холмах…

— Гораздо ближе. Уже вчера они были у Врановиц и По-зоржиц.

— Знаете, ребята, я так жду, когда Советская Армия погонит немцев из Брно, вот будет на что посмотреть!

— Вряд ли, Мефодий, ты это увидишь. Когда начнут стрелять, мы спрячемся в подвале. При такой стрельбе на улицу носа не высунешь…

— Не все же время они будут стрелять на улицах. Знаете, ребята, немцы роют окопы у Лишковицы!..

— Ав городском лесу?

— Ага, вокруг всего леса окопы.

— Им это не поможет. Как придут русские, говорит наш папа, мигом вылезут из окопов, как мыши из нор.

— Не кричи так, Ярда! Может, кто-нибудь в зарослях сидит и подслушивает.

— Пошли, ребята, выберем местечко, откуда все видно, — советовал Франтик, с ужасом глядя, как Мефодий носком ботинка ковыряет хвою как раз над будильником. Он ковырнул еще раза два, и вот уже показался уголок носового платка, в который был завернут будильник.

Мефодий схватил уголок платка и потянул его.

— Эй, тут под пеньком что-то запрятано! Ребята, будильник! Смотрите, будильник!

Ребята присели рядом с Мефодием, Франтик покраснел как рак, но, чтобы скрыть свою растерянность, удивлялся больше всех.

— А знаете, ребята, может, это будильник Докоупила? — воскликнул Павел.

— Точно, ребята, истинная правда!

— Но тот вроде был с двумя звонками…

— А ты посмотри, вот тут они и были, только их кто-то отвинтил.

— Пошли, ребята, отнесем будильник Докоупиловым.