Кара Смит – Александра. Книга первая. Начало (страница 4)

– Спасибо, – вежливо поблагодарила я Питера и уставилась на полки.

Бегло просматривая названия на корешках, я надеялась, что Питер оставит меня в покое и даст провести время наедине с книгами, но, видимо, парень был из общительных и непроницательных. Его не смущали ни мои короткие ответы, ни хмурая гримаса.

– Ты надолго здесь?

– В городе?

– В библиотеке, – смутился парень.

– Пока не знаю. Надеюсь, получится быстро найти нужную информацию, – я решила не поворачивать голову в его сторону, может, так он поймет, что я слишком увлечена и мне не до беседы.

Питер замешкался, и я догадалась, что он ищет следующую тему для разговора. Похоже, язык намеков давался этому парню с трудом.

– А я тут целыми днями торчу… – тяжело вздохнув, продолжил Питер. – Еще столько всего надо выучить. Хорошо, что в городе есть такая большая библиотека, а то моя семья бы разорилась на книгах, – жаловался Питер. – А где ты остановилась? У тебя здесь кто-то из родных живет?

Я перевела взгляд от книжных полок на Питера, у которого слова неслись быстрее моих мыслей.

– У мисс Браун, на 10-ой улице.

– Так и знал! – просиял парень и поспешил объяснить: – Моя мама дружит с мисс Браун.

Питер улыбался еще более странно, чем раньше, будто разгадал загадку, которая мучила его не меньше недели. Я продолжила делать вид, что тщательно выбираю книги для чтения, и вовсе перестала реагировать на присутствие Питера. Наконец, сработало! Парень оставил меня одну и, бросив мимолетное: «Еще увидимся», скрылся из поля зрения. Я в ужасе посмотрела ему вслед. Он имел в виду, увидимся в библиотеке или у мисс Браун? Надеюсь, первое.

Так… что здесь есть? «Анатомия человека»… «Лабораторная гематология»… «Руководство по психическим расстройствам»…

Задержав взгляд на последней, я вытащила ее из ряда стоявших книг и понесла на ближайший свободный стол. Взяв еще парочку томов о психопатологиях, я удобно расположилась за столом, обложившись стопками книг.

Пара часов, проведенных в мире психиатрических терминологий и диагнозов, и я готова была сделать собственный вывод.

Так, Лекса, давай сопоставим факты.

Я не помню события, произошедшие ранее двух недель назад. Проснувшись в лесу, я не ощущала никакой боли и не была ранена, значит, амнезию не могла спровоцировать травма, ведь ее попросту не было. И это очень странно, я будто просто очнулась в лесу, только без памяти и единого намека на свою личность. Чудо, что меня за ночь не загрызли дикие звери.

Значит, травму можно исключить из списка причин. И теперь у меня осталось два варианта: или амнезию спровоцировал сильнейший пережитый стресс, или серьезная болезнь мозга.

От последнего внутри все сжалось. Может, все-таки неплохо было бы сходить к врачу? Но даже теперь, несмотря на страх, мое сознание вытесняло эту мысль, не желая даже рассматривать ее. Нет, в больницу я пока не пойду.

И все же еще один вопрос остается открытым. Что я делала в лесу? Для меня вполне логично предположение: убегала от кого-то или чего-то. Но от чего и почему в лес…

На секунду я позволила воспоминаниям выйти из подсознания, и перед взором снова проплыли невероятной красоты розово-оранжевые облака, предзнаменующие восходящее солнце. По коже пробежал холодок, и я, закрыв глаза, сделала глубокий вдох и прогнала неприятные мысли. Воспоминание настолько прекрасно, насколько и ужасно. Кому захочется проснуться в лесу одной, не зная, кто ты и где находишься?

Решив, что пора отвлечься от самокопания и бумаг, на которых все буквы уже сливались в одно пятно, я получше рассмотрела библиотеку. Темный зал в коричнево-красных оттенках с явной претензией на английскую классику девятнадцатого века. Стеллажи из того же дерева, что и письменные столы. С высокого потолка свисало несколько витиеватых люстр. На них по кругу были вкручены лампочки, верхушки которых смотрели на потолок.

Мне нравилась эта старинная обстановка, она успокаивала и создавала ощущение домашнего уюта. Возможно, раньше я часто посещала библиотеки.

Бегая взглядом по залу, я увидела Питера, сидящего в компании двух друзей; напротив него сидели две девушки, непрерывно записывающие что-то в блокноты. Питер, заметив, что я на него смотрю, активно помахал мне рукой, чем привлек внимание девушки напротив. Она метнула недовольный взгляд сначала на Питера, потом на меня. Пришлось вежливо кивнуть парню и поспешно отвернуться, но лучше не стало.

Пара, сидящая чуть поодаль, с неприкрытым интересом меня рассматривала. Парень что-то шепнул девушке на ухо, и та без всякой осторожности и, надо признать, довольно нагло принялась рассматривать меня с еще большей внимательностью.

Может, у меня что-то на лице? Я посмотрела в свое отражение в серебристой, как столовые приборы, лампе. Все без изменений, может, только слегка уставший вид от бессонных ночей и безостановочного чтения неизвестных мне терминов. Я снова повернулась к парочке, но на этот раз посмотрела на них менее доброжелательно, вздернув одну бровь и злобно прищурившись, мол: «Чего уставились?» А те и не думали отворачиваться. Ну, может, девушка лишь слегка смутилась, зато ее парень так и прожигал меня взглядом. Надо признать, что он красив. Аристократичные черты лица, симметричные, мягкие, но с ярко выраженными скулами, острым подбородком и широкими темными бровями. Они выглядели черными на фоне его светлых почти белых волос. И что, что он красив? Это не дает ему права вот так нагло рассматривать незнакомых ему людей.

Фыркнув, я решила, что парочка невоспитанных подростков не стоят внимания, и уткнулась взглядом в открытую книгу, продолжив чтение. Неужели в этом городе все настолько уныло, что люди при виде новой девушки готовы забыть обо всех нормах приличия?

В последней книге я прочитала о ретроградной амнезии, которая чаще всего вызвана сильным стрессом или травмирующим событием. Кажется, это мне подходит, ведь я не помню ничего, что предшествовало моменту ее начала, но помню, как меня зовут, и помню, как водить мотоцикл. Получается, со мной могло произойти что-то такое, что нанесло мне достаточное потрясение, чтобы заставить забыть свою личность? Что же произошло в лесу две недели назад?

Смотря в книгу, я осознала, что уже минут десять перечитывала один и тот же абзац, совершенно не вникая в смысл. Пожалуй, нужно обновить ресурсы и сходить за новой стопкой книг, а по дороге собрать разбежавшиеся, как тараканы, мысли.

Вскочив из-за стола, я стала быстро сгребать ненужные мне книги, как вдруг услышала громкий крик справа от себя. Источником шума оказалась та самая парочка, что нагло глазела на меня. К ним подошли еще двое. Жилистый парень и светловолосая девушка. Его кожа хоть и была темной, но не казалась теплой, скорее наоборот, с металлическим отливом.

– Да ладно! – вскрикнул беловолосый, крепко пожимая руку жилистому. Затем парень поднялся со своего места и приобнял светловолосую девушку.

– Т-ш-ш! – зашипела миссис Херб, призывая присутствующих к тишине. Они даже не повернулись к ней, но притихли. Беловолосый сел на место и приобнял свою спутницу, которая отчего-то очень смутилась. Все трое тихо затараторили.

Остановив взгляд на их лицах, я поймала себя на мысли, будто каким-то образом они мне знакомы, а потому я продолжила пялиться на эту компанию.

В тот момент, когда я уставилась на жилистого, он поднял глаза. Парень будто чего-то испугался – именно такая эмоция проскочила в его глазах, когда он взглянул на меня, а следом появилось замешательство. На секунду я задумалась: вдруг мы действительно знакомы. Но парень не спешил подходить, да и выражение его лица, скорее, было настороженное. Он всматривался так, будто на прошлой неделе в его дом кто-то ворвался, и он пытается вспомнить, не я ли это. В сложившейся ситуации, после угона мотоцикла, я бы не удивилась, если бы так оно и было.

– Нашла что-то полезное?

Я вздрогнула, испугавшись внезапного голоса за спиной.

– Ой, прости-прости. Не хотел тебя напугать, – уже не так жизнерадостно, как вначале, произнес Питер.

Опомнившись, я наконец осознала, что уже минут пять как встала со своего места и нагло таращусь на незнакомых людей. А ведь сама осуждала их же за подобное поведение.

Я поспешно отвела взгляд и принялась сортировать книги на те, что я еще полистаю, и те, где я все равно ничего не понимаю.

– Отчасти да, нашла, – ответила я Питеру, подхватывая со стола книги.

Я старалась говорить вежливо, направляясь к стеллажам, ведь парень не виноват, что у меня нет настроения общаться. Питер увязался за мной следом.

– Ты их знаешь?

Внезапный вопрос Питера заставил меня обратить на него внимание. Я проследила за взглядом парня. Он смотрел на компанию, сидящую недалеко от меня, ту самую, с которой у меня пару минут назад случилась зрительная перестрелка, а сейчас они были очень увлечены беседой друг с другом.

– Нет, не знаю. А что?

– Показалось, что вы знакомы. Тайлер так таращился на тебя, совсем уже обнаглел… – в голосе Питера явно слышались нотки неприязни.

– Который из них Тайлер?

– Да вон же, напыщенный блондин, сидит за столом со своей девушкой Мэри.

Блондин обнимал темноволосую девушку, значит, она и есть Мэри. Она тоже была довольно симпатичной. В отличие от своего парня у нее были длинные угольно-черные волосы, спадающие чуть ниже лопаток, острые черты лица, немного вздернутые черные брови. Она сидела, уткнувшись глазами в стол. Ясно читалось, что девушка чувствует себя не в своей тарелке.