Кара Мин – Свёкор. Научи меня любить (страница 2)

— О том, что ты будешь делать. Ты решила?

Анна отодвинула тарелку. Аппетит пропал.

— Я не знаю. Вчера была уверена, что разведусь молча. Сегодня... — она запнулась. — Сегодня мне хочется позвонить ему и наорать.

— Не звони, — отрезал Герман. — Он ждёт именно этого. Хочет, чтобы ты сорвалась. Тогда он сможет выставить тебя истеричкой перед общими знакомыми, перед судом, если дойдёт до суда. Ты знаешь его логику.

Анна знала. Кирилл был мастером переворачивать любую ситуацию так, чтобы виноватыми оказывались все, кроме него. Он мог опоздать на три часа — и сделать виноватой её, потому что она «не напомнила». Мог забыть о годовщине — и обвинить её в том, что она «слишком давит». Это работало годами. Годами она оправдывалась перед ним за то, в чём не была виновата.

— Тогда что? — она подняла на Германа глаза. — Сидеть и ждать, пока он подаст на развод сам? Играть в молчанку?

— Нет. Ты можешь ударить первой. Но для этого нужно подготовиться. Я дам тебе юриста. Хорошего. Не из тех, кого знает Кирилл.

— Почему вы это делаете? — спросила Анна в упор. — Он ваш сын.

Повисла пауза. Герман долго молчал, глядя в чашку. Потом поднял взгляд.

— Я люблю сына, — произнёс он медленно. — Но я не уважаю его. Это разные вещи. Я понял это давно. Он рос эгоистом, и в этом есть моя вина. Я мало им занимался после развода. Откупался подарками. Результат ты видишь.

Он замолчал. Анна ждала.

— Ты — лучшее, что было в его жизни, — сказал Герман тише. — А он этого не понял. Променял на интрижку с коллегой. Я не собираюсь покрывать его только потому, что он носит мою фамилию.

У Анны сжалось горло. Она не ожидала этих слов. Она ждала какого-то оправдания, защиты — пусть неловкой. А он говорил о Кирилле так, словно выносил приговор.

— Спасибо, — выдохнула она.

— Не благодари пока, — Герман поднялся. — Я сказал, что делаю это не из благородства. Просто не терплю, когда пропадают ценные вещи.

Он отошёл к окну. Встал спиной, засунув руки в карманы домашних брюк, и смотрел на заснеженный бор. Анна смотрела на его спину и чувствовала странное тепло — не благодарность, нет. Что-то другое. Ощущение защиты. Ощущение, что кто-то взял её сторону не из вежливости, а потому что так решил. Так захотел.

— Чем займёшься сегодня? — спросил он, не оборачиваясь.

— Не знаю. Может, пройдусь.

— Иди. Тропа вдоль озера расчищена. К обеду возвращайся. Я позвоню юристу, он приедет завтра утром.

Анна кивнула, поднялась. Уже у двери остановилась.

— Герман Александрович.

— Да?

— Почему вы не женились снова? После развода?

Он обернулся. Взгляд стал другим — глубже, тяжелее.

— Потому что не встретил женщину, с которой захотелось бы просыпаться каждое утро, — он выдержал паузу и добавил едва слышно: — До недавнего времени.

У Анны всё оборвалось внутри. В очаге треснуло полено, выбросив сноп искр. Она не нашлась что ответить. Просто вышла на крыльцо, в морозный воздух, и глубоко вдохнула, чувствуя, как колотится сердце.

Она шла по тропе вдоль озера и думала. Думала о том, что пять лет убеждала себя в нормальности того, что нормальным не было. Думала о том, как Кирилл ни разу не спросил, чего она хочет. О том, как он принимал её заботу как должное. О том, как она сама позволила этому случиться.

И ещё думала о Германе. О том, как он смотрел на неё за завтраком. О том, как его слова повисли в воздухе: «до недавнего времени». Это могло ничего не значить. Или значить всё.

Ко второй половине дня погода испортилась. С севера потянуло сыростью, небо затянуло серым, пошёл мелкий дождь со снегом. Анна вернулась в дом, раскрасневшаяся с мороза, и застала Германа в гостиной — он разбирал какие-то бумаги, разложив их прямо на обеденном столе.

— Замёрзла? — спросил он, не поднимая головы.

— Есть немного.

— На кухне чай. Иди грейся.

Анна налила себе чаю, но вернулась в гостиную. Села в кресло у камина, поджав ноги, и молча смотрела, как он работает. Герман писал что-то от руки — быстро, размашисто. Иногда останавливался, перечитывал, вычёркивал. Эта сосредоточенность завораживала. В нём чувствовалась сила — не показная, а настоящая, взрослая, мужская.

— Что вы пишете? — спросила она наконец.

— Составляю список документов для юриста, — ответил он. — И прикидываю, что может использовать Кирилл. Он наверняка попытается оспорить раздел имущества. Нужно подготовиться.

— Вы так спокойно об этом говорите. Будто о бизнес-сделке.

— Потому что развод и есть сделка, — Герман отложил ручку и посмотрел на неё. — Чувства кончились. Остались активы. И тот, кто лучше подготовлен, выходит с меньшими потерями. Ты хочешь выйти с меньшими потерями?

— Хочу.

— Тогда перестань жалеть себя, — сказал он жёстко. — Жалость — плохой советчик. Она заставляет сидеть и ждать, когда всё решится само. А само — не решится.

Анна сжала чашку в ладонях. Внутри всё сжалось, но она понимала — опять прав.

— Мне страшно, — призналась она тихо.

— Знаю, — ответил он. — Но страх проходит. А унижение остаётся надолго.

Вечером снова сидели у камина. Герман пил коньяк, Анна — всё тот же чай. Разговор перетёк в другое русло — о её работе, о его клинике, о том, как странно поворачивается жизнь.

— Вы жалеете о чём-нибудь? — спросила Анна.

Герман усмехнулся.

— Жалею, что мало видел, как растёт сын. Жалею, что поздно понял про его мать. Жалею, что не встретил кое-кого раньше.

Он посмотрел на неё. Прямо. Открыто.

— Герман Александрович... — начала она.

— Герман, — перебил он. — Просто Герман. Я не на приёме.

— Герман, — повторила Анна, и это имя прозвучало иначе, чем раньше. Интимнее. Опаснее.

Она поднялась.

— Я, пожалуй, пойду.

— Иди, — сказал он. — Но дверь не запирай.

Анна застыла. Сердце забилось часто, тяжело. Она смотрела на него, он смотрел на неё. В камине трещали дрова. Дождь барабанил по крыше. В доме было тепло, тихо и так напряжённо, что воздух, казалось, можно резать ножом.

— Спокойной ночи, — произнесла она.

— Спокойной, — ответил он, и в его голосе прозвучала усмешка — не злая, но тёмная, много обещающая.

Анна поднялась по лестнице. Закрыла дверь в гостевую. Замок остался нетронутым.

Она лежала в темноте и смотрела в потолок. Сон не шёл. Она прислушивалась к звукам дома. Шаги Германа внизу. Скрип половиц. Тишина.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.