Кара Мин – Кавказцы. Близнецы для скромницы (страница 2)

Артур, сев рядом, чуть подался к ней:

— Видишь, Зина, здесь всё просто: мы хотим — нам дают. Мы говорим — выполняют.

Рустам подлил ей шампанского:

— И сегодня наша цель — чтобы и ты это поняла.

В этот момент Зина остро ощутила — рядом не просто два брата. Это люди, которым принадлежит пространство, люди, чьё влияние чувствуется в каждой детали, и которым привыкли не отказывать.

Глава 2

Рустам чуть подался к ней, его голос был тихим, но в интонации — сталь:

— Сядь глубже. Левую ногу на правую. Спина — прямая. Не сутулься. Возьми бокал… но не шампанское, вино. Красное.

Он не отводил взгляда, пока она, чуть замедлившись, переставляла ноги и поправляла осанку. Пальцы на её локте легли легко, но их хватка чётко говорила: “это не просьба”.

Артур, сидевший напротив, откинулся на спинку кресла и, не мигая, наблюдал за каждым её движением. Он медленно сделал глоток виски, поставил стакан и произнёс, почти лениво:

— Ну? Ты умеешь слушать?

Зина взяла бокал вина. Внутри всё сжалось, но она сделала глоток.

Молчание повисло на пару секунд. Уголки губ Артура чуть дрогнули — не улыбка, скорее отметка, что проверка пройдена.

— Умница, — тихо сказал Рустам, но в его тоне было меньше похвалы, чем предупреждения.

Она поняла: здесь не задают лишних вопросов. Здесь достаточно одного взгляда, чтобы понять, что будет, если ослушаться. И этот взгляд она уже видела — в глазах обоих братьев.

Вино оставило во рту терпкий привкус, а в груди — странную смесь унижения и какого‑то непрошеного трепета. Зина даже на миг забыла, кто она здесь. Чувствовала, как их взгляды проникают под кожу, оценивают, раскладывают её на части, проверяют каждое движение.

Рустам чуть приблизился, запах его парфюма смешался с ароматом вина. Он не коснулся её снова, но сам его силуэт давил не хуже руки на локте. Артур всё так же сидел в кресле, медленно покачивая стакан, и взгляд его был не рассеянным — он был точным, просчитывающим, как у того, кто уже решил, что с тобой будет дальше.

Она всем телом понимала, что оказалась внутри их правил. Здесь тон был низкий, слова — редкими, а ошибки — непозволительны. И почему‑то это осознание лишь острее впрыснуло адреналин в кровь.

Она сделала ещё маленький глоток, стараясь, чтобы рука не дрогнула.

— Хорошо, — тихо сказал Артур, — теперь медленно повернись влево. Посмотри на брата.

И даже до того, как она подчинилась, она поняла: сейчас начнётся что‑то, от чего пути назад уже не будет.

Она повернулась — медленно, как велел Артур. Рустам встретил её взгляд, не моргнув. Он смотрел так, будто в этом взгляде был зажат металлический крюк, и она сама вцепилась в него, не в силах отвести глаза.

— Сколько у тебя было мужчин? — спросил он почти ровно, но в тоне была та особая интонация, от которой внутри всё съёживается.

Она моргнула, пытаясь перевести дыхание.

— Я… — слова застряли в горле.

— Не ври, — вмешался Артур, не убирая взгляда. — Мы видим, когда лгут.

Они переглянулись на секунду — короткий, почти незаметный жест, как у охотников, которые уже решили, кто добьёт добычу.

— Кто из них был лучшим? — Рустам слегка склонил голову, и в его голосе не было ни капли любопытства, только холодное тестирование.

Она почувствовала, как в щеках разливается жар. Словно они вдвоём медленно стягивали с неё защиту, слой за слоем, и делали это так согласованно, что у неё не оставалось шансов.

Артур подался вперёд, локти на коленях, его глаза впивались в неё, как острые клыки:

— И что он делал с тобой такого, что ты помнишь до сих пор?

Тишина в комнате стала вязкой, липкой. Она сглотнула, но пересохший рот почти не слушался. Она знала, что любое слово, которое сорвётся с её губ, станет для них ещё одним крючком, за который они будут тянуть дальше.

Рустам откинулся в кресле, но взгляд не убрал. Артур, не говоря ни слова, протянул руку:

— Телефон.

Она моргнула, не сразу поняв.

— Зачем?

— Безопасность, — ответил он так, будто это было единственным возможным объяснением. — Здесь твой телефон тебе не нужен.

— Но… — она попыталась возразить, но Рустам уже встал, плавно подошёл и, не дотрагиваясь, просто протянул ладонь. Это движение было настолько уверенным, что отказать казалось нелепо.

Зина почувствовала, как все внутри сжалось, но пальцы сами достали телефон из сумочки. Он исчез в кармане Артура, как будто его никогда не существовало.

— Так лучше, — сухо сказал Рустам, возвращаясь на место. — Теперь никто не будет отвлекать.

Они больше не смотрели на телефон. Эта деталь уже не имела значения — они знали, что теперь она полностью в их пространстве.

Рустам откинулся глубже, положив одну ногу на другую. Его взгляд медленно скользил по ней, ленивый и в то же время цепкий. Артур налил что-то в узкий бокал, и янтарная жидкость мерцнула в полумраке. Музыка здесь была едва слышна — лишь низкий бас, отдающийся в теле, как собственный пульс.

— Пей, — Рустам не спрашивал, он констатировал.

Зина сжала колени, будто хотела стать меньше, исчезнуть, но стекло в её пальцах оказалось тёплым, и почему-то рука не дрожала. Он видел это.

Артур переместился ближе, сел почти вплотную, и его колено коснулось её бедра. Тепло через тонкую ткань платья было обжигающим.

— Расслабься, — сказал он тихо, почти вкрадчиво, и чужая ладонь легла ей на шею, большим пальцем медленно поглаживая линию скулы.

Её дыхание сбилось. Она хотела сказать «нет», но губы лишь чуть дрогнули.

— Ты ведь понимаешь, — Рустам наклонился вперёд, и их лица оказались опасно близко, — здесь все решения уже приняты.

Она попыталась отвести взгляд, но Артур чуть сжал её шею, заставляя поднять глаза.

— Не бойся... — его голос был тихим, но твердым. — Ты же сама зашла.

Зина знала: дверь за её спиной была заперта, а игра, в которую они втянули её, — только начинается. И — страшно признаться даже самой себе — где-то глубоко внутри уже распускался влажный, горячий клубок ожидания.

Артур чуть подтянул её к себе, и ткань платья натянулась, обрисовав линию её бёдер. Рустам, не отрывая взгляда, медленно провёл пальцем по краю её колена, будто проверяя, как быстро она вздрогнет. Она вздрогнула.

— Вот так… — тихо сказал он. — Чувствуй.

Его рука поднялась выше, скользнула по внутренней стороне бедра, не касаясь напрямую, но оставляя за собой дрожащую дорожку жара. Артур всё это время держал её подбородок, не давая отвернуться, заставляя смотреть прямо в глаза Рустаму.

— Ты ведь понимаешь, что можешь выйти… — Рустам слегка усмехнулся, — но не хочешь.

Она хотела возразить, но голос застрял где-то в груди. Вместо слов вырвался тихий, почти неслышимый вдох. Артур заметил — уголок его рта дернулся в довольной ухмылке.

— Скажи, что нет, — он чуть наклонился к её уху, и тёплое дыхание обожгло кожу. — Скажи, и мы отпустим.

Её глаза метнулись от одного к другому, но губы не открылись. Молчание стало признанием.

Рустам медленно встал, подошёл ближе, и теперь оба были рядом. Их тепло окружило её, как замкнутое кольцо. Артур убрал ладонь с её шеи и провёл пальцами по ключице, спускаясь ниже, к вырезу платья. Рустам, стоя за её спиной, коснулся тыльной стороной пальцев её руки, медленно скользя вверх к плечу, а потом — к линии шеи.

Зина чувствовала, как сердце бьётся слишком быстро. Внутри всё протестовало — но в самой глубине что-то жадно тянулось навстречу.

— Хорошая девочка, — произнёс Рустам у самого уха, и его голос был низким, густым, почти физическим. — Теперь ты с нами.

Его слова повисли в воздухе, как тёплое облако, обволакивая Зину, заставляя её кожу покрываться мурашками. Рустам не убирал руку с её шеи, его пальцы скользнули ниже, к плечу, а затем к завесу волос, мягко отводя их в сторону, чтобы открыть уязвимую линию. Артур, стоя напротив, уже расстегнул верхние пуговицы её платья, и ткань осела, обнажая кружевной край корсета. Воздух в комнате казался густым, насыщенным их общим дыханием, и Зина чувствовала, как её тело предаёт её — соски затвердели под тканью, а между ног разгорался огонь, против которого она больше не боролась.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.