Кара Линн – Останься (страница 7)

– У подножия каменистый грунт, а в нем есть неровности и карманы, упасть в которые мне бы не хотелось. Сейчас вся гряда завалена плотным слоем снега. Я не смогу определить, где под ним скрывается опасность.

Он еще раз огляделся по сторонам, щурясь от бликов, отбрасываемых солнечными лучами.

– Значит, поход затягивается?

Я с какой-то тихой тоской подумала о том, как скоро я смогу принять горячий душ или поспать в нормальной кровати. Должно быть, этот безумный поход будет самым большим испытанием в моей жизни.

– Ты куда-то торопишься? – С насмешкой произнес спаситель.

– Ну что ты. Я с радостью проведу рядом с тобой лишние пару дней, – язвительно парировала я.

В его лице вновь на мгновение промелькнуло что-то странное, когда он обернулся и бросил короткий взгляд куда-то поверх моей головы.

Признаюсь честно, если бы сейчас вокруг царила весна и сносная погода, то я бы, наверное, действительно не отказалась задержаться у горы подольше. Должно быть, в теплое время года здесь очень красиво. Летом у подножия наверняка раскидывается живописная зеленая поляна с дикими цветами, а вечнозеленый лес смотрится не так отталкивающе и сурово.

Но сейчас здесь царил холод и безжизненная серость. И задерживаться здесь, пусть и на один лишний день, мне бы совсем не хотелось.

– Рад это слышать. Путь в обход займет не меньше недели.

– Не-недели? Недели?!

У меня как будто что-то оборвалось внутри. Я в ужасе замерла на месте, пытаясь прийти в себя. Стало жарко, показалось, что мне не хватает воздуха. Хотя здесь его было более, чем достаточно. Целую неделю продираться сквозь снег, с трудом переставляя ноги по сугробам, огибая горную гряду. Без горячей воды, без теплой постели, без всего! У меня начало темнеть в глазах.

«О господи, ну почему я не умерла ночью там в лесу?»

В носу предательски защипало, пейзаж вокруг смазался. Я стояла внизу серых скал, словно смешное и отвергнутое миром ничтожество, одинокое и беспомощное среди невыносимых условий здешнего края.

Я не могла вернуться, потому что я просто не нашла бы дороги назад, а мой суровый спаситель вряд ли согласился бы тратить на меня свое время. Я не сомневалась ни секунды, что не выдержу здесь и пары суток, о какой неделе могла идти речь? Я просто устану до такой степени, что упаду замертво в рыхлый снег. И мое тело останется здесь навечно.

Сейчас я ненавидела все, что могла разглядеть за колеблющейся пеленой своих отчаянных слез. Я ненавидела и эти горы, и бескрайние снежные поля, и оставшиеся позади темно-зеленые деревья. Но больше всего я ненавидела его, человека, который вынудил меня сейчас оказаться здесь. Который не оставил мне никакого выбора. Он без спроса и моего согласия заставил столкнуться с чем-то доселе мне неведомым, чем-то огромным и страшным. С тем, к чему я не была готова.

Я тихо роняла крупные слезы в сугроб, застыв на месте. Мужчина молча смотрел в мое лицо, хмурясь и спрятав руки в карманы куртки. Кажется, он и сам уже всерьез жалел о том, что взял меня с собой. Но мне было все равно. Плевать, что он думает сейчас обо мне, меня это волновало меньше всего на свете.

– Что ты здесь делаешь? – Внезапно спросил он.

Его глаза продолжали сверлить мое заплаканное, начинающее замерзать лицо. Его странный вопрос на секунду ошеломил меня, заставив прекратить рыдания. Я шмыгнула носом, стряхнула ладонью капли со своего подбородка.

– Что?

– Зачем ты приехала сюда?

Мне нечего было ответить. Да и зачем мне давать ответ на этот вопрос? Он явно считает меня сумасшедшей. Или, как минимум, странной. Что бы я не сказала ему сейчас, он просто решит, что я спятившая и взбалмошная южанка, не знающая настоящей жизни, притащившаяся сюда в поисках острых ощущений.

Открыть ему правду и излить душу, выложив карты на стол? Объяснить, что за последние месяцы моя жизнь укатилась в пропасть? Что я похоронила ребенка, потеряла работу, семью и смысл своего существования? Что я притащилась сюда от отчаяния, находясь на грани того, чтобы наложить на себя руки?.. Зачем?

– Решила попутешествовать.

– Другого места для этого не нашлось?

По интонации его голоса я поняла, что он не поверил мне. Но решил то ли подыграть, то ли ему было совсем неинтересно докапываться до правды.

– Люблю дикую природу, – буркнула я в ответ, вытирая глаза краешком безразмерного свитера.

– Это заметно.

Повисло неловкое молчание. Я таращилась куда-то сквозь серые скалы, в голове было пусто. Зато у моего сопровождающего, судя по всему, мозговая деятельность кипела. Он явно о чем-то всерьез размышлял, продолжая изучать меня глазами.

– Я не поведу тебя обратно, – наконец, вымолвил он.

– Кто бы сомневался.

– Мы продолжим путь.

– Иди без меня.

– А ты заночуешь здесь в снегу?

– Именно.

Подтверждая его слова, я тут же свалилась спиной в сугроб, обмякнув, словно пустой мешок. Лицо наполовину завалило снегом, сугроб оказался глубоким, рыхлым и мягким. Я закрыла глаза и раскинула руки в стороны.

Вот она, моя граница. Моя финишная черта. Я достигла своего лимита. Больше бороться у меня нет сил. Не за чем.

– Поднимайся. Скоро стемнеет, нужно успеть обогнуть скалу с другой стороны.

– Нет.

Обогнуть скалу, куда-то идти, стемнеет… О чем он вообще говорит? Неужели не понятно, что мне плевать? Сейчас мне безразлично абсолютно все. Даже если бы из леса выбежал медведь и начал разрывать меня своими когтями. Мне просто все равно. На все. Совершенно…

– Поднимайся, я сказал.

Я не ответила. Пусть идет, куда ему нужно. Как будто я его держу.

– Вставай.

Голос прозвучал настолько резко, словно это дикий разъяренный зверь зарычал откуда-то из дебрей норы. Я слегка поежилась. То ли от этой интонации, то ли от того, что мне становилось холодно лежать в снегу.

– Я тебя ненавижу.

Слова сами вырвались из меня, и я удивилась тому, что внезапно произнесла. Это было смешно, ведь мы были чужими людьми, едва знакомыми. К тому же, он действительно меня спас, отрицать это было глупо. Но…

Я услышала, как рядом захрустел снег. Он шел ко мне.

«Сейчас запинает меня своим ботинком до полусмерти. А потом уйдет…»

Но меня ничуть не волновало то, что ждало меня сейчас. Я продолжала лежать с закрытыми глазами, практически не дыша. Мне хотелось, чтобы он просто ушел. Убрался прочь, оставив меня здесь одну.

Резкий рывок заставил распахнуть глаза. Я ощутила жгучую боль где-то пониже своих лопаток, а потом мое тело очутилось у него на плече. Рядом виднелась натянутая лямка огромного рюкзака, а внизу увязали в снегу его темно-коричневые ботинки.

– А ну отпусти!

Я попыталась вырваться, но он продолжал невозмутимо идти вперед, придерживая меня одной рукой. Мой живот упирался в его набитый до отказа рюкзак. Должно быть, ему было очень непросто так быстро продвигаться по сугробам, волоча на своей спине столько груза.

Он молчал и шел вперед. Я попыталась пинать его спину своими коленями, но рюкзак не давал мне этого сделать. Затем я несколько минут плотоядно щелкала зубами рядом с его шеей, чтобы вцепиться в нее изо всех сил. Но он просто убрал голову в другую сторону, не замедлив свой ход. Я висела на его плече, как подстреленная вялая добыча, а он резво шел вперед, загребая носками ботинок белоснежные комья.

Затем я начала кричать. Я вопила сперва протестующе и истерично, срываясь на визг. А затем из меня полез какой-то животный, душераздирающий рев. Я болтала ногами, доставляя ему все больше неудобства, пыталась лишить его равновесия, повалить на мерзлую землю. Но он все так же молча шел дальше. Это длилось долгих полчаса, а потом силы покинули меня.

Судорожно выдохнув, я начала возмещать недостаток кислорода после своей истерии, жадно глотая воздух. У меня закружилась голова, все потемнело перед глазами. А потом глаза закрылись сами собой. Стало спокойно, очень легко и тихо.

Только звериное медвежье сердце тихо постукивало откуда-то издалека. И умиротворенно скрипел снег под подошвами чьих-то ботинок…

Глава 5

«В медвежьей шкуре»

Я пришла в себя, когда вокруг уже начинало темнеть. Снег стремительно окрашивался в темно-синий, небеса над головой сбрасывали на землю густой сумрак.

Я уселась и огляделась по сторонам. Мы находились под каким-то ветхим навесом, в котором зияли огромные дыры. Сквозь них я видела и глубокое, практически бездонное вечернее небо, и зажигающиеся по очереди далекие звезды.

Рядом весело похрустывали ветки в огне. В свете костра сидевший рядом мужчина казался огромным и неприветливым диким зверем. Он сурово вглядывался куда-то сквозь оранжевую пляску пламени, уложив ладони на свои колени.

– Где мы?

Я разглядела жалкие останки кирпичных стен, груду каких-то камней и полуразложившихся досок. Должно быть, именно из них Кир и распалил костер.

– На заброшенной лыжной базе.

Он не поднял головы. Я заметила, как вздулись вены на его широких кистях, что сейчас высовывались из-под рукавов зимней куртки. Наверное, он очень долго нес меня на себе и порядком устал. На какие-то доли мгновения мне даже стало стыдно, а где-то в глубине грудной клетки затрепеталось странное чувство, похожее на жалость.

– Что мы здесь делаем?