Кара Хантер – Выхода нет (страница 12)
Я уже, наверное, в сотый раз проверяю свой телефон, когда в дверь стучится Гис.
– Этот мобильный в доме, – начинает он. – Тот, что был на зарядке в кухне…
Я продолжаю смотреть на экран своего телефона. От Алекс ничего нет. Все еще.
– Так вот, получается, что он принадлежит ей. – Он чуть повышает голос. – Жене.
Теперь я уже слушаю его. И очень внимательно.
– Значит, возможно…
– Думаю, что она все еще там. – Сержант кивает.
– Боже! – Я бросаю собственный телефон на стол.
Гислингхэм делает шаг вперед и кладет передо мной распечатку.
– Мы тут поработали с данными о звонках с мобильного Эсмонда. Последний раз он пользовался им во вторник в час пятнадцать дня, когда звонил в банк. В то время Эсмонд уже был в Лондоне. Потом телефон отключили, и вновь он заработал в десять тридцать пять вечера в среду.
– В среду? В тот вечер, когда произошел пожар?
– Правильно. И находился он где-то в районе Тоттенхэм-Корт-роуд[40].
Дальше ничего объяснять не нужно: Эсмонд находился на расстоянии пятидесяти миль от дома в то время, когда пожар уничтожил его жилище и его семью. И тот, кто устроил этот пожар, вполне мог об этом знать.
– Телефон работал где-то около часа, – продолжает Гислингхэм. – Эсимонд опять выключил его в одиннадцать сорок пять вечера. И за все время работы телефона никуда не звонил, и ему тоже никто не звонил.
– И это всё?
– С тех пор аппарат выключен. – Сержант кивает.
– А звонки за последние три месяца? Есть что-то необычное?
– Бакстер просмотрел журнал, но не смог обнаружить никаких закономерностей. – Гис листает пачку распечаток. – Обычно он по несколько раз в день звонил домой, но в этом нет ничего необычного. А так всё больше обычные звонки – например, в газовую компанию или в дом для престарелых, где содержится его мать.
– Больше?
– Ну, есть одна вещь, которая может показаться интересной. В последнее время он часто звонил на мобильный номер с предоплаченным тарифом, но выяснить, кому принадлежит номер, будет очень не- просто.
– И когда начались эти звонки?
– В июне прошлого года. – Гис сверяется с распечаткой. – Сначала по паре звонков в месяц, а потом он стал звонить чаще. По два-три раза в неделю. Последний был утром двадцать четвертого декабря.
– Но не в день пожара?
– Нет. – Гислингхэм качает головой и достает еще одну распечатку. – Хотя на этот номер несколько раз звонили и со стационарного номера в доме Эсмонда. Последние два раза перед Рождеством. А с мобильного его жены – ни разу. Это так, для сведения.
– Думаю, что ты уже попытался позвонить по этому таинственному номеру.
– К сожалению, на звонки никто не отвечает.
– А мы знаем, где был этот мобильный, когда на него звонил Эсмонд?
– Один раз – в Лондоне, а все остальные разы – только в Оксфорде. И в основном в районе Ботли-роуд. Но, не зная имени владельца, это будет все равно что искать черную кошку в темной комнате.
Ну, да, хорошо бы еще быть уверенным, что она там есть…
По-видимому, я вздохнул, поэтому Гислингхэм заторопился:
– Технари мониторят мобильный Эсмонда на тот случай, если он опять включит его. Но сейчас, где бы ни был Эсмонд, он не разговаривает.
Я смотрю сначала на Гиса, потом на часы. Ровно через двадцать пять минут Майкл Эсмонд должен заговорить – он будет стоять перед полным залом слушателей.
– Знаю, – говорит Гислингхэм, словно прочитав мои мысли. – Асанти звонил полчаса назад – пока Эсмонда нигде не видно. Но это не значит, что он не появится. Он вообще может быть одним из тех, кто все делает в последнюю минуту.
Но по его лицу я понимаю, что сам он в это не верит. И, честно говоря, я тоже.
На Саути-роуд стемнело, и пожарным дознавателям приходится зажечь дуговые лампы. Около часа назад начался снег, и несмотря на то что они натянули над местом поисков брезент, крупные белые хлопья вплывают под него, попадают в золотой свет ламп и медленно опускаются на горы почерневших обломков.
Пол Ригби разговаривает по телефону за пределами навеса, когда у него за спиной раздается крик. Он оборачивается и видит, как один из экспертов отчаянно машет ему рукой.
– Что-то нашел?
Мужчина кивает, и Ригби идет в его сторону, перебираясь через кучи мусора, черепицы и стекла, которое хрустит под его подошвами. Три человека из его команды смотрят на что-то у себя под ногами. Ригби слишком часто видит подобное выражение на лицах, чтобы ошибиться. Под перекрученной оконной рамой, кусками труб и искореженным листом пластика что-то виднеется.
Человеческая рука.
На этот раз, когда Гис заходит ко мне в кабинет, мне достаточно одного взгляда, чтобы понять: что-то случилось.
– В чем дело? Эсмонд нашелся?
– Нет, – отвечает сержант с гримасой. – Он так и не появился. Асанти разговаривал с организаторами, и они о нем ничего не знают. Он не позвонил, не прислал сообщения – вообще ничего.
Я тяжело вздыхаю. А потом вдруг понимаю, что совершенно не удивлен этим. Где-то я даже ожидал нечто подобное. Я что, уже подозреваю его? Не думаю – по крайней мере, неосознанно. Но внутренний голос ясно говорит мне об обратном.
Гис делает шаг в кабинет.
– Но, хотя мы так и не нашли его, зато нашли ее. Я за этим к вам и пришел. Звонил Ригби. На месте пожара найдено еще одно тело. Как мы и думали.
– Женское?
Гис кивает.
– И они уверены, что это она?
– Насколько в этом вообще можно быть уверенным. На ней какая-то пижама. Похоже, что она была в одной из спален на верхнем этаже. Очень надеюсь, что она спала и так ничего и не поняла.
В отличие от ее сына, который в ужасе проснулся и понял, что он совсем один.
Я поднимаю глаза на Гислингхэма и вижу, что тот думает о том же.
– О Мэтти больше никаких новостей, босс, – говорит он. – Но надежда умирает последней, да?
– А, чтоб тебя!..
Майкл Эсмонд бросает лопату, и та с металлическим звуком падает на землю. Он умудрился обломать ручку о куст, который собирался пересадить. Тяжело дыша, Майкл стоит и смотрит на торчащий обломок ручки. Честное слово, у него есть дела поинтерес- нее.
– Всё в порядке? – спрашивает Саманта, подходя. Она протягивает ему кружку с чаем. На ней написано: «С днем рождения, папочка!»
– Да, все нормально, – отвечает Майкл с легким раздражением – это его жене пришло в голову пересадить гребаный бордюр. – Сломал ручку лопаты, а в остальном все хорошо…
Саманта смотрит через сад туда, где играют ее сыновья. Мэтти пытается заинтересовать Захарию игрой в футбол, но малыш просто бегает за мячом, визжа от радости.
– Ты должен быть вратарем, – устало объясняет Мэтти. – А я буду бить.
– Может быть, нам стоит нанять кого-нибудь? – решается Саманта. – Чтобы ухаживал за садом.
– Ты же знаешь, – муж поворачивается к ней, – что садовники в этом городе стоят кучу денег.
– Я не про компании, – быстро продолжает Саманта. – Может быть, поспрашивать на факультете? Должны же быть студенты, которые хотели бы заработать на пиво.
Майкл все еще смотрит на поломанный инструмент.