Капитан М. – Рыбак с Баренцева моря (страница 4)

Он сделал глубокий вдох. Воздух пах порохом, кровью и соленым морем.

– Семеныч! – крикнул он в переговорное устройство. – Давай свет! И готовь главный трал! Бросай за борт!

– Что?! – в трубке послышался недоуменный вопль. – Юрий Алексеевич, мы же его потеряем!

– Выполняй! Сейчас же!

Он больше не мог сражаться с ними в открытую. Нужно было менять правила. Нужно было использовать море.

С кормовой части траулера раздался громкий хлопок, и в небо, пронзая туман, взмыла ослепительно белая звезда. Аварийная ракета. Она зависла над самыми мачтами, освещая палубу неестественным, ярким, почти дневным светом. Диверсанты, привыкшие к полумраку, зажмурились, поднимая руки к глазам.

В эту секунду замешательства Юрий снова крикнул:

– Все на левый борт! Держаться!

Он сам бросился к леерному ограждению. Команда, доверяя ему слепо, последовала за ним.

И в этот момент с кормы послышался оглушительный всплеск. Это Семеныч, не понимая замысла, но повинуясь приказу, отдал стопоры, и главный траул, огромная, многотонная сеть, рухнула за борт.

Эффект был мгновенным. «Северный улов», лишившийся тяжелого груза на корме, резко дернулся. Его носовая часть на мгновение поднялась, а корма, наоборот, осела. Судно качнулось. Но не просто качнулось. Инерция и резкое смещение центра тяжести создали мощную бортовую качку.

Для диверсантов, стоявших на чужой, неустойчивой палубе, это стало полной неожиданностью. Они попадали, как кегли. Те, кто был ближе к борту, с криками полетели в воду между двумя судами. Металлические корпуса с грохотом ударились друг о друга, потом отлетели, потом снова ударились.

Лебедка с грузовой сетью, которую не закрепили, сорвалась с упоров и с оглушительным лязгом проехала по палубе, заставляя оставшихся диверсантов отскакивать в ужасе.

Хаос. Полный и абсолютный. Элемент, в котором рыбаки чувствовали себя как дома.

– Ребята, добивай! – заревел Валера, поднимаясь первым с окровавленным лицом, но с горящими глазами.

Рыбаки, воспользовавшись моментом, снова бросились в бой. Теперь это была уже не оборона, а избиение. Ошеломленные, дезориентированные диверсанты были сброшены за борт или обезоружены и связаны собственными же стяжками.

Юрий, не тратя времени, бросился к люку трюма. Он был цел. Замок держался.

Он обернулся. Бой стихал. Несколько диверсантов, отстреливаясь, отступали на свое судно. Они отвязывали сцепленные леера. Кто-то на том судне дал команду на отход.

– Семеныч! Право на борт! Полный назад! – скомандовал Юрий в переговорное устройство.

Дизели «Северного улова» взревели снова. Судно, отдавая все оставшиеся силы, рвануло назад, отрываясь от вражеского борта. Раздался скрежет, лязг. Сцепляющие устройства не выдержали, порвались. «Северный улов» высвободился.

Вражеское судно, более быстрое и маневренное, сразу же стало отходить в туман. Через несколько секунд его серая тень растворилась в белой мгле. Слышен был только набирающий обороты гул его турбин, который вскоре тоже затих.

На палубе «Северного улова» воцарилась тишина. Тяжелая, давящая. Пахло гарью, порохом и кровью. Стонали раненые. Кричали чайки, слетевшиеся на необычный пир.

Юрий Морозов, опираясь на поручень, тяжело дышал. Его рука с револьвером опустилась. Он оглядел палубу. Разбитые лебедки, порванные леера, лужи крови. Его команда. Его люди.

Они отбились. Они победили.

Но он знал – это была только первая схватка. Они вернутся. И в следующий раз будут готовы. И придут не с десятью бойцами, а с двадцатью. Или просто пустят по ним ракету из тумана.

Он поднял голову. Туман по-прежнему был непроглядным. Но теперь он скрывал не только врага. Он скрывал и их. Ненадолго.

Он подошел к Сашке. Юнга лежал без движения. Юрий наклонился, прислушался. Дыхание было. Слабый, но ровный. Контузия.

– Семеныч! – крикнул он в рубку. – Гони сюда аптечку! Срочно! И готовь аварийное сообщение… Нет. Стоп. Никаких сообщений.

Он встал. Его лицо было изможденным, но глаза горели холодным стальным огнем.

– Валера, посчитай потери. Раненых – в кают-компанию, превращаем ее в лазарет. Коля, ты как?

– Жив, капитан, – сипло ответил уралец, перевязывая себе плечо окровавленной тряпкой. – Пуля прошла навылет. Повезло.

– Всем повезло, – мрачно сказал Юрий. – На этот раз.

Он посмотрел на воду, где еще барахтались несколько диверсантов, сброшенных за борт. Он подошел к краю.

– Бросайте им концы! Вытаскивайте.

– Что? – недовольно пробурчал один из рыбаков. – Да они же нас…

– Вытаскивайте! – властно повторил Юрий. – Мы не убийцы. И они – источник информации.

Рыбаки, ворча, бросили спасательные круги и начали вытаскивать промокших, полузамерзших диверсантов. Те были в шоке, не оказывали сопротивления.

Когда последний из них был поднят на борт и разоружен, Юрий приказал увести всех в пустой трюм под охрану.

Он снова поднялся на мостик. Семеныч был там, он перевязывал глубокую царапину на своей щеке.

– Ничего, Семеныч, – сказал Юрий, глядя на него. – Бывало и хуже.

– На подлодке? – тихо спросил старпом.

Юрий кивнул. – На подлодке.

Он подошел к штурвалу, положил на него руки. Они дрожали. От ярости. От напряжения. От воспоминаний.

– Они вернутся, Юрий Алексеевич.

– Знаю.

– Что будем делать?

Юрий посмотрел в иллюминатор. Туман медленно начинал редеть. На западе, на границе видимости, небо было свинцово-черным. Шторм. Настоящий… Его предвестник уже дал о себе знать легкой зыбью, которая качала судно с новой, зловещей регулярностью.

– Мы не пойдем в порт, – тихо сказал Юрий. – Они ждут нас там. У входа в Кольский залив. Или в Териберку. Устроят засаду.

– Так куда?

Юрий повернулся к карте. Его взгляд скользнул по знакомым названиям – Кильдин, Териберка, Восточный Нокуев… Он не искал порт. Он искал укрытие. Место, где можно переждать. Или дать бой.

Его палец лег на маленькую, ничем не примечательную бухту. К северу от полуострова Рыбачий. Бухта Питкуева. Место с сложным фарватером, с подводными скалами, куда большое судно не рискнет зайти. Но «Северный улов» – рискнет. Потому что у него нет выбора.

– Сюда, – сказал он. – Готовь судно к тяжелой погоде, Семеныч. И скажи ребятам… Скажи, что самое страшное еще впереди. Но мы справимся. Мы – рыбаки. А это – наше море.

Он посмотрел на чернеющую на западе тучу. Шторм приближался. И он был их единственным шансом.

Призрак в тумане отступил. Но он не исчез. Он просто ждал. А пока Баренцево море готовилось показать свою настоящую силу. И Юрий Морозов, капитан и бывший командир подводной лодки, собирался использовать эту силу как свое последнее и самое грозное оружие.

Глава третья: В пасти шторма

Тишина, наступившая после боя, была обманчивой и тяжёлой. Её давил гул дизелей, работающих на пределе, стоны раненых, приглушённые шёпотом команды и нарастающий ропот приближающегося шторма. Воздух гудел от напряжения, как натянутая струна.

Юрий Морозов, стоя в рубке, чувствовал эту вибрацию каждой клеткой своего тела. Он провёл рукой по лицу, смахивая капли солёной воды, смешанные с потом и копотью. Перед ним на навигационной карте лежал его план – безумный, отчаянный, единственно возможный. Бухта Питкуева. Маленькая, забытая богом и людьми выемка в скалистом побережье Кольского полуострова. Подход к ней был кошмаром для любого судоводителя – подводные рифы, непредсказуемые течения, узкий извилистый фарватер. Но именно это делало её идеальным укрытием. Ни одно крупное судно, тем более оснащённое по последнему слову техники, как корабль их преследователей, не рискнёт последовать за ними туда.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.