Кан – Волчья стая (страница 61)

Вздох. Ладно. Внешний вид может быть обманчив, но нельзя и про непривычную физиологию всех этих существ забывать.

Медленно, осторожно положил волчицу на ближайший стол, спиной вверх. Поникший, чуть сбившийся в комья хвост разместила аккурат между разведенных ног, руки слегка царапали камень ногтями, а в скулеже стали проскакивать хриплые нотки. Нехорошо!

Так, насколько возможно, одежду с торса Эльзы — долой. Затем осмотреть рану. В ярком свете светлячков на потолке видно было, что кирка без проблем пробила кожаную накидку и встряла где-то промеж ребер, справа и ниже сердца.

— Вода, бинты, вата, обеззараживающие, — мураш недоуменно на меня взглянула. — Ну, чего делаете, чтобы рана не загноилась. Показывай давай, бегом!

Командный рык удался на славу. Она моментально вытянулась в струнку, щелкнула лапкой о лапку и помчалась собирать все необходимое. Пока я потихоньку, полегоньку отрывал успевшую прилипнуть к спине одежду.

Минуту спустя, рядом со мною стояли каменные вазы. В одной вода, в другой бинты тонкие, в третьей вата или что-то вроде того. Ну и четвертая была заполнена янтарными кристаллами, каждый размером с орех, и пахли они кислыми фруктами.

— Как пользоваться? — спросил я, указывая на них.

— Разжевать в слюне, чтобы совсем мягкие стали, а затем размазывать вокруг и внутрь чуть-чуть. Можно в воде растворить штук десять, и затем облить…

— Вот и жуй давай.

Мураш покорно сунула в рот пяток кристаллов и стала медленно работать челюстью. Я же наклонился к лицу Эльзы, почесывая ее за ушком:

— Будет больно. Постарайся не дергаться.

— Хоро-шо, — проскулила она.

Ладно, поехали. Взялся за кирку обеими руками — и ровно потянул ее вверх, без рывков и излишних шевелений. Вылезла она с мерзким чавканьем. У волчицы от боли разом все мышцы напряглись, но она лишь стала скулить громче да руками за края стола схватилась. Ну и хвост как бешеный колотил — не мешал, но визуально отвлекал.

Есть! Вытащил. Сразу отбросил кирку в сторону, окончательно оторвал продырявленную одежду. Рана выглядела неприятно. Еще и кровотечение вдобавок усилилось. Так что оторвал кусок бинта, тонкого и нежного наощупь, обмочил в воде и мазками очистил окрестности раны. Особо без толку, кровища-то прибывала, но хоть что-то.

Мураш, тем временем, уже разжевала свою штуку и выплюнула на ладони. Пахучая янтарная масса, вонявшая подгнившими фруктами — это, все же, не то, чего хотелось бы иметь. Но больше нечего.

Зачерпнул рукой как следует — и давай размазывать вокруг тонким слоем. И внутрь еще комочек опустил небольшой, с болтик. Теперь оставалось только закрыть и забинтовать потуже, чего и сделал — бинт и вата, вот все, что есть. Стонущую Эльзу пришлось приподнять, но, в итоге, затянул-таки туго-туго, чтобы ничего точно не вытекло или не вывалилось. Помещенное поверх раны стало понемногу краснеть.

— Ты как? Как дышится? — спросил я волчицу.

— Вроде бы… Вроде бы нормально, — пробормотала та. — Жжется там! И вокруг, и внутри!

— Это правильно, так и должно, — сказала муравей, скрестив руки на груди. — Так может пойдем уже? Пусть тут лежит и выздоравливает, никуда не денется!

Даже коситься на нее не стал. Проигнорировал этот бред, спросил у Эльзы, поглаживая ее по макушке:

— Ты говорила, что залижете. У вас и правда заживает от этого?

— Да… Мы же волчицы, а не люди. Я сама ранки зализывала, и мне тоже…

Картинка перед глазами встала сомнительная — но в данном случае можно этой сомнительностью и пренебречь. А значит, нужно Эльзу поскорее к остальным членам стаи доставить, чтобы те своими методами поработали. Я тут уже достаточно пробыл, чтобы в такое поверить.

— Приоритеты меняются, — объявил я. — Сперва оттащить ее к своим, затем вскроем остальных ваших пауков.

— Но… Но… — откровенно растерялась мураш.

— Возражения не принимаются. И ты выведешь меня к выходу. Вперед, шагом марш!

— Но принцесса…

— Разберусь, когда вернусь. Мне еще волчонка забирать. Давай, шевели уже задницей!

Глава 26

Видимо, со второго захода мой голос оказался достаточно командным, чтобы мураш с неохотой, но все-таки повела меня наверх, к выходу из всей этой подземной паутины. Эльзу я бережно нес на руках. Та была без сознания, лишь легонько-легонько поскуливала, ну и все. Хвост безвольно болтался передо мною и бился о правую ногу.

По крайней мере, рана, похоже, оказалась не настолько опасной, как я боялся. После того, как тщательно отмыл ее лицо от паучьей крови, никакой новой не появилось — ну, то есть, изо рта крови не было, а значит, легкие более-менее в порядке. Дышала ровно, пусть и слабо, без сомнительных звуков.

Уже на поверхности я с наглой мордой прямиком двинулся из стройки. Пусть рабочие там оглядывались, да и солдатики недоумевали — плевать, главное, я выглядел и вел себя так, будто мне можно взять и спокойно уйти. Вот и ушел. Сопровождавшая меня муравей осталась на границе — неловко переминаясь с лапки на лапку. Более чем уверен, что когда я скрылся за холмом, она ринулась докладывать.

Да плевать. Лишь бы успеть волчицу до остальной стаи донести, а там уже сам вернусь. Еще мелкую ж вытаскивать.

Время вовсю шло к ночи. Практически весь день угробил в гостях у мурашей, так что соревновался я не только с возможной погоней, но и с уверенно катящимся за горизонт солнцем. Оранжевым таким, теплым — как и все небо. Ладно хоть дорогу помнил до безопасного места.

Больше оно безопасным, видимо, не будет.

Усталость, побитость, прихрамывающая нога и раненая рука? Дело терпимое. Нечего себя жалеть, когда от меня кто-то зависит — вот и не жалел.

И добрался до лагеря, в общем-то, без происшествий. Пару раз останавливался, чтобы почесать слишком уж неприятные укусы комаров на спине. На полпути Эльза очнулась и попыталась было своим ходом двигаться, но я не дал. Только проверил, как там перевязка, держится ли и не открылось ли чего, но там было все в порядке. Подумаешь — пропитавшиеся кровью вата с бинтами. Отдирать будет неприятно.

Итак, лагерь. гончая заметила меня первой, разумеется. Она же первой и подбежала:

— Эта дура и половины дня не просидела! Взяла и бросилась по следу!

Эльза демонстративно надулась.

— Спасла меня от мимикрирующего паука, так что… На этот раз прощаю, — ответил я. — А теперь языки готовьте, ее крепко зацепило.

Сразу трое волчиц, включая альфу, аккуратно подхватили Эльзу с моих рук и утащили на землю, поближе к костру. Положили на живот, задумчиво на перевязку поглядели. Затем альфа вздохнула и приложилась к фляге. За ней и остальные последовали.

— Задержаться у вас не могу, мне еще мелкую вытаскивать. Заключил с муравьями соглашение — я в их рядах нахожу пауков-притворщиц, они, в обмен, выпускают мелкую и пропускают нас к проходу через болото.

— Я все равно им не верю, — резко тряхнула головой альфа. Затем она уставилась вдруг на мою шею. Ну, там, где волчонок покусал. — А наша хитрая дура еще и пометить тебя успела, ну вы поглядите все!

Все и поглядели. С таким разнообразным спектром невольных вздохов — завидующих, обиженных, расстроенных.

— Это мелочь, а не она, — ответил я.

— А она еще слишком для такого маленькая! И вообще ей нельзя, это дело самой старшей, а не самой младшей!

— Она ребенок. Обрадовалась меня увидеть, вот и все.

— Конечно! Ребенок! Пфф… — альфа демонстративно надула щечки и фыркнула. — Я ей за такое хорошую взбучку сделаю! Когда… когда ты ее вытащишь.

Я без задней мысли потрепал ее по голове. И за ушком почесал. Она была не против — разве что покраснела и взгляд в сторонку отвела.

— Вот это уже правильный настрой. Вытащу, не переживай. Если все пойдет нормально — то завтра или послезавтра пойдем уже через болото, все вместе.

Неуверенно почесав нос, альфа резко развернулась, глотнула еще воды и принялась командовать «медицинской процедурой». А я за этим проследил.

Вот, значит, они с Эльзы содрали прилипшую перевязку. Самая младшая волчица отошла с окровавленным комком в сторону и стала его закапывать, активно в процессе принюхиваясь. Затем гончая щедро облила спину раненой ледяной водой, отчего Эльза дернулась и заскулила. Сильнее она заскулила, когда стали в шесть рук смывать с нее остатки крови и обеззараживающей мурашовой хреновины.

А затем…

Волчицы взяли, да и стали по очереди рану лизать. Каждая со своего направления. Вот так вот прямо прикладывались и язычком — р-раз, два, три! Эльза дергалась, хвостом била и вообще, вроде бы, подвернувшийся под нос пучок травы закусила изо всех сил.

А стая продолжала. В какой-нибудь оч-чень другой обстановке это может быть и выглядело бы, не знаю, эротично. Сейчас? Странно и неестественно. На несколько секунд такое чувство появилось, будто я не я и на самом деле на экране ужастик какой смотрю, а не стою в паре метров — вот настолько неестественно.

Аж головой помотал и глаза потер. Не особо-то помогло.

Так что я сел и продолжил тупо на это глядеть. На то, как лежавшую на животе девушку облизывали еще пятеро, помахивая пушистыми хвостами и подергивая волчьими ушами. Чего там с раной? Не видно, да я и, откровенно говоря, избегал туда смотреть, все из-за того же чувства неестественности.

Минут через десять наступила пауза на попить. Все разом от Эльзы отпряли, приложились к фляжкам. Самая молодая вообще из родничка хлебать принялась, стоя на коленях.