Калья Рид – Мое безумие (страница 61)
– Хочу убедиться, что с ней все в порядке! – кричу я и бегу по коридору. Мне не нужно много времени, чтобы добраться до своей комнаты. Дверь моей комнаты настежь. Один взгляд внутрь, и я знаю: Эвелин там нет.
Я спешу в комнату отдыха. Коридор пуст. Рядом с запертой дверью открыта комната отдыха. Медсестра вводит группу женщин.
Она совершает ошибку, оставив одну из дверей открытой. Я вбегаю через нее в комнату отдыха. Все тотчас поворачиваются ко мне. Наверно, я похожа на маньячку. Но мне наплевать. Моя внешность – последнее, о чем я думаю.
Где она? Где она? Где она? Я оборачиваюсь по кругу и вижу Элис. Она стоит возле медсестры. Моя дочь у нее на руках.
Моя дочь.
Элис видит меня. Куда только подевалась ее мерзкая ухмылочка, когда она уговаривала доктора сделать мне укол. Она явно боится. Боится меня.
– Верни мне моего ребенка. – Стоит словам слететь с моего языка, как у меня возникает ощущение уже виденного. Это сбивает меня с толку, но всего на пару секунд. Я хватаю свою дочь, готовая, если придется, убить за нее.
Я крепко прижимаю малышку к себе. Она плачет. Я пытаюсь ее успокоить, но она заходится в крике.
– Посмотри, что ты наделала…
Голос Уэса шепчет мне на ухо. Я резко поворачиваюсь. Его там нет. Телевизор, как обычно, включен, но его никто не смотрит. Настольные игры остановлены.
Книги лежат на столе, и на меня смотрит десяток пар глаз.
И тогда я вижу его. Он снаружи, идет вдоль здания. У всех на виду.
Я делаю шаг вперед, но он исчезает из поля моего зрения, и я застываю на месте.
– Нет, нет, нет… – шепчу я. Только не снова. Я этого не допущу. Пусть не надеется легко сбежать отсюда, пока я заперта в этой тюрьме. Я иду в столовую. В этой комнате жалюзи всегда открыты, пропуская яркий белый свет, и в данном случае они дают мне хороший обзор Уэса.
Руки в карманах, глаза по-прежнему смотрят вперед. На губах зловещая ухмылка.
Мой шаг соответствует его шагу. Коридор передо мной раздваивается, уходя вправо и влево. Прямо передо мной возникает черный ход, куда медсестры ныряют на перекур.
Я упираюсь плечом в дверь. Та открывается, но мгновенно срабатывает сигнализация.
– Эй! – кричит позади меня медсестра. – Немедленно вернись!
Но я уже на улице. Я тотчас пускаюсь бегом. Уэс уже ушел довольно далеко. Он бежит к лесу, прокладывая себе путь в высокой траве.
Босиком и с дочерью на руках бегу за ним. Я слышу позади себя голоса, но не останавливаюсь.
Я нутром чувствую, что это
Сирена между тем звучит все громче и громче. А потом я слышу голос Синклера. Он кричит, чтобы я остановилась.
Неужели ему непонятно? Я нескольких недель подряд пыталась распутать прошлое, развязать все узелки и знала, что близка к тому, чтобы вернуть свою прежнюю жизнь. Она была уже совсем рядом. Достаточно протянуть руку и прикоснуться к ней.
– Уэс! – кричу я. – Стой!
Но он продолжает бежать. Мои мышцы горят. Я готова рухнуть на землю и жадно хватать ртом воздух.
Но мы неумолимо приближаемся к деревьям, а в следующий миг они поглощают меня, обступая со всех сторон. Трава уступает место влажной земле, усыпанной листьями, хвоей и сломанными ветками. Они царапают мне ноги, но я почти не замечаю боли. Мое тяжелое дыхание смешивается с завыванием сирены. Я спотыкаюсь о кочку. Мне ничего не стоило запахать носом, но в последний миг я восстанавливаю равновесие.
Эвелин кричит. На этот раз я чувствую биение ее сердца. Оно стучит так же безумно, как и мое.
Но Уэсу на это наплевать. Он перепрыгивает через стволы упавших деревьев. Скользит вниз по склонам.
Синклер все еще бежит за мной и продолжает выкрикивать мое имя. Я спиной ощущаю тяжесть его взгляда.
Облака закрывают солнце, и я погружаюсь в непроглядную тьму. Поднимается ветер, деревья раскачиваются из стороны в сторону. Пряди волос падают мне на лицо, застилая обзор, и я нетерпеливо убираю их назад.
Мы бежим дальше. Я не знаю куда и что будет дальше. Уэс бежит впереди меня, петляя между деревьями, перепрыгивая через толстые ветви, как будто делал это уже много раз прежде. Наконец деревья редеют, и на поляне передо мной стоит небольшая хижина. Уэс вбегает внутрь и оставляет дверь открытой.
Я колеблюсь.
Но потом все-таки вхожу. Я надрывно дышу, я готова рухнуть от упадка сил. Но я останавливаюсь как вкопанная, как только вижу, куда я попала. Со стен мне улыбается мое лицо. Здесь нет ни одного квадратного дюйма, который бы не был покрыт фотоснимками. На некоторых из них только я. На других – мы с Уэсом на протяжении наших отношений.
Внутри крошечная хижина являет собой копию главной спальни в нашем старом доме. Та же кровать с балдахином. То же покрывало. Тот же ковер. На комоде у стены висит наша свадебная фотография в серебряной рамке.
Это похоже на аттракцион. Я не удивлюсь, если пол подо мной сдвинется, открыв взору потайную комнату, в которой меня ждут новые сюрпризы.
Уэс громко хлопает в ладоши. Я оборачиваюсь.
– Поздравляю, что добежала сюда. – Он стоит, сунув руки в карманы, и покачивается на пятках. – Скажу честно, на какой-то миг я усомнился, что у тебя хватит духа встать и уйти. Оттолкнуть тех женщин с дороги. – Он присвистывает. – Но ты отчаянная.
Я стою совершенно неподвижно и хватаю ртом воздух.
– Готов поспорить, тебе интересно знать, почему мы здесь. Не так ли?
В ответ я лишь киваю.
– Я хотел показать тебе, где я жил все это время, – объясняет Уэс. Для большей убедительности он поднимает руки и широким жестом обводит тесное пространство. – Тебе нравится, как я тут все обустроил?
Он делает шаг мне навстречу, и я машинально пячусь. Мною движет инстинкт самосохранения. Уэс же смеется над моим страхом.
– Почему ты так напугана? Я не причиню тебе боли. Я на твоей стороне, Виктория. Я просто пытаюсь помочь тебе все вспомнить.
Между тем голос Синклера звучит громче. Меня утешает мысль, что скоро я не буду здесь одна.
– Ты не хотел мне помочь! – кричу я. – Ты нарочно делал все так, чтобы другие думали, что я придумываю твои визиты.
– Неправда. Я каждый раз входил в Фэйрфакс и выходил из него. Я не виноват, что их служба безопасности – полный отстой. Между прочим, я пришел к тебе, потому что ты мне не безразлична.
Мое дыхание постепенно успокаивается – в отличие от моего сердца.
– Ты лжешь.
– Опять же, это неправда. Я переживаю за тебя. Я тебя люблю.
Я тычу в него дрожащим пальцем. Сейчас не время все вывертывать наизнанку и выставлять меня сумасшедшей.
– Ты просто рехнулся.
– Ну-ну, прекрати. Это дешевый трюк, Виктория. Все люди слегка чокнутые. Иначе в этом мире не выжить.
– Зачем ты это делаешь?
Он подходит ближе, пол под ним скрипит.
– Ты моя жена. Я тебя люблю.
Одержимость в его глазах и словах – она говорит о том, что этот цикл никогда не завершится. Мне никогда не убежать от этого человека. А если я когда-нибудь и убегу, то разве что на глубину шесть футов под землю.
– Нет, – шепчу я. – Нет, нет, нет.
Синклер врывается в дверь. Он смотри на меня и его грудь вздымается. Я же слишком напугана и не могу сдвинуться с места. Он делает несколько шагов в мою сторону, но увидев Уэса, останавливается. Его лицо бледнеет.
Но тот непробиваем.
– Гость номер три прибыл. Отлично. Осталось подождать еще одного.
– Уэс? – недоверчиво спрашивает Синклер.
– Что стряслось, Монтгомери? Ты как будто увидел привидение?
– Что ты делаешь здесь?
– Почему все задают один и тот же вопрос? Или ты последние несколько недель не обращал внимания на Викторию? Любовь всей нашей жизни жаждет правды. Что ж, я ей предоставлю правду.
Он продолжает говорить, но мое прошлое ждет меня. Притаившись надо мной, оно гудит, словно пчелиный улей. Жужжание становится громче с каждой секундой. Меня оно еще не коснулось, но я уже чувствую жало его правды.