Kallian Ferris – Цветок Амелии: первый опыт (страница 1)

Kallian Ferris

Цветок Амелии: первый опыт

Это лишь финальный черновик, но скоро его отредактируют и сделают ещё более прекрасной историей.

1 Глава. Рождение. Детство. Дружба

Она влетела в свой дом из дерева и булыжника, покрытый мхом и вьюном, хлопнув дверью с такой силой, что, казалось, она тут же слетит с петель. Девушка прижалась спиной к ближайшей стене и… Расхохоталась во всё горло! Она полыхала багряным румянцем, не в силах удерживать свои эмоции в узде. Радость, добрая грусть и печаль расставания. Влюблённость, искренность! Этот вечер и алый закат над громадными вековыми дубами, запомнится ей на всю жизнь. Он определит её дальнейшую жизнь.

Прежде чем начать, вернёмся на несколько лет назад, когда до этого заката ещё далеко. Где-то на краю мира находится небольшая деревушка – Зелёная. Это прекрасное, цветущее гигантскими, зелёными дубами место. Деревья там и правда так огромны, что даже пятеро ребятишек, вставших в круг и взявшихся за руки, не смогли бы полностью обхватить хотя бы одно дерево. Этот лес дал молодому поселению пищу, воду, кров и защиту для будущего потомства. Люди воздвигли в центре леса каменную стену, а из деревьев построили дома.

В этом прекрасном месте – только по разным полюсам – жили пара ребят: Джером Мэггот и Мари Дженкинс. Столько лет они прожили в такой небольшой деревушке вместе и ни разу до юности даже взглядами не пересеклись. Хотя, может, и пересекались, но – боже правый! – вот же глупые, не так ли?! Только к семнадцати годам друг друга заметить! А ведь могли всё детство вместе играть в лесу, ловить лягушек и измерять ширину деревьев руками. Может, шестого в компании и хватило бы.

В самом деле, понятно и без всяких, почему Мари и Джером никогда не пересекались. Они жили в разных мирах. Джером был сыном кузнеца. Детство он провёл с такими же ребятами Рикки, Мартином и Тикки. Они любили играть у озера: то рыбачили, то резвились в воде и мешали рыбачить большим дядькам. Зимой катались на льду, а единожды старина Мартин даже чуть не провалился. Тогда зима выдалась тёплая.

В юношестве, невысокий, но крепкий Джером, стал думать над своим призванием и надумал пойти по стопам отца. Спустя неделю обучения, отец с горяча обварил себе руку раскалённым металлом. Парнишка получил обморок и передумал. У Джерома были догадки, что он специально это сделал, потому что знал: руку легко восстановит местный зельевар. Зато сын не станет заниматься – как он думал – не своим делом. А возможно и правда – случайно вышло. Стало быть, к кузнице Джером с того дня не подходил ни на метр, хоть они там и жили.

Он занялся рыбалкой. Научил его Старина Мартин. В молодости Мартин был смазливым малым. Лицом он вышел, душа у него ко всем всегда открыта, а улыбка… Эта кошачья улыбка добродушного ангела свела с ума ни один десяток деревенских красавиц. Но любил он одну. Рыбалку! Старина Мартин и Джером учились в одном классе, а с ними Рикки и Тикки. Рикки и Тикки к рыбалке относились не очень, но Мартин! Ох! Бывало, его и за уши не могли вытащить с озера, если попадалось исключительно рыбное местечко. Старина Мартин – добрейшей души человек – дал Джерому и удочку, и знания, как этой удочкой управлять. Всего за пару-тройку дней Джером самостоятельно насаживал живца на крючок, а дальше дело за малым: рыба, как говорится, сама прыгала к нему на крючок! Вместе с Мартином они выудили ни одну сотню щук, карасей, карпов и других местных рыбёшек. Страсть Мартина передалась и Джерому. А отец радовался, ведь, что может быть лучше для родителя, чем счастье ребёнка?

Время шло. Джером возмужал и в один момент он с Рикки пошёл работать в шахту. Трое прошлых шахтёров ушли по-пьяни в лес испытаний, а как вернулись – их будто подменили: В шахту, говорят, больше ни ногой. Темноты боятся. Стали шарахаться от каждого шороха. В общем, жуть. Джером и Рикки, не долго думая, направились к тогдашнему начальнику шахты:

– Возьмите нас работать! – Выпалили они как на духу.

А что? Парни крепкие, занятий, кроме как пропустить пинту в Гнилом корыте да девкам под юбки заглядывать, у них нет (не считая, конечно, страсти Джерома к рыбалке) – работай не хочу! Почесав затылок, главный взял ребят под своё крыло. Он хорошо знал отца Джерома. Знал и то, что он отличный мужик и искусный кузнец. Не брать его сына – грешно. Да и рук им правда не хватало.

Работать в шахте было тяжело, особенно, когда работаешь со взрослыми мужиками, которые так и норовят тебя где-то подтрунить или уму разуму поучить. Рикки-то ещё ничего, он парень весёлый, старожилы его любили. Он постоянно травил смешные истории, да такие смешные, что все эти бородачи со стульев падали. А вот Джером старался больше делать, чем болтать, за что старшие и относились к нему по-другому. Без зла, без издёвок… По-другому. Как к равному.

Бывало, он мог и дурака повалять вместе с Рикки, но это случалось редко, ведь на работе надо работать. Зато после работы Джером был душой компании. Шутил, смеялся. Стоял на голове, короче говоря. Чего только стоили его выходки во время пьянок в Гнилом корыте!

Так шли дни. Джером работал, рыбачил да галдел в выходные с дружками. Не жизнь, а сказка! А в это время, на другой стороне их маленькой деревушки, росла рыжевласая девочка Мари. Когда и как она появилась в Зелёной дословно неизвестно. Известно, что она пришла издалека. Холодной зимой малышка Мари и её отец Лютер явились на порог Гнилого корыта. Там они нашли пищу и временно поселились. Места у них практически всегда были свободны, а уж зимой и подавно.

Лютер не имел тогда ни червонца за душой. Что делать – пришлось отрабатывать. Пока Лютер помогал трактирщику, Мари заняться было нечем. Отец купил ей одну единственную книгу – Справочник базовых зелий. Девчушка так увлеклась зельеварением, что ушла с головой и только и делала, что изучала эту затейливую книжонку. В некоторых моментах ей помогал отец: искать многие ингредиенты девятилетней девочке довольно тяжело.

В первые месяцы жизни в Зелёной, семья Дженкинс заимела хорошую репутацию. Лютер оказался доктором и время от времени помогал жителям с их болячками. Слух о том, что в деревне появился лекарь разлетелся быстро. Новость дошла и до Бориса. Это был высокий, широкоплечий мужчина с бородой и настолько густыми бровями, что, если он не раскрывал глаза очень широко, то ничего из-за них и не видел. Над широкими бурыми усами располагался огромный нос картошкой, весь усеянный ямками, и широко раскрытые – по понятной причине – глаза. Борис – мэр Зелёной. Как только он узнал про Лютера, тут же решил наведаться.

Проверка много времени не заняла: у Бориса в те дни закладывало и свербило в носу так, что хотелось его – к чёртовой матери – оторвать. Оказалось, это герпес. Лютер неделю искал средство, что избавит мэра от напасти. В поисках помогала малышка Мари. Они вместе штудировали справочник зелий и наткнулись на то, что могло бы помочь Борису. Работа закипела. Зелье готовилось пять часов, три из которых приходилось непрерывно мешать варево. Пару часов мешал Лютер, позже его сменила Мари.

Как только оно сготовилось, семья поспешила в дом Бориса. Он располагался в центре деревни, неподалёку от Гнилого корыта. На следующий же день мэр забыл о болячке. Не надолго, конечно, – герпес такое дело, – но повторное лечение ещё никто не отменял. На радостях Борис подарил новоиспечённому доктору практически новый дом. До них – около года назад – жила семья прошлого доктора, но, захотев жизни получше, они переехали в Галамут.

Дом – шикарный, хотя и почти на окраине деревни, в северной её части. Весь покрытый мхом и таким необычно нежным, розовым вьюном. Дом не был ветхим, о нет! Каждое здание в Зелёной тщательно обрабатывают зельем каменной крепости. Раз в год. Потому дома могли стоять веками, главное вовремя их поливать. Дом был большим: гостиная, спальня Лютера, комната для малышки Мари, ну, и напоследок – палата для больных, за которыми нужен надзор. Там Лютер оборудовал три койки. Обычно, дольше недели там не задерживались, так что этого хватало. Мари такое соседство было только на руку. Она общалась с милыми бабушками и дедушками, которые рассказывали много интересных историй о своих прошедших деньках. А некоторые дедушки так смешно ругались, что отец только и успевал закрывать Мари уши.

Спустя полгода Мари отдали в школу. Она была на год младше Джерома и ходила в школу в утренние часы. После уроков Мари училась зельеварению. Справочник базовых зелий она осилила вместе с отцом, аккурат к началу учебного года, и перешла к книжкам посложнее. Она была необычайно умным и любознательным ребёнком. В школе учительница её всегда хвалила и многим детям ставила в пример, из-за чего с Мари мало кто общался. Её это, правда, не заботило. Главной её страстью, с самого детства, были знания. А Лютер этому всячески способствовал. К её одиннадцатилетию он и сам изучил множество сложных зелий, побывал во многих местах, где находил невиданные доселе минералы и травы, которые, в теории, могли послужить в приготовлении зелий. Во время странствий Лютера, Мари оставалась под опекой Бориса. Сам он не имел детей и был только рад позаботиться о таком милом ребёнке. Тем паче, что девочка не доставляла проблем. Конечно, когда зелья не получались, случались большие взрывы, но это были исключения из правил.