Калли Харт – Ртуть (страница 52)

— Поздравляю? — Было странно поздравлять кого-то с убийством стольких людей, даже если они были врагами ивелийских фей.

Рен заметил неуверенность в моем голосе и тихо рассмеялся.

— Спасибо. Поверь, убийство тридцати из них уже спасло пару сотен невинных жизней. Если бы они прорвались через перевал, то устроили бы хаос по нашу сторону границы. Это было бы совсем не хорошо.

— Придется поверить тебе на слово, — ответила я ему.

Рен вытирал полотенцем свои грязные пальцы, не сводя с меня пристального взгляда.

— Правда? Поверишь моему слову? Если я тебе что-то скажу?

Оникс запрыгал у ног Рена, описывая круги. Генерал рассеянно почесал затылок — все его внимание было сосредоточено на мне.

— Не знаю, — сказала я. — Полагаю, это зависит от ситуации.

Он вздохнул.

— Это справедливо. Что ж, я собираюсь сказать тебе, что сегодня днем я устроил Фишеру ад за ту клятву, которую он заставил тебя принести. И я сказал ему, что единственный способ загладить свою вину — это начать узнавать тебя получше.

Я поборола инстинктивное желание сделать шаг назад.

— Зачем тебе это нужно?

— Фишер очень целеустремленный. Он не видит серых оттенков. Только черное и белое. Боюсь, что за время его отсутствия эта часть его характера стала только хуже. В его голове все должно быть очень четко структурировано, иначе границы размываются. Сейчас ты — инструмент, который он считает необходимым использовать, чтобы сделать жизнь лучше для всех нас. Меня беспокоит то, что инструмент, доведенный до предела, скорее всего, сломается. А если говорить прямо, Саэрис, ты — инструмент, который никто из нас не может позволить Фишеру сломать. Он должен увидеть в тебе личность. Он должен знать, что ты — нечто большее, чем способ выбраться из трудного положения. И единственный способ добиться этого — заставить его узнать тебя получше.

Почему мне не понравилось, как это прозвучало?

— Лааааадно.

— Я сказал ему, что он должен поужинать с тобой сегодня вечером.

— Ох.

— И я думаю, он согласился.

— Ты думаешь, он согласился?

Он озорно усмехнулся.

— Ты с ним знакома. Иногда трудно сказать, согласился ли он.

— Он самый скользкий ублюдок на свете, — проворчала я.

— Верно. Но… пожалуйста. Просто приди. Поужинай с ним. Расскажи ему о себе. Это быстро закончится, клянусь.

Если «это быстро закончится, клянусь» нужно было сказать, чтобы убедить меня посетить какое-то мероприятие, то это было не то мероприятие, на которое я хотела пойти. Я не могла представить себе ничего менее веселого, чем ужин с Фишером. Но Рен смотрел на меня так умоляюще. Он искренне хотел, чтобы я согласилась. А что еще мне оставалось делать? Тусоваться с Кэррионом в нашей общей комнате? Если подумать, может, ужин с Фишером будет менее невыносимым.

— Хорошо. Я приду. Но только потому, что ты попросил. И только если ты поклянешься, что там будет алкоголь.

Обеденный стол был длиной в лигу⁹.

Ну ладно, ладно, может, всего тридцать футов в длину, но все равно слишком большим для двух человек, чтобы сидеть за ним и делить трапезу. Вдвоем. Фишер сидел на одном конце. Я села на другом. Между нами располагалось изобилие блюд, доставленных армией огненных эльфов под предводительством Арчера. В центре стола возвышалась массивная цветочная композиция с лиловыми и розовыми цветами, и она была прекрасна, действительно прекрасна, но я даже не видела Фишера за ней.

Может, в этом и был смысл.

Когда я вернулась в комнату, Кэрриона там уже не было, что оказалось благословением, поскольку я хотела принять ванну и смыть пот и грязь кузницы. Я даже не потрудилась взглянуть на платье, которое волшебным образом появилось в изножье моей кровати, пока я была в ванной. Все, что я заметила, — это то, что оно было черным. В одном из ящиков я нашла чистые брюки и свежую рубашку моего размера — очевидно, предназначенные для меня, — и надела их вместо платья.

В брюках мне было удобно, но по косым взглядам Арчера у меня сложилось впечатление, что я недостаточно нарядилась для ужина с его хозяином, и он не одобрял этого факта. Наколов вилкой кусок рыбы, я взяла пустой бокал из-под вина, стоявший справа от моей тарелки, и подняла его.

— Сюда можно налить что-нибудь? — обратилась я к столу.

Я увидела, как волнистые волосы Фишера взметнулись над цветами, но больше ничего. Когда он заговорил, голос его прозвучал очень близко, как будто он стоял прямо за мной, а не сидел на другом конце стола.

— Расскажи мне, как ты провела сегодняшний день, и я подумаю об этом.

Близость его голоса и манера говорить казались мне… интимными. Как будто его губы были так близко к моему уху, что его дыхание должно было шевелить мои волосы.

— Как ты это делаешь? — прошептала я.

— Магия течет в этом месте так же, как кровь течет по твоим венам. Она витает в воздухе. Того, что ты уже видела здесь, наверняка достаточно, чтобы отбросить неверие… и все же тебя шокирует такая мелочь, как мой голос? — Веселье сквозило в каждом его слове. Мне нечего было возразить ему. Я действительно видела столько поразительных вещей. По сравнению с ними это было не так уж и впечатляюще. Именно то, что я почувствовала, услышав его голос так близко, вызвало желание отстраниться.

Я прочистила горло.

— Как и следовало ожидать, я очень плохо справилась с заданием. Я предприняла четыре попытки, и все они закончились неудачей. Я истратила почти весь найденный металл. Мне понадобится еще, если я хочу завтра еще поэкспериментировать.

— Его можно очистить? Серебро, которое ты использовала сегодня? — спросил он.

— Да, но это займет еще больше времени. Я потеряю день… — Я с раздражением отложила вилку. — Но позволь мне угадать. Тебя ведь не волнует, что я потрачу день на очистку между своими опытами?

— Нет, — подтвердил он.

— Знаешь… — Я уронила вилку, и она со звоном упала на тарелку. — Ты просто обожаешь противоречить сам себе. Ты то похищаешь меня, потому что нужно срочно изготовить для тебя реликвии. А затем создаешь препятствия и делаешь все возможное, чтобы сделать процесс как можно более сложным и трудоемким. Тебе действительно нужно определиться. Что важнее? Реликвии для твоего народа или то нездоровое удовольствие, которое ты, похоже, получаешь от того, что удерживаешь меня рядом с собой?

С другого конца стола послышался скрежет ножа по тарелке. Очевидно, он не позволил моему раздражению испортить ему ужин. Придурок.

— Уверяю тебя, наша потребность в этих реликвиях намного превосходит твою способность меня развлечь. Но я отказываю тебе в серебре не для того, чтобы поиздеваться над тобой. Ресурсы в Калише ограничены. Обычного серебра не хватает.

— О чем ты говоришь? Это место просто утопает в роскоши. Здесь столько золота … — Я огляделась вокруг, указывая на настенные бра, в которых горели свечи, освещавшие наш ужин, и сервировочные тарелки на столе, и рамы для картин. Даже столовые приборы на столе. — Золото здесь буквально повсюду. Половина безделушек в этом месте покрыта им, и ты говоришь мне, что ресурсы ограничены?

— Если бы тебе нужно было золото для твоих экспериментов, мы бы не разговаривали об этом. — Я увидела, как за проклятой цветочной композицией мелькнуло основание бокала с вином, и потеряла самообладание. Наклонившись в сторону, я заглянула за центральную композицию и нахмурилась, глядя, как он отпивает из бокала.

— Если у тебя есть вино, то и у меня должно быть вино, — прорычала я.

— О, это то, о чем ты думаешь?

Моя кожа покрылась мурашками, а волоски на затылке встали дыбом. На этот раз его голос звучал еще ближе. Его слова словно ласкали кожу на моей шее. Я сделала все возможное, чтобы избавиться от дрожи, пробежавшей по спине.

— Рен обещал мне…

— Ренфису лучше не давать обещаний от моего имени. Но… если тебе так хочется выпить, не стесняйся, иди и налей себе.

Он сам налил себе вина? В этом я сильно сомневалась. Скорее всего, это сделал Арчер. Но я не была каким-то заносчивым высокородным засранцем, как он. У меня не было проблем с тем, чтобы самой налить себе вина. Я встала, взяла свой бокал и уже собиралась отправиться на другой конец стола, но потом остановилась и схватила свою тарелку и вилку. Что бы это ни была за игра — усадить меня так далеко от него, закрыв нам обзор друг друга, а потом использовать магию, чтобы нежно шептать мне на ухо, — я не собиралась в нее играть.

Уголки рта Фишера дрогнули, когда я швырнула тарелку и вилку на стол справа от него. Пусть бы попробовал сказать хоть слово, когда я села рядом с ним. Он провел кончиками пальцев по ободку своего бокала с вином и повернулся ко мне, наблюдая, как я наливаю себе неприлично большой бокал вина из графина, стоявшего перед ним.

Вино было темным, как чернила. Я демонстративно сделала глоток, встретившись с ним взглядом поверх своего бокала.

Кингфишер небрежно указал на мой бокал, когда я поставила его на стол.

— Тебе нравится? — Он говорил со мной обычным голосом. На этот раз никакой магии.

— Да. Это… это интересно.

Он скривил губы, кивнув сам себе. Что-то подсказывало мне, что он отчаянно пытался не улыбаться.

— Пожалуйста. Угощайся. У мне не запланировано никаких встреч еще пару часов. У меня есть время распить с тобой бутылку.

Я присмотрелась к нему как следует. По-настоящему внимательно. В нем было что-то необычное. Что-то, что я не могла определить. Не сразу. Но потом я поняла, в чем дело — в его одежде. Фишер всегда носил черное, но сегодня на нем была рубашка зеленого цвета. Очень темная, но все же зеленая. Она была простой, но из тонкого материала и отлично сшитой. Она идеально сидела на нем и соблазнительно облегала его широкие плечи и мощные руки. Темно-зеленый цвет оттенял его густые волосы цвета воронова крыла. Подчеркивал бледность его кожи и… и…