Калис – Лунные дети (СИ) (страница 25)

— Правда? — Кэл поудобнее сел и с интересом посмотрел на декана. Наверное, стоило узнать о нем побольше, прежде чем начинать серьезные разговоры.

— Мой отец был сыщиком, — спокойно пояснил Роланн и едва заметно улыбнулся. — Сыщиком-инквизитором, если вам это хоть о чем-нибудь говорит.

Говорило, еще как говорило! Кэл считал, что инквизиторы давно все вымерли, но потом, где-то с год назад Томас обмолвился, что они до сих пор существует, только больше не афишируют свое звание. Инквизитором мог оказаться кто угодно — хоть просто сыщик, хоть преподаватель, да даже рядовой маг, работающий где-нибудь в прачечной.

А ведь раньше инквизиторы наводили страх. Они появились ровно в тот момент, когда Салем Кровопийца переродился и явил себя миру. Инквизиторам надлежало убивать всех тех, кто восставал против короля, кто помогал возродившемуся Салему и кто использовал его в своих целях. И они убивали — сплошь интуитивные маги в светло-серых плащах наводили страх на всех, и даже сильнейшие того времени предпочитали держаться от своих собратьев-убийц подальше. Впоследствии инквизиторов сократили, кого-то пришлось казнить (некоторые чересчур полюбили убивать безнаказанно), кто-то мирно стал сыщиком. Но при каждом особом случае какое-то время инквизиторов собирали и отправляли на задание, хотя подобные ситуации постепенно сошли на нет.

Но если у Ролланна Каллагана отец был сыщиком-инквизитором, то неудивительно, что он фактически учуял заклятье-хамелеон. Интуиция у него была посильнее, чем у некоторых продвинутых сыщиков. Интересно, а Каллаган часом не знает активирующее слово и последовательность рисунка?

— Хорошо, — Кэл кашлянул. — Вы говорите, что сеть на нескольких студентах? С одного курса?

— На разных, — покачал головой декан и тяжело вздохнул. — Я обнаружил это примерно две недели назад. Чаще всего студентов приводят в кабинет, поэтому каждый мой выход… что-то вроде события. Я знаю о своих студентах все, даже те заклинания, которые мальчишки и девчонки навесили на себя сами. Защита от сглаза, чуть больший процент везения, прочие мелочи, какие обычно помещают в браслеты или ожерелья. Видели, наверное, продают на улицах.

Кэл кивнул. Видел, конечно. В Гестоле таких магазинчиков было еще немного, а вот в Берстоле и в приграничных городах в подобных побрякушках можно было утонуть. Хотя обычные люди давно привыкли пользоваться такими украшениями, но на самом деле реальную пользу они приносили редко.

— Заклятье-хамелеон появилось из ниоткуда, — продолжил декан. — Не знаю, кто его автор, но заклинание определенно прошло уже через многих людей. Так как вы… хм, заболели, а другим сыщикам я несколько не доверяю, пришлось действовать по своему усмотрению.

— И вы что-то узнали?

— Не совсем.

Возможно, Кэл бы расстроился, но гончая внутри подобралась, готовая идти по следу. Интуиция тихо подсказывала, что кое-что Ролланн Каллаган все-таки нашел. Возможно, несущественное, но дело сдвинется с мертвой точки. Почему-то вспомнился гарм. Несколько не вовремя, но что, если в это деле замешан лунный маг? Есть ли вероятность, что какой-нибудь старик из лунных зачем-то навесил на студентов сети заклинания-хамелеона? Почему лунный старик? Потому что иногда самое невероятное предположение оказывалось верным ответом.

— Студенты понятия не имеют, что на них висит, — отчеканил Каллаган. — Я разговаривал с одним, спросил напрямую, и мальчик сильно удивился. Седьмой курс, переходит на восьмой. Уже не ребенок. Заклятье я аккуратно снял, и оно тут же распалось. Знаете, господин Эмонн, такое ощущение, что на эту сеть было наслоено много чего, в частности, самоуничтожение. Очень сложное заклятье. Мы, к сожалению, не знаем, как именно плетется заклятье-хамелеон, поэтому, думаю, там просто не одна сеть, и наплетено столько…

— Разумно, — медленно кивнул Кэл, обдумывая слова. — Значит, не только Элиш Тарлах переносчик. И много таких?

— Несколько десятков с разных курсов, — ответил декан. — С некоторых за эти две недели заклятья пропали, не знаю, куда именно. Двоих я сумел отследить, но господин сыщик, — Ролланн покачал головой, — ничего страшного или странного не случилось. Одно заклятье оказалось просто букетом искусственных цветов. Второе — набором открыток. Такое чувство, словно это обычное упаковывающее заклинание, на которое надели «хамелеона» и еще несколько других. Я просто не понимаю, что происходит.

— Я тоже, — признался Кэл.

Новая информация заставила гончую прижать уши и только что не заскулить. След таял на глазах. Насколько высока вероятность, что это просто обманки, отвлекающие внимание, а настоящее заклинание висит на ком-то другом? И что оно делает? Что это за заклятье? Нет, что-то не то… Как будто он что-то упускает, но не может выяснить, что именно. Такое положение Кэла начинало бесить. Ведь только-только появилось дело, что-то началось, но данные выходили слишком разрозненными. Кто-то нарисовал несколько сетей, неактивированных. Действительно сверху сплел «хамелеона» и еще что-то, с такими плетениями разбираться и разбираться. И навесил сети на разных людей, а в итоге заклинания оказались на студентах в Академии. Все ли? И не гуляют ли по городу обычные люди, на которых тоже есть такие заклятья?

— Кое-что еще, — Каллаган уперся локтями в стол, сцепив руки в замок. — Один из наших преподавателей не так давно вернулся из Ирры. На нем тоже висело такое заклятье. Кроме того, кто-то серьезно поработал с его сознанием, внушив несколько новых личностей. Я не знаю, зачем, мне пришлось отправить человека к целителям, но… Вы можете представить себе мага, который способен на подобное? Создание другой личности само по себе тяжелое дело, а сразу нескольких — для подобного действия необходим далеко не один маг. И я так и не выяснил причину, по которой с ним сотворили такое. Не знаю, связано это как-то с «хамелеонами» или нет, но, думаю, об этом вам тоже стоит знать.

— Элиш Тарлах сейчас на парах? — Кэл думал о другом, но и информацию о преподавателе сложил в мысленную копилку. Необходимо будет по возвращении в штаб записать все, чтобы свести концы с концами. А пока… Пока нужно проверить заклятье на Элиш и просто с ней поговорить. Рассказать о сети, пожалуй.

— Да, — Роланн неожиданно улыбнулся. — Она хорошая девочка, жаль, характер не самый лучший, особенно для солнечного мага.

Кэл кашлянул и кивнул, соглашаясь.

— Тогда я постараюсь… поговорить с ней насчет заклятья. Вы проследите за остальными?

— Конечно.

На том и порешили.

Кэл, пока ждал окончания пар, общался с мимо проходящими студентами и обдумывал новую информацию. Вроде бы все ясно, но создавалось впечатление, что это промежуточный кусок головоломки. У них не было ни начала (кто создал сети), ни конца (зачем сети нужны). Только промежуток, простая констатация факта — наличие сетей. Да, еще преподаватель с несколькими фальшивыми личностями. Приехавший из Ирры… Кому в Ирре могло понадобиться зачаровать преподавателя гестольской Академии? Ладно, если столичной, но северный город? Зачем?

— О, господин сыщик!

Нет, старосту Кэлу видеть не хотелось, но Элиш Тарлах шла рядом с ним, и счастливой от встречи она не выглядела. Только чуть поморщилась и почему-то казалась обеспокоенной. Зная, что искать, Кэл безошибочно определил такое же заклятье на Алеке. И еще на двоих первокурсниках, прошедших на выход.

— И вам здравствуйте, господин Маршейн.

— Не надо так официально, — панибратски хлопнул его по плечу Алек.

Кэл кашлянул и бросил суровый взгляд на парня, но тот его проигнорировал и руки не убрал. Ему было совершенно плевать на мнение сыщика, главное — показать себя перед девушкой. Хотя неужели Тарлах на такое велась? Судя по ее взгляду — нет.

— Придурок, — фыркнула девушка и бесцеремонно схватила старосту за ухо. — Хочешь за решетку? Могу устроить.

— Ай-ай-ай, — запричитал Маршейн, когда его потянули в сторону. — Ты такая злая, Элиш!

— Ты все-таки выучил мое имя!

— А ты мое никак не хочешь запомнить, — обиженно надул губы Алек и хмыкнул. — Ну ладно, господин сыщик, оставляю вас наедине. Только аккуратнее, она ядовита и может покусать.

— Иди уже, — подтолкнула его Тарлах и повернулась к Кэлу.

Он чуть улыбнулся.

— Могу я с вами поговорить?

Надо отдать должное: Элиш не нервничала, но интуитивно Кэл чувствовал, что ее что-то беспокоит. И, скорее всего, это было связано именно с ним. Заклятье висело на боку, на этот раз оно сливалось с зеленой формой студентки, и не знающий действительно не заметит сеть.

— Вам мало общения в таверне? — равнодушно поинтересовалась девушка, направляясь к общежитию. Она поставила условие, что сначала переоденется, а потом можно говорить о чем угодно в пределах разумного.

— Не совсем, — уклончиво ответил Кэл.

Студенты предпочитали убраться с дороги сыщика и косились на них с недоверием загнанного волчонка. Кэл игнорировал такое отношение. Ничего не поменялось с первого посещения, да и не могло.

— Собираетесь провожать до комнаты?

Кэл открыл дверь общежития и едва заметно улыбнулся.

— Если вы не против.

— Против, — отрезала Элиш, но прошла. Благодарить, похоже, она не собиралась, а Кэлу этого и не требовалось.

Он молча следовал за девушкой наверх, обдумывая возможный ход разговора. О чем ее стоит спросить? Он узнал, что в день убийства гарма, Элиш вернулась до закрытия врат и, по словам охранника, бежала так, словно за ней неслись все известные бесы. На следующий день студентка не вышла на учебу — это Кэл выяснил из разговора со студентами, показалась только вечером в столовой. Ничего странного, конечно. Единственное, что она была перепугана при возвращении. Гарм? Могла ли Элиш Тарлах столкнуться с гармом? Свидетели почти ничего не вспомнили, пожилая пара только возмущалась подростком, который их едва не сбил, выбежав внезапно из того самого переулка. Казалось бы — при чем здесь заклятье-хамелеон?