К.О.В.Ш. – Самый красивый хулиган (страница 9)

Ярик заметил, что даже в темноте ее глаза как-то необычно светятся. Парень молча достал телефон и посветил на землю перед ней, отметив, что у нее острые загорелые коленки.

– Спасибо, – Настя придирчиво осмотрела все вокруг, – похоже, все собрала.

– Ты могла этого не делать. – Ярик почему-то чувствовал себя не в своей тарелке.

– Ага, и оставить кучу мусора у входной двери? Так нельзя. Мы же не в хлеву, – хмыкнула девушка. – А ты, – она весело указала грязным пальцем на Чипса, который, осмелев, приблизился к ней, – плохой мальчик. Нехорошо пугать беззащитных девушек среди ночи. Это же мальчик? – уточнила она у Ярика.

– Да, – все также ошарашенно кивнул сосед. – Его зовут Чипс.

– Милое имя, – улыбнулась Настя и пошла к помойке.

Ярик так и продолжил стоять с Чипсом у подъезда, не замечая, что недокуренная сигарета истлела до фильтра. В голове почему-то непроизвольно возник вопрос: как белобрысый уродец мог изменять этому созданию? По простой арифметике парня, в их доме было около восьмидесяти квартир, по самым скромным подсчетам, примерно двести пятьдесят жильцов, и Ярик мог дать руку на отсечение, что ни один из них не поступил бы так же, как соседка в этой ситуации. Его и его собаку как минимум бы обматерили. И максимум человек пять реально бы подобрали разбросанный мусор.

Что не так с этой девчонкой?

Глава 4

Сила богатства

– Чипс, ну-ка быстро иди сюда, – Ярик раздраженно позвал собаку в четвертый раз, но пес так и остался сидеть на другом конце коридора.

Ярик недовольно скрестил руки на груди и также не двинулся с места. Он уже обулся, оделся и держал в руке поводок, но Чипс упорно отказывался идти на прогулку.

– Чипс, мы идем гулять с Плюшкой. Давай же!

Обычно, при упоминании имени или прозвища хозяйки пес был готов бежать на край света, но сегодня он жалостливо посмотрел глазами-пуговками на Ярика и лег на пол, прикрыв лапами морду. Парень закатил глаза, негодуя, но решил оставить собаку дома. Похоже, вчера Чипс перевыполнил норму прогулок, да и сегодня они уже гуляли.

– Черт с тобой. – Ярик повернулся к выходу и схватился за ручку двери, когда услышал громкие вопли соседа в подъезде и почему-то замер. Музыкант орал прямо за дверью.

Ярик прислушался. Судя по всему, сосед возмущался по телефону своей девушке, потому что ее голоса в подъезде не было слышно. Спор был связан с интернетчиками, которых сосед ждал несколько часов, но в итоге интернет ему так и не провели. Решив, что он подслушивает, как маньяк, какую-то фигню, Ярик дернул входную дверь и вышел в подъезд.

– Настя, не ной, я сделал все, что мог. Они даже временный договор не хотят оформлять без паспортных данных. Ой, да в жопу этих упырей! Если захотим посмотреть киношку, раздадим интернет с телефона. Да-да, как в каменном веке, смирись. Все, я в магазин пошел, потом перезвоню. – Сосед сбросил звонок и пнул дверь, чтобы ключ провернулся в старом замке.

Справившись, он обернулся, окинул Ярика безразличным взглядом и пошел вниз по ступенькам. Тот посмотрел на ноги парня и поморщился – в груди опять запекло от досады и злости. На ногах скрипача были новые «найки» из последней коллекции. Ярик заказал себе такие же, их должны были доставить завтра. Даже расцветка та же. Не то чтобы «найк» не мог продавать кроссы кому угодно, но вообще могли бы внести запрет на продажу хорошей обуви придуркам!

Ярик зло провернул ключ, закрывая свою квартиру, и быстро спустился вниз.

– Ярик, ты псих? – Анька слушала друга и качала головой. – Нельзя так злиться на соседа просто потому, что у вас одинаковый вкус на обувь.

– У меня нет с ним ничего одинакового! – процедил парень, глядя на свои черные «джорданы».

– Это всего лишь обувь, а ты обувной фетишист! И хватит уже прикапываться к соседям. Мне кажется, что они нормальные ребята. – Плюшка поправила тяжелую сумку на плече, пожалев о своей идее взять на работу ноут.

– Я не обувной фетишист, это раз. Два, я не докапываюсь, они реально странные. – Ярик удивленно посмотрел на сумку Плюшки, из которой торчал комп, но воздержался от вопросов.

Что-то подсказывало, что это было как-то связано с Кабановым, а слушать про Юрца ему не хотелось. Вместо расспросов он достал две банки колы и привычно дал одну Аньке.

– Ты просто предвзято относишься к музыкантам. Эрик, кстати, реально хорошо играет на фортепиано.

– Как-как его зовут? – Ярик поперхнулся и закашлялся, а потом заржал. – Эрик, как Картман? – все угорал он.

– Как принц из Русалочки, – Плюшка тоже стала хихикать, а потом они с Яриком захохотали в голос, сложившись пополам прям посреди улицы.

– Я хочу ему врезать, – Ярик залпом допил колу. – Мажорный придурок.

– Да нормальный он, – пожала плечами Анька, снова поправляя съехавшую сумку. – И с чего ты взял, что он мажор? Я видела его телефон – простой китайский смартфон. И, начнем с главного, он работает в рестике за гроши в нашей глуши. Стал бы мажор так делать?

– А вот это реально странно. Как и то, что он не смог подключить интернет, потому что паспортом не хотел светить. Я случайно услышал. У вас он официально работает? – вскинул брови Ярик.

– О чем ты? Он же музыкант, какое еще официально, – отмахнулась девушка, а потом вдруг замерла. – Стой…

– Думаешь о том же? – хмыкнул Яр, победно улыбаясь. – Работает в черную, чтобы паспортом не светить.

– Ну, – Аня задумалась, – такое. Сама работа не подразумевает оформления. Типа, отыграл – получил бабки, запил – пошел на фиг. Вспомни того же Андрюшу. Так что ты нагоняешь туману туда, куда не надо.

– Возможно. Но мне все-таки интересно, почему он не хотел показывать паспорт. Как-то это мутно, – Ярик почесал подбородок, а потом вдруг прищурился. – А знаешь что? Вам же в одну сторону после работы? Вот и расспроси у него, что он забыл в нашей глуши.

– Я что-то пропустила? – вскинула брови Аня. – То держись подальше, то расспроси. Нестыковочка выходит. И вообще, не хочу я с ним разговаривать. Он чудила.

– Я не говорю тебе с ним дружить, – замотал головой Ярослав. – Надо просто разговорить его и добыть информацию.

– Разговорить? – скептично уточнила Аня. – Ты обратился не по адресу, дружочек.

– Ой, не заливай. Вы очень мило щебетали вчера, – подколол подругу Ярик. – Давай, Плюха, соберись. Проведем расследование.

– Хм… ну, ладно, я попробую, – неуверенно пробормотала Анька, перекинула сумку на другое плечо, а потом скривилась. – Ярик, я больше не могу. Неси.

– Не буду я нести женскую сумку. Еще и желтого цвета. Крипота! И на кой ты вообще ноут прешь? – Ярик знал, что не надо спрашивать. А еще знал, что Анька все равно скажет.

– Короче, – Плюшка покраснела, побледнела и снова покраснела, отчего веснушки загорелись даже под слоем тональника. – У меня план-капкан. Я увижу Юру и попрошу помочь установить антивирус, ну, точнее, скачать. Он мне поможет, и мы поболтаем… а там, как знать? – Анька снова поплыла в розовые грезы с Кабановым.

– Серьезно? – Ярик порой думал, что Анька силой своих фантазий о Кабанове могла бы взорвать землю. Ее бы энергию, да в другое русло.

– Рим тоже не сразу строился! Кстати, ты в технарь когда собираешься?

– На следующей неделе. Надо уточнить, что там с экзаменами, – пожал плечами Ярик.

Он почти обрадовался, что Аня сменила тему, но, оказалось, это был фальстарт.

– Думаешь, у меня совсем нет шансов с Юрой? – Анька застенчиво и как-то по-детски обиженно посмотрела на друга.

– Думаю, что план с ноутом неплох, я б до такого не допер, – хмыкнул Яр. – А еще думаю, что Кабан – чмо болотное. Найди кого-нибудь получше.

– Ой, все. Ничего ты не понимаешь, – Анька гордо перекинула через плечо тяжелую сумку и потащилась к черному входу в рестик, оставив Ярика хихикать в одиночестве.

Парень покачал головой, а потом пошел домой, параллельно раздумывая о том, почему же новые соседи никак не давали ему покоя? Может, Анька права, он зациклился и пытается докопаться до них просто из вредности? Возможно, все дело в «найках» и бесячей физиономии скрипача? Или в том, что Эрик, который не Картман, не заслуживал ни «найков», ни Насти?

И все же Ярик чувствовал, что с этой парочкой что-то явно не так. Это ощущение свербело внутри, разжигая в нем любопытство, к которому он не был склонен. Он должен был выяснить, какого черта эти мажоры забыли в его городе. В его доме. На его этаже.

И почему парень, который менял дорогие кроссовки, как носки, работал ресторанным музыкантом?

Эрик закрыл крышку фортепиано, чувствуя себя совершенно разбитым. Что бы там ни говорила Настя про то, что нет недостойных работ, он считал, что его работа ужасна. Он играл, а его никто не слушал. И Эрик чувствовал, что бездарно тратит свое время. Вместо того чтобы репетировать и готовиться к конкурсу, он играл каверы, чтобы развлекать жующих людей. Это повергало его в уныние.

Завтра он мог бы впервые пойти в консерваторию, познакомиться с другими людьми, решившими связать свою жизнь с музыкой, а вместо этого он здесь. В убогом городе, среди убогих людей. В раздевалке бармены и официанты обсуждали девчонок-официанток, а Эрику хотелось смеяться и плакать одновременно. Мелкие людишки с мелкими желаниями и глупыми разговорами.

– У Стаськи задница такая, что хоть мотоцикл паркуй, хоть кружку пива поставь. Идеальная женщина, – мечтательно протянул официант, которого, если верить бейджику, звали Славой.