К.О.В.Ш. – Чернильные цветы (страница 79)

– А где чек за мой рабский труд? – снова села на любимую лошадку Лу.

– А тебе достается главный приз – моя чистая и бескорыстная любовь. Му-а, – Рокса отправила сестре воздушный поцелуй и пошла на кухню.

В холодильнике оказалось совершенно пусто. Пачка молока и сливочное масло. Решив, что на этом далеко не уедешь, Роксана заказала доставку суши – идти в магазин не было ни сил, ни желания. Она курила первую за несколько часов сигарету и думала о том, что совсем скоро она окажется в толпе бесноватых школьников, а за несколько часов до этого будет наряжать зал вместе с Кропоткиным, который ее уже просто достал.

Она не знала, как еще мягко намекнуть ему, что у нее скоро разовьется аллергия на него и шоколад, а отшивать его совсем грубо не хотелось. Порой в ней вскипало раздражение, но стоило посмотреть на его взъерошенные волосы, как оно испарялось. Чистый воробушек. Смотрит на нее своими оленьими глазами и ждет.

– О чем тоскуешь? – Лу приземлилась на стул рядом.

– Жду суши, думаю, что делать с Кропоткиным.

– Знаешь, слишком много ты о нем думаешь. Того и гляди, влюбишься, – хихикнула сестра. – Может, в этом его коварный план? Он же шахматист.

– Ой, все, – отмахнулась Рокса. – Лучше расскажи, Рома тебе звонит?

– Блин, ну что ты как бабушка? – смутилась Лу. – Звонит.

– И? Рассказывай мне все-все в самых мельчайших и грязных подробностях, – потребовала Роксана.

– А что мне тебе рассказать? Звонит, пишет, шлет свои дурацкие селфи. И все время говорит, что скоро приедет, только мы уже почти месяц не виделись.

– Как мило. – Рокса заглянула сестре в глаза. – Скучаешь, да?

Лу просто кивнула. Скучала – еще мягко сказано. И кому, как не Роксе, всегда видевшей ее насквозь, было об этом знать. Сколько ни пыталась она сохранять хладнокровие, Рома засел слишком глубоко, поднимая, словно ил со дна, потаенные эмоции. Она пыталась бороться с собой, не показывать, насколько она втянулась, но он, как и сестра, видел это без всякого труда, читая ее эмоции, словно они были написаны у нее на лбу.

И где-то очень глубоко в душе ей это нравилось так же сильно, как и бесило. Слишком уж он был хорошим.

– Не могу избавиться от чувства, что рано или поздно все кончится хреново, – призналась она.

– А ты не думай об этом, – вдруг сказала Рокса. – Порой дорога – сама по себе удовольствие, но не всегда в конце пути нас ожидает приз.

– И это говоришь мне ты?

– Как будто у меня не было неудачных романов. Лу, жизнь – это, конечно, коробка конфет, но порой начинка – то еще дерьмо. Пробуй, радуйся, отплевывайся – нужно испытать полный спектр. Нельзя закрываться внутри себя, это плохо заканчивается.

– Расскажи, – потребовала Лу, наваливаясь на стол. – Я ни фига не знаю про твою личную жизнь, – ей почему-то вспомнился разговор с Колей. Таинственная личная жизнь Роксаны, о которой никто ничего не знал.

Роксана задумалась. Самые долгие ее отношения длились полгода и рассыпались как карточный домик. Она познакомилась с парнем из своего вуза. Красивый, умный, а главное, с шикарным чувством юмора. Он привел ее в свою компанию, показал ей Москву, и вообще, с ним было здорово. Но ей нужно было учиться, подрабатывать, чтобы помогать бабушке и Лу, чтобы как-то себя содержать. Сначала на энтузиазме она успевала все, а потом выдохлась. Отношения оказались тем единственным, от чего она могла отказаться. И они разбежались. Такого рода истории повторялись несколько раз, но никто не выдерживал так долго.

Роксана тоже не была железной. Она привязывалась к людям, а потому расставания никогда не давались ей легко. И все же рациональная ее часть знала, что так нужно. Девушка смотрела в серые глаза сестры и понимала, что никогда не расскажет ей об этом. Лу не должна винить себя. Виновата была их покойная мать, которая позволила смерти мужа подкосить ее. Крепко сдружившись с бутылкой, она забыла о том, что в жизни, помимо радостей, есть и обязанности. Роксане с ранних лет пришлось взять на себя заботы о доме, маме и Лу.

Дома не было еды, и Роксана ее находила. У Лу рвались сапожки, и Роксана бегала убираться к соседкам, чтобы собрать немного денег на новые. Роксана всегда знала, что делать, куда идти и как справиться с любыми трудностями. Как вывести маму из затянувшегося запоя. Как затащить ее домой, чтобы она не замерзла, уснув на улице. Как успокоить ревущую Лу, которая не понимает, почему мамочке так плохо. Рокса все знала.

Но лучше всего она знала одно: она должна позаботиться о Лу. Ей хотелось дать ей все то, чего ее так жестоко лишила собственная мать. У Лу должно было быть нормальное детство, поэтому Роксана все-таки обратилась за помощью к ба, которая была явно не в том возрасте, чтобы тянуть на себе двух внучек. Она упорно зубрила языки, чтобы поступить на бюджет. Часто отказывала себе в покупках, тусовках и других, таких бесполезных, но желанных вещах.

И, наверное, поэтому она была так одержима желанием, чтобы это все было у мелкой. Красивый роман, обязательно с хеппи-эндом, блестящая карьера, мечта. А главное, чтобы она улыбалась. Всегда улыбалась.

Поэтому Роксана только посмеялась и щелкнула ее по хорошенькому носу.

– Это все глупости, не было у меня такого, о чем можно было бы поведать потомкам. – И это была правда. В глубине души Роксана считала, что будь по-настоящему дорога хоть одному из тех, кто заверял ее в пылкой любви, то он принял бы все ее опоздания, вечные обстоятельства и дела. – Все они сошли с дистанции. Кстати, ты придумала, кем мне быть на Хэллоуин? – ловко свернула с опасной темы Рокса.

– Ага. – Лу чувствовала, что ее облапошили, но так хотела поделиться своей придумкой, что решила оставить разговоры на амурные темы на потом. – Сначала я хотела предложить тебе простой вариант – секси-училка.

– Эй, я и так всегда секси, – шутливо возмутилась Рокса.

– И я о том же, – хихикнула Лу. – Так что будешь Харли Квин. Я купила тебе колготки в сетку и все, что нужно. Надеюсь, у тебя есть ультракороткие шорты?

– Ты все еще помнишь, что это будет в школе? – решила уточнить Роксана.

– Да ладно тебе, все старперы будут отдыхать дома. Из учителей будете только ты, Оля и Евгеша. Так что никаких отговорок, – решительно заявила Лу. – Я уже все купила, так что пути назад нет.

25. No one’s gonna take my soul away [40]

Кирилл курил за школой в ожидании Вани, который так же, как и он, решил проигнорить дурацкую дискотеку. Столько шума из-за возможности потанцевать в душном спортзале, вырядившись в нечисть. Парень решил, что лучше поиграет в баскет с пацанами, чем будет заниматься подобной херней. Только вот парни его подвели – очарованные Роксаной Григорьевной и Дашей, они с легкостью променяли мужскую компанию на нелепый праздник.

Сам Кирилл к Хэллоуину относился никак. Прикольно, но не более. А еще хотелось спустить пар – он разозлился на Рому, который должен был вернуться сегодня и первым делом собирался повидаться с Лу. Как будто она куда-то денется за один вечер. Кир рассчитывал, что они погоняют мяч или устроят-таки свой киномарафон, а брат променял его на телку. Пришлось тащиться в школу и вытаскивать Ваню, сидеть дома не хотелось.

Отшвырнув окурок в чахлый кустик, школьник потянулся, хрустнув спиной, и огляделся. Вани нигде не было видно. Устав торчать на одном месте, он пошел в сторону входа в школу. От нечего делать можно было поглазеть на ряженых одноклассников.

Главное – не наткнуться на одноклассниц. Таня, Аня и Полина позвали его пойти на маскарад, но он всем сказал, что очень занят. Не хватало еще бабьих разборок, которые он так не выносил. В отличие от Ромки ему не нужна была вся эта возня с отношениями, чтобы чувствовать себя нормально. Его вполне устраивал секс без обязательств, в котором ему никогда не отказывали.

Если уж он когда-нибудь заведет себе девушку, то нормальную, и уж точно это не будет одна из его недалеких одноклассниц. Ему нужна особенная девушка, утонченная, красивая, с покладистым характером и манерами. И такая, чтобы не выносила мозг. И уж точно не грубиянка с претензиями на гениальность и плохой репутацией по типу Лу.

Но это будет когда-нибудь потом, а пока ему и так хорошо. У него куча дел, которые куда важнее каких-то там девиц, которые вечно чего-то требуют: внимания, заботы, времени, в конце концов. Пусть Рома называет это цинизмом, Кир считал это самодостаточностью. Институт сам в себя не поступит, школа сама себя не закончит.

А еще чертов сертификат, который он должен был получить назло Андрею. Мысль о нем тревожила Кира, заставляя листать учебники и ждать, когда Роксана вспомнит о своем обещании. Она словно и забыла о том их разговоре, а бегать за ней и напоминать не хотелось. Он выберет момент, но позже.

Завидев в школьных воротах Таню и Полю, которые не стали проявлять оригинальность и нарядились вампирессами, он решил вернуться в свой уголок для курения. Закурив очередную сигарету, он прислонился к обшарпанной стене и с удивлением услышал цокот каблуков.

Повернувшись на звук, он чуть не выронил изо рта сигарету. В негласную курилку направлялась Роксана Григорьевна собственной персоной. Школьник застыл, жадно рассматривая учительницу. Короткие светлые волосы были собраны в два легкомысленных хвостика, торчавших дыбом. Правый был частично выкрашен в розовый, а левый в голубой. Пышную грудь туго обтягивала белая футболка, которая заканчивалась на ладонь ниже груди, демонстрируя плоский живот, на котором даже намечался пресс. Но больше всего парня удивила поблескивающая в пупке сережка. Пирсинг у той, которая всегда строго смотрела на него на занятиях и носила строгие костюмы, поверг его в какой-то ступор.

Что уж говорить о коротких шортиках и колготках в крупную сетку – это было уже вообще за всеми пределами его понимания. Слишком горячая для училки. Кирилл даже мельком подумал, что был бы не против переспать с ней.

– Как же меня задолбал этот карнавал, – выдохнула Роксана, закуривая. – Эти малолетки совсем спятили, – возмутилась она.

Кирилл не сразу заметил училку химии, семенившую за англичанкой. Они остановились в паре метров от него, не заметив парня, который волей судьбы оказался скрыт раскидистым кустарником. Химичка выглядела куда скромнее в платье из черного бархата и остроконечной шляпе.

– А ты как хотела? Жесткие и беспощадные пьяные школьные дискотеки. Наслаждайся.

– Я убью Лу за этот чертов костюм, – возмутилась Рокса. – Я похожа на проститутку.

– Совсем чуть-чуть, – фыркнула Олька.

Кирилл с изумлением наблюдал, как его учителя курят за углом, словно малолетки, обсуждая школьную дискотеку, не выбирая выражений. Взгляд его снова и снова останавливался то на груди англичанки, то на красивых ягодицах, едва прикрытых тканью. Какой бы ни была Лу, парень был благодарен ей за костюм, не оставляющий простора воображению.

Он снова подумал о том, что не понимает Рому, который выбрал явно не лучшую из сестер. Даже в таком откровенно пошлом наряде Роксана сохраняла достоинство и, вопреки ее опасениям, проституткой совсем не выглядела. Даже в похабных колготках в сетку.

Провожая взглядом ее покачивающиеся при ходьбе бедра, Кирилл даже на мгновение пожалел, что не пошел на чертову дискотеку. Но потом ему позвонил Ваня, и он быстро выкинул эти глупости из головы.

* * *

Лу болталась в толпе танцующих, пытаясь прибиться к какой-нибудь стеночке и по ней добраться до выхода. Хотелось проветриться. В спортивном зале стало слишком душно и жарко. Потные тела школьников дергались в конвульсиях танцев, радуясь возможности скрыть лицо и быть собой.

Это было даже забавно: вроде все друг друга давно знают, но сегодня можно было быть кем угодно. Тут и там мелькали маски, блестки, остроконечные шляпы и рожки. Кто-то ограничился простой атрибутикой, но были и те, кто основательно готовился к конкурсу костюмов. Роксана настаивала, чтобы Лу тоже поучаствовала, но сестра еще точно не решила. С одной стороны, ей хотелось, чтобы все-все заценили ее двухчасовой макияж, а с другой – ей было неохота торчать у всех на глазах.

– Лу! – на нее буквально налетела Анька, с которой они почти не общались уже хрен пойми сколько времени. – Ты просто «вау»!

– Ты тоже ничего, – одобрительно кивнула Лу, окинув подругу взглядом.

Рыжая ведьма – ничего особенного, но дико стильно. Коротенькое платье, украшенное паутинками и блестками, чудная шляпа, высокие сапоги на шпильке и кроваво-красная помада.

– Я c Витей. Хочешь познакомиться? Мы вместе пришли, потому что мы теперь всегда вместе. Знаешь, я познакомила его с мамой, а он меня с…

Слова тонули в музыке, а Лу кивала, не зная, как сбежать. Анька полностью растворилась в своем романе. С ней становилось все труднее общаться, потому что в ее речи постоянно были: «А мой Витя…» и «Витя говорит…». Лу было, мягко говоря, насрать на высокоинтеллектуальные изречения Вити. Ее Анька исчезла, превратившись в ВитАню, слившись со своим парнем в единый организм, поэтому Лу свела их общение к сидению за одной партой, все время находя новые и новые причины избегать общения с двухголовым чудовищем.

Спасательным кругом стал звонок от Роксаны. Из-за музыки было почти ничего не слышно, но школьница услышала что-то про вещи в классе. Обрадовавшись тому, что теперь у нее есть благородный предлог сбежать, она наспех обняла Аньку и двинулась в сторону выхода.

Пустые школьные коридоры встретили ее прохладой и тишиной. Медленно шагая среди гулких стен, Лу жалела, что ее некому снять на видео. Она чувствовала, как трепещет рваный подол свадебного платья, как красиво развевается старательно изодранная фата. Ей понадобилось обойти несколько секондов, чтобы найти это несправедливо уцененное до копеек платье. Но это того стоило на все сто.

Добравшись до нужной двери, Лу вошла в класс и подошла к столу Роксаны. Решив, что сестре нужна сумка, которая осталась на столе, она потянулась к ней, как вдруг услышала хлопок двери и звук проворачивающегося в замке ключа. Вздрогнув, она чуть не выронила букетик из искусственных синих роз.

Резко обернувшись, она увидела Рому, стоявшего возле двери. Пальцы ослабли, цветы шлепнулись на пол. Парень смотрел на нее, совершенно невероятную в образе трупа невесты. Лу стояла, глядя на него своими ярко накрашенными глазами, укутанная в струящуюся вдоль лица и тела фату. Не говоря ни слова, он подошел к ней, поднял с пола букетик и вложил в ее руку, затянутую в атласную перчатку.

– Ты потрясающая, – выдохнул он, обводя глазами каждую черточку ее лица.

– А ты без костюма, – зачем-то пробормотала Лу.

Рома был в джинсах и простой рубашке навыпуск. Слегка взъерошенный и очень уставший. Сердце стучало так громко, что ей казалось, он просто обязан слышать этот грохот.

– Неправда, – весело улыбнулся Рома. – Я в костюме парня, безумно соскучившегося по своей девушке, разве не заметно?

Не дожидаясь ответа, он поцеловал ее улыбающиеся губы. Сделав шаг вперед, он заставил ее упереться в стол, а потом подхватил под ягодицы и усадил на него.

– Тебе очень идет, – прошептал он, проводя кончиком пальца по вырезу корсета, едва задевая чувствительную кожу груди. – Но я запрещаю тебе ходить так на людях, – пробормотал он, целуя тонкие ключицы.

– А где мне его носить? – спросила Лу путаясь пальцами в отросших волосах парня.

– В моей спальне, разумеется, – сообщил он, проводя рукой по ее бедру, задирая подол.

Лу вспыхнула. Его слова, его пальцы, задевшие резинку чулок, губы, целовавшие каждый миллиметр ее шеи – все это взрывало ее, заставляя возбуждение обжигающей волной разлиться по телу.

– Мертвая невеста в спальне… Тебе нравятся ролевые игры? – поинтересовалась Лу, стараясь, чтобы ее голос не дрожал от волнения.

– Их мы тоже попробуем, – заверил ее Рома.

– Ты давно приехал?

– Час назад. И сразу к тебе.

Лу только прерывисто выдохнула и сама потянулась за очередным поцелуем. Тонкими руками притягивая его еще ближе, путаясь в мелких пуговицах, не желающих поддаваться.

– Тише, не здесь же. – Рома поймал ее ладонь, целуя каждый палец.

– Поехали к тебе? – предложила Лу, испытывая невыносимое, почти болезненное возбуждение.

– Ну нет, это точно добром не кончится, – помотал головой Рома.

Лу видела только один вариант финала этой встречи. У нее не было сил больше выносить это невообразимое ощущение, будто чего-то не хватает. Острое, навязчивое, тянувшее низ живота. Желание, от которого она боялась задохнуться.

Обвив Ромины бедра ногами, она прижалась к нему, безошибочно определяя степень его собственного возбуждения.

– Ты что, мазохист? – спросила она, намекая на его стояк. – Ты хочешь, я хочу… Почему нет?

– Почему что, – неразборчиво пробормотал парень, шумно выдыхая, когда она слегка подалась ему навстречу, потираясь о него бедрами. – Неужели ни капельки не боишься?

– С тобой – нет, – честно ответила Лу, обнимая его за шею.

– И все равно. – Рома нежно поцеловал ее в лоб, а потом отодвинулся назад и целомудренно натянул ее платье на коленки. – Не сегодня. – Бросив тоскливый взгляд на ее соблазнительное декольте, парень мысленно проклял себя.

Такая желанная, такая разгоряченная Лу сейчас бы согласилась на что угодно, но было бы истинным сволочизмом воспользоваться ситуацией, несмотря на то что Рома сам изнывал от желания завалить ее прямо на этом столе.

– Ты чертов зануда, – простонала Лу, спрыгивая со стола. – Как я могла об этом забыть?

– Эй, – Рома притянул ее к себе, обнимая за талию, – пойдем потанцуем?

– Не староват для школьных дискотек? – хмыкнула Лу, вытаскивая из сумочки зеркальце. – Ну вот, размазал мне тут все, – пожаловалась она.

– А в душе мне восемнадцать, – пропел Рома, закружив ее по классу. – Кому есть дело до моего паспорта, когда я юн сердцем?

– Придурок, – буркнула девушка, с трудом сдерживая улыбку.

– Ты передумаешь, когда я тебе покажу, что у меня есть, – подмигнул парень, роясь в портфеле. Оттуда он извлек текилу, лайм и соль. – Кто молодец?

– А ты не на машине?

– Ща, – Рома быстро набрал сообщение, – скажу Роксе, чтобы забрала ключи и документы. Постоит до завтра. Пойдем, красотка? – подхватив девушку под руку, он зацепил со стола текилу и увлек ее в коридор.