К. Линде – Консорт (страница 4)

Две недели. Она потеряла две недели в том сне. Две недели без Мэлии. Две недели она не знала, что будет дальше, и где ее друзья. Без ее сил, которые она все еще не ощущала, Авока не могла дотянуться до нее через их связь. Когда они с Авокой были связаны, они могли соединять свою магию, были соединены между собой. Но связь молчала, как и ее способности.

И она отправила Алви и Ордэна в Бьерн с письмом королю Эдрику, который хотел отправить армию в Элейзию за Сиреной. Она думала, что письмо остановит Эдрика, или его могли сдержать бури. Теперь она не знала, что было хуже — идущий за ней Эдрик или бросивший ее.

— Две недели, — выдавила она сухим тоном. — Ты держал меня в плену и под действием зелья без суда две недели.

Он помрачнел, словно вспомнил, где был.

— Да. И мы продержим тебя дольше, пока не решим, что с тобой делать.

— Что со мной делать, — повторила она.

— Ты участвовала в убийстве!

Сирена медленно улыбнулась. Она была с Дином месяцами. Они встретились в лесу Аурума, не зная, кто кем был. Он не был тогда принцем, а она — Компаньоном Бьерна, которого он презирал бы. Он принял ее, доверился ей, поверил… любил ее. А теперь от одного ужасного приговора все развалилось.

— И ты улыбаешься, — гнев душил его.

— Ты веришь в это? — спокойно спросила она.

— Чему еще мне верить? Ты проникла в мою страну, выждала, пока получишь наше доверие, а потом послала убийцу выполнить грязную работу. Компаньонам не рады в Элейзии. Теперь я понимаю, почему.

— Ты дурак.

— Она зовет меня дураком! — закричал он, вскинув руки в смятении и отвернувшись. Он провел дрожащей рукой по волосам и серьезно посмотрел на нее. — Да, может, я и дурак, раз полюбил тебя.

Сирена сглотнула, чтобы не вздрогнуть, хоть ее сердце болело. Она с усилием выпрямилась и пошла, как можно ровнее, к Дину.

— Сирена… ни шагу ближе, — предупредил он.

— Или что?

Будь у нее магия, он ничего не смог бы с ней поделать. Ему не хватило бы скорости подавить ее. В первый раз ему удалось, потому что она была потрясена, услышав об убийствах и участии Мэлии. Но она не покажет ему, что не могла дотянуться до сил. Что — то в зелье приглушило ее способности… или что — то еще…

Нет. Она не хотела думать о другом варианте. Она могла выжечь свои силы.

— Сирена, — снова прорычал он.

Она подошла к железной двери, что разделяла их. Его запах был там еще сильнее. Она хотела уткнуться лицом в его плечо и сжать его. Боль, напряжение и горе проступили в морщинах на его молодом лице. Что — то первобытное просыпалось в ней от его близости. Ей нужно было держать себя в руках. Он бросил ее за решетку.

Сирена медленно протянула руку и нежно коснулась его щеки. Он вздрогнул, но дал коснуться его. Она провела пальцами по его щеке до рта. Ее большой палец погладил его нижнюю губу, и он резко вдохнул и отпрянул.

— Подумай, — прошептала она, не убирая руку. — Просто подумай, Дин. Ты знаешь, на что я способа. Зачем мне посылать убийцу делать грязную работу? Какое мне дело? Зачем ждать месяцы в Элейзии, когда я могла сделать все на праздник Эос и вернуться домой? Зачем мне было соглашаться на брак с тобой, заниматься с тобой любовью после помолвки, спасать тебя от смерти на воде? Зачем мне позволять тебе выводить меня из строя, если я знала, что вернусь к этому дню?

Дин не ответил. Он стоял, плененный ее синими глазами, и она опустила руку.

Она тяжко вздохнула.

— Если ты веришь, что это сделала я, веди меня на суд. Докажи мою вину.

— Не могу.

— Почему? — прорычала она, не сдержав гнев вдали от голоса.

Он посмотрел в ее глаза, она увидела, как что — то смягчилось и ожесточилось, и он сказал:

— Потому что тут тебе безопаснее.

Сирена хрипло рассмеялась.

— Безопаснее? В темнице?

— Моя сестра… королеве Бриджит не нужны доказательства твоей вины. Она обвинит тебя при совете и приговорит к смерти, не моргнув глазом.

— И ты оставил меня тут гнить?

— Я оставил тебя жить.

Сирена покачала головой.

— Это не жизнь.

Дин вытащил зеленый флакон из внутреннего кармана камзола. Сирена сжалась. Ей не нравилось признавать, но мысль о зелье пугала ее. Она знала, что ее способности быстро побеждали болезни и раны, так она избавилась от зелья, что вывело ее из строя. Но это все равно пугало ее.

— Выпей это, — приказал он, толкая флакон к ней.

— Нет.

— Сирена, не усложняй.

— Я не буду пить то, что ты мне даешь, пока ты не выпьешь первым, — заявила она.

— Просто выпей!

— Пусти меня на суд, — парировала она.

— Ты умрешь там.

— Это тебя не обрадует?

Боль была видна на его лице, но он не ответил. Он медленно склонился и опустил зеленый флакон на пол темницы.

— Пей, не пей — тебе решать, Сирена. Но реши до того, как взойдет луна этой ночью.

Дин отошел на шаг, другой, а потом развернулся и пропал.

— Или что? — крикнула она вслед.

Но он не ответил. Он просто шагал.

Весь ее контроль пропал, когда его шаги утихли в коридоре. Она ударила по решетке ладонями, дергала за дверь. Она тянула, била ее, пытаясь хоть что — то изменить.

«Просто убрать ее».

Когда она была заперта в прошлый раз, она выбила дверь магией и пробила еще несколько каменных стен за дверью. Сегодня ей так не повезло. В тот раз сестра Дина Алиса оставила ее одну взаперти. Алиса ненавидела Сирену за счастье с Дином, ведь Алиса любила мужчину, за которого не могла выйти. Простолюдина, который стал воином, соперником Дина. Робарда.

Вспомнив Робарда, Сирена сжалась.

Потому что не только король, королева и Мэлия умерли две недели назад. И Робард умер. Нет, был убит. Дин убил его.

Робард проник на корабль, где они с Дином праздновали помолвку. Робард хотел убить их в тот день из зависти или злости. Она так и не узнала его безумные мотивы. Она знала лишь, что, когда он напал, Дин не мешкал и убил друга.

Хуже… Сирена ощущала, как магия в крови Робарда звала ее. Она поежилась от мысли. Даже в вялом состоянии, лишенная магии, она помнила темный зов. Она не знала, что означало то, что темная магия пела ей.

«Я была такой слабой после того, как начала и попыталась остановить ураган за час? Или я этого хотела?».

Разум напомнил, что она видела во сне после попытки остановить ураган. Две тысячи лет назад Виктор Дремилон сверг злой двор Дома и их лидера, Домину Серафину. Так говорили Сирене всю жизнь. Теперь она знала, что Виктор и Серафина не только сильно любили друг друга и были разделены, потому что у Серафины была магия, а у Виктора — нет. Они исполнили проклятый ритуал. Они перерезали горло ребенку Виктора и сильной магией крови связали друг друга навеки.

Подобное притягивалось. Маг и не — маг не могли быть официально связаны, как Сирена и Авока. Но использование темной магии для церемонии и слияние чистой магии Дома с кровавой магией было немыслимым.

«Что заставило Виктора убить Серафину? Как он одолел самого сильного правителя в истории?».

Голова Сирены кружилась, она медленно опустилась на каменный пол. Она еще не восстановилась полностью, у нее кончались силы.

Она посмотрела на зеленый сосуд. Он казался безобидным. А мог убить ее. Яд.

Но это было ниже Дина. Он мог убить ее, но не стал. Две недели он держал ее живой и в безопасности… хоть в плену и лишенной сил.

Она обдумывала его слова. Он обвинял ее в причастности к убийству, а потом заявлял, что тут ей было безопаснее.