К. Линде – Консорт (страница 36)

Сирена покачала головой и отошла от Каэла. Она ощущала себя глупо, работая с ним.

«Даже если он ощутил связь с момента, как я его встретила, это что — то меняет между нами?» — у нее было слишком много вопросов и мало ответов.

— Почему моя магия реагирует на гнев? — спросила она, чтобы сменить тему.

Она не была уверена, хотела ли ответы на все ее вопросы. Она могла пожалеть о своих решениях, но она нуждалась в силе.

— Магия идет изнутри тебя. Когда твои эмоции кипят, ты лучше ею управляешь. Тебе нужно дотягиваться до места внутри тебя, которое позволяет ощущать это как можно сильнее, и тогда пределов не будет.

Это противоречило здравому смыслу. Не вязалось с тем, чему ее учили. Но она знала, что он был прав. Она махнула запястьем, и вода из ближайшего ручья полилась в ее ладонь. Она направила воду между пальцев волнами, окружила ею голову Каэла и вернула к своим рукам. Вода была всегда ее главной стихией. Она отзывалась проще всего, даже когда были проблемы с контролем. Но теперь… это было как дыхание.

— Весь мир у твоих пальцев, Сирена. Я хочу лишь быть рядом с тобой, когда мы его захватим.

Ее магия дрогнула, и вода обрушилась на землю. Ее ладони были мокрыми. Она вздохнула. Контроль не удался.

Она знала, что этот путь приведет к особым последствиям. Но она не могла сомневаться в каждом своем выборе. И ей нужно было перестать.

У нее была сила. Она не будет больше мешкать.

— И как мы это сделаем?

— Лучше делать это изнутри. Никто этого не ожидает.

22

Ребенок

Играть роль будущего консорта было просто, когда Сирена сосредоточилась на миссии. Она думала о семье, и хоть она плохо умела слушаться, она хотела защитить их. Помогало то, что Эдрик был занят ребенком, и Сирена могла заняться подготовкой к Вступлению в должность без его диких вмешательств.

Прошло три дня после ее ссоры с Эдриком, когда ее позвали в покои королевы. Она не знала, зачем Калиана хотела ее увидеть. Они были соперницами, а то и врагами. Но она сделала то, что от нее ждали.

Покои королевы все еще были обставлены для ожидания родов. Темные шторы закрывали все окна, кроме одного, и лишь пара свечей горела в комнате. Калиана лежала на огромной низкой кровати. Ее волосы были убраны с лица, она выглядела изможденно, словно роды не были простыми. Словно она была в паре шагов от могилы.

— Вы хотели меня видеть, — сказала Сирена, прохода в комнату Калианы и опускаясь в реверансе. Но реверанс был быстрым, она едва склонилась перед соперницей. Это было уважение к трону, но не к ее власти над Сиреной. Лучше всего было то, что королева уже не имела над ней власти.

— Сирена, — она произнесла слово как ругательство. — Да, входи.

Сирена прошла в комнату, и служанка в углу тихо заворковала. Сирена посмотрела на женщину и увидела у нее на руках младенца.

Девочку.

Это знала Сирена. И знали все.

Имя не сообщат до этой ночи. Когда Сирена взглянула на Калиану, она увидела недовольство. Столько стараний… ради девочки.

— Она прекрасна, — сказала Сирена.

— Это девочка.

— Да. И она станет красивой женщиной.

— И ее выдадут за какого — то принца ради альянса.

— Сильная, — продолжила Сирена. — Как ее отец.

Калиана вздрогнула.

— Бесполезная.

Сирена понимала в тот миг Калиану. Юную принцессу, которую отправили из ее дома к мужчине, которого она не встречала. А потом она страдала, не могла родить наследника. Если бы она не стала из — за всего этого плохой, Сирена сочувствовала бы ей сильнее.

«До чего дошел мир, если я в союзниках с Каэлом и сочувствую Калиане?».

— Вы решили, как ее назвать?

— Алессия Салина.

— Идеально, — Сирена шагнула к ребенку, увидела клочок волос, выглядывающий из пеленок. — Маленькая Алессия Салина Дремилон.

— Давила, — резко сказала Калиана, — унеси Алессию в детскую.

Служанка вскочила и поспешила в соседнюю комнату.

— Нам нужно поговорить, — сказала Калиана, как только они остались одни.

Сирена повернулась к королеве и вскинула бровь. Калиана выглядела болезненно, даже хуже, чем когда Сирена только вошла в ее покои.

— Да?

— Не играй со мной. Ты все еще мой Компаньон до Вступления в должность. Ты будешь слушать меня.

Сирена рассмеялась в лицо Калианы.

— Когда я вас слушала?

— От тебя всегда были проблемы. Соблазнила моего мужа, ходишь вокруг, будто королева, будто все королевства твои. Такая юная. Такая наивная. Такая глупая, — рявкнула Калиана.

— Я пришла сюда не ради оскорблений, — сказала Сирена. — Если не можете сдержать острый язык, то я могу оставить вас тут гнить.

— Это угроза?

— Вряд ли. Но я уже не та девочка, которую вы помните, Калиана, и я не потерплю ваших нападок.

— Нападок, — фыркнула Калиана. — Гадкая девчонка.

— Создательница, не знаю, почему я ждала от вас другого, — Сирена развернулась и пошла к двери.

Она пришла не за унижением. И не для того, чтобы иметь дело с Калианой, как было год назад. Она не хотела быть консортом, но не собиралась подчиняться Калиане. Королева больше не имела над ней власти.

— Стой, — Калиана остановила Сирену у двери.

Сирена замерла, но не обернулась.

— Я не звала тебя для спора.

— Да? — она развернулась. — А мне так кажется.

— Ты победила. Ты это хочешь услышать?

— Нет. Состязания не было. Только вы это так видели.

Калиана отмахнулась рукой от слов Сирены.

— Я больна, Сирена.

Сирена прошла к кровати Калианы.

— Насколько?

Слезы в голубых глазах Калианы говорили достаточно. Сильно больна. Смертельно.

— Я уже не переживаю за себя. Я знала, что есть такой шанс, из — за моих… предыдущих беременностей.

У Калианы было много выкидышей, и Сирена, как и многие другие, думала, что у нее не будет детей.

— Важнее, — продолжила Калиана, — Алессия. Защити ее. Заботься о ней. Она — принцесса, и я не хочу, чтобы ее списали со счетов. Я хочу, чтобы она выросла так, как подобает ей.

— Калиана, — тихо сказала Сирена. — Я не знаю, что ты от меня ждешь.