К. Линде – Дом теней (страница 12)

— Вы принадлежите принцу Фордхэму.

— Принадлежу, — повторила Керриган, не понимая слова.

— Конечно. Принадлежать принцу — большая честь. Это желанное место даже после его брака. Вы получаете защиту от всего, кроме мужчин.

Керриган было не по себе. Это было хуже, чем она думала. Хуже, чем предполагал Фордхэм. Он говорил, что она будто была его любовницей, но не больше. Он хотел пощадить ее чувства или подавить ее гнев?

— И что мне делать на этом балу? — спросила она, сжимая кулаки, выбираясь из ванны и кутаясь в полотенце.

Бентон поразил заметный гнев Керриган.

— Вы не знаете этого? Принц Фордхэм не дал понять, что вы принадлежите ему?

— Он не сообщил об этом, — не было смысла объяснять тому, кто был заперт в этих стенах, что снаружи так не делали.

— Вы будете как украшение. Украшаете его облик. Только самые богатые фейри могут иметь украшение при себе.

Керриган хотелось разорвать эту гору изнутри. Конечно, они были заперты тут тысячу лет. Когда она услышала, что они мучили полуфейри, она представила физическое насилие. Не… эмоциональное насилие и явно сексуальное. Как вещь могла отказать?

— У принца Фордхэма раньше было украшение — полуфейри?

— Нет, мисс, — сказала Бентон со страхом в голосе. — Он был против этого, и это было условием его изгнания.

Керриган хотела спросить больше, но не нужно было. Фордхэм никогда так не делал раньше. Это было недоразумение. Она пойдет на бал и будет его украшением, если так должны были видеть их на публике. И вместе они исправят это, как исправили все остальное. У них было чуть больше недели, чтобы это извращенное общество увидело, кем она была. Времени было не так и много. Даже мало.

Но она знала, как пока что играть.

Она пойдет на бал не в роли себя. Керриган из Дома Драконов, растрепанный и буйный борец, должна была умереть в этих стенах. Этой ночью она станет той личностью, которую давно отбросила, но, чтобы выжить, нужно было стать кем — то еще. Этой ночью она будет принцессой Фелисити, Первой из дома Круз, королевского рода Брионики.

7

БАЛ

— Что ж, — сказала Винтер, разглядывая платье Керриган, — это улучшение.

Она покрутила пальцем, и Керриган послушно развернулась в роскошном черно — серебряном платье, давая ей рассмотреть слои сатина. Керриган никого не видела в таком платье. Корсет давил на ребра и поднял ее грудь почти к горлу. Пышная юбка ниспадала до ступней. Корсет был современнее, чем с типичным квадратным вырезом, как она ожидала от этого дизайна. Этот корсет сдвигал длинные и широкие бархатные рукава с ее плеч широким вырезом воротника, расшитым серебром Оливье, подчеркивая ее бледное горло и ключицы.

Ее рыжие волосы были выпрямлены, это проверило ее терпение больше всего. Она не знала, что они ниспадали до ее талии, или что кому — то хватит таланта совладать с кудрями. Что она могла выглядеть как все с замысловатой прической. Даже Дарби не удавалось такое, а она ребенком не могла так долго сидеть. Бентон накрасила ее ресницы, подвела брови, добавила линии на веках, осторожно нанесла румяна на ее щеки и накрасила губы темно — красным.

— О тебе все будут говорить, — сказала Винтер.

— Не рядом с вами.

Платье Винтер было экстравагантным, но цвета губ Керриган. Словно платье было кровью на ней. Ее белые волосы были заплетены короной на макушке, и бриллиантовая тиара была помещена там. Она была увешана мерцающими украшениями. Кроваво — красный рубин на горле, бриллианты на запястьях, бриллианты свисали с ушей, одно острое ухо украшало серебро, с которого свисали рубины и бриллианты. Керриган рядом с ней выглядела как пустой холст.

— Ты милая, — сказала Винтер. — Готова к балу?

— Я всегда готова, — соврала она.

Винтер усмехнулась, зубы сияли.

— Ах, теперь ясно.

— Ясно?

— Я гадала, почему мой брат тебя выбрал.

— Не знаю, о чем вы.

— Он не был защитником прав людей и полуфейри. Он не был так глуп, — сказала она, шагая медленно вокруг Керриган, словно хищник, поймавший добычу. Конечно, Винтер не знала, что Керриган была не простой добычей. — Но он никогда не брал любовницу из одного из этих видов. Он использовал это как щит. Словно не собирался запятнать себя. И теперь он явился с тобой…

Ах, Керриган видела, куда она клонила.

— У вас проблемы с тем, что он взял любовницу — полуфейри?

Винтер хрипло рассмеялась.

— Нет. Просто не могла понять, почему теперь он это сделал.

— Может, поумнел, — сказала она, изображая беззаботность. Ее не могли застать врасплох или разозлить отношением к полуфейри. Это не добавит ей очков.

— Возможно, — глаза Винтер блестели. — Идем?

— Пожалуй, да.

Бентон открыла для них дверь, опуская взгляд. Керриган коснулась ее ладони, пока проходила, в благодарности и последовала за Винтер на бал, где ей придется закопать настоящую себя так глубоко, чтобы даже Фордхэм не узнал ее.

Путь к бальному залу был короче, чем ожидала Керриган. У нее были лишь минуты, чтобы приготовиться к тому, что она собиралась сделать, и они оказались там. Она слышала музыку за дверью. Было удивительно приятно из — за чего — то такого знакомого. Она была на десятках таких балов. Она справится.

— Вот и вы, — сказал голос.

Винтер и Керриган повернулись одновременно, увидели Фордхэма перед собой. С ним были еще двое. Их отвращение к Винтер было заметным на лицах. Один был хорошо сложенным фейри с чертами, похожими на Фордхэма — черные волосы, высокие скулы и пронзительный взгляд. Но голубые глаза были другими, и пружинящий шаг сочетался с быстрой улыбкой. Женщина была черноволосой с пышной фигурой и строгостью Фордхэма.

— Брат, — сказала сладко Винтер. — Ты все — таки вышел из укрытия? Я столкнулась с Керриган в коридоре, и мы познакомились.

— Я был на встречах, — сухо сказал он. — Ты знала бы, если бы соблюдала придворный протокол.

Ладонь Винтер сжалась, и только это показало, что Фордхэм задел ее.

— И зачем мне утруждаться, когда твое милое личико вернулось делать это за меня?

— Ты так не говорила, когда его не было, — сказал мужчина.

— О, милый Прескотт, — проворковала Винтер. — Фордхэм спустил тебя с поводка?

— Хватит, Винтер, — сказала женщина, склонив голову. — Нам всегда нужно играть в эти игры?

— Какие игры?

Фордхэм стиснул зубы.

— Приятно тебя видеть.

— Как и тебя, брат, — Винтер взглянула на Керриган. — Как и видеть, что ты одумался.

И Винтер устремилась прочь, и все они услышали:

— Ее королевское высочество, принцесса Винтер Оливье.

Прескотт выдохнул с облегчением, когда она ушла.

— Боги, какая стерва.

— Прес! — женщина шлепнула его по руке. — Она просто запуталась.

— Керриган, это мои кузены, Прескотт и Арбор Йорк, — сказал Фордхэм.

— Рада знакомству, — сказала Керриган. Она сделала для каждого низкий реверанс.

Арбор рассмеялась и коснулась руки Керриган.

— Боги, нет. Прошу, у нас даже нет титула.

— Есть, — сказал Фордхэм.

— Не по наследству, — продолжила Арбор. — А тут важно только это. Технически, потому что мать Фордхэма была нашей тетей, я — леди, но ты будешь звать меня просто Арбор.

— Хорошо, — сказала Керриган.