К. Л. – Линия (страница 60)
Результат был достигнут, но за это время элиты привыкли и даже не подумали начать менять общество — зачем трогать, если работает. Только есть нюанс — весь результат продолжающегося самопожертвования и перенапряжения общества теперь присваивают вырождающиеся верхушки кланов. В неравенстве и элитах не было бы ничего необычного, если бы люди работали в нормальном режиме, но это не вариант Японии и Южной Кореи.
В результате произошло выгорание общества (в Корее выражено сильнее), неврозы и психические расстройства участились, люди не хотят рожать детей, чуть ли не всё молодое поколение мечтает удрать из страны, понимая полное отсутствие перспектив и т.д. Приходящий с Запада культ индивидуализма усиливает противоречия, все больше разжигая конфликт «отцов и детей», добавляя к нему больший контраст. Если бы численность молодого поколения была выше, то в ближайшие годы можно было бы смело прогнозировать протест, разрушающий государство.
В силу жестких правил и малочисленности, молодёжь довольно быстро ломается и встраивается в систему пожизненного найма и соковыжималки, вырождающегося общества. В изолированном состоянии, 1,5–2 поколения такое общество ещё может продержаться и/или эволюционировать, но грядущая мировая катастрофа ускоряет ход времени. С одной стороны, это снижает срок сохранности, с другой, создаёт возможность для внутренних изменений и перестройки.
И, да, парадоксально, но Северная Корея может оказаться более здоровым обществом, так как результат перенапряжения направлен на достижение общенациональной цели, а не присваивается верхушкой…)))
Аналитическая записка №5.
Чеболи и трудовые принципы Кореи.
Во второй половине 20го века в нищей и разграбленной Южной Корее происходил процесс выращивания элит, под видом развития рыночных отношений, государство целенаправленно формировало чеболи (конгломераты компаний в частной собственности). В 1960е — 1990е годы для южнокорейских компаний были созданы привилегированные условия внутри и вне страны, открыты рынки сбыта развитых стран, последнего не было у России. Разница традиций, культур и принципов сформировало очень значимые различия, который оказали влияние как на существующую ситуацию, так и на перспективы [«в Корее» / «в России»]:
▪️создавали и развивали производства с нуля, усложняя технологии (текстиль, металлургия, машиностроение, микроэлектроника, роботехника) / самые доходные современные существующие активы просто раздавали (приватизировали);
▪️распаковка, доводка заимствованных технологий / использование собственных технологий;
▪️естественный отбор лучших компаний, владельцев — помогали лучшим / раздали «своим», устроив отрицательный отбор;
▪️культурное опосредование социальных лестниц внутри корпораций / перекрытие социальной мобильности;
▪️избавление компаний от сотрудников, не имеющих перспектив и старше 50 лет / все сидят до последнего;
▪️приоритет стажа над навыками и достижениями / приоритет навыков и достижений над стажем;
▪️жесткий график работы — 10–12 часов в сутки, 6 дней в неделю / в среднем 40 часовая рабочая неделя;
▪️жесткая иерархия, контроль всех сфер жизни начальством (обязательные совместные пьянки с начальником, помощь в поиске пары и т.д.) / низкая дистанция власти, жесткое разделение работы и личной жизни;
▪️работа на десятилетия — приходят не на должность, а в компанию / высокая мобильность, компания вторична, важно содержание работы;
▪️культ экзаменов и отличников, нужно с самого детства быть лучшим во всем / важны текущие характеристики и перспективы.
В Южной Корее выращивали «олигархов», усложняя задачи, помогая лучшим, в России — сверхавантюрные карьеры, отчего их первое поколение владельцев по своим профессиональным и управленческим качествам в разы превосходят Российских. Убери от чеболей помощь государства и ничего более не меняй — трудно, но выживут, даже на мировых рынках успешны. Убери от российских олигархических компаний помощь государства — начнут загибаться.
С другой стороны, корейские компании привыкли работать в прогнозируемых и стабильных условиях, используя глобальную открытую экономику, доступ к технологиям, коллективную работоспособность и трудоголизм. У них очень интересная смесь доиндустриальных, клановых принципов социальных отношений с современными технологиями. Привычное, западное понятие постиндустриального общества раскрывается совершенно по-другому. Проблема корейцев — отсутствие творческого подхода и вариативности (так построена система образования и воспитание), как в анекдоте про студента и обезьяну — некогда думать, прыгать надо.
И, да, возможный союз России с Кореей (стратегия «Царица морей» и др.) потребует коммуникаций и договоренностей как на уровне государств, так и чеболей с Российскими крупными компаниями, в первую очередь государственными.
Аналитическая записка №6.
На Дальнем Востоке есть три страны, взаимоотношения которых будут оказывать важнейшее влияния на мир, вплоть до появления нового гегемона или конфигурации Триполярного мира, в ближайшие 10–40 лет: Китай, Япония и Корея. Все трое имеют сложные исторические связи, обиды и противоречия, у каждой страны своё представление и цели в будущем.
На рисунке показаны пересечения, общие черты, характерные для всех вместе и по парам. Легко заметить, что ни о каком едином культурном пространстве речи не идет. В условиях катастрофы / распада глобальной мир-системы, единство трех стран возможно лишь при доминировании Китая, что в перспективе приведет к превращению японцев и корейцев в субъэтносы.
Приложение 2
То, что в папке у Сереги не было
Приложение2. То, что в папке у Серёги не было.
Кому интересно информация к размышлению.
То, что в папке Серёги не было.
Аналитическая записка №1. (Секретно)
Япония или Корея во главе панрегиона.
В начале 30-х годов может сложиться не самый очевидный, но достижимый сценарий, если Китай не найдёт достаточных сил, ресурсов и воли для противостояния с США, откажется от борьбы, сдастся и потеряет лицо. Тогда геополитическая конфигурация, в рамках которой в Восточной Азии исчезнет влияние не только США / Запада, но и Китая, после чего местные региональные державы получат шанс. В качестве примера развития событий, которые приведут к такому результату, будет такой сценарий. (см. рисунок ):
Пояснение к картинке.
Перспективы Японии и Кореи сформировать панрегион кажутся очень сомнительными, так как в Восточной Азии очень высокая плотность сильных игроков, большой пласт исторических обид, сильная уязвимость от внешних факторов, высокая интеграция в глобальный мир и др. На фоне продолжающегося ослабления / распада мир-системы Pax Americana, возникает резонный вопрос — при каких условиях сильные региональные державы региона смогут побороться за формирование собственного панрегиона.
В целом, перспективы не радужные, конфигурация для успеха очень непроста и включает в себя отказ Китая от борьбы, ошибочное представление, что его ограбление заменит решение системных проблем и мирный последующий уход из Восточной Азии, без ослабления потенциальных конкурентов. Подробнее см. ниже:
▪️Китай не найдёт достаточных сил, ресурсов и воли для противостояния с США / Западом в 2025–2026 гг., откажется от борьбы, сдастся и потеряет лицо;
▪️следующий 4–5 лет (до 2030 г.) станут последней ремиссией Pax Americana, когда полученный за счет ограбления Поднебесной поток сможет на время прикрыть дыры и проблемы, создавая иллюзию возврата «золотого века»;
▪️большая война в Восточной Азии (между Китаем и странами анти-Китая / США) не будет запущена;
▪️в 2028–2030 гг. из-за обострившихся в разы внутренних проблем, как результата эксплуатации / ограбления, утраты поставок сырья и рынков сбыта, Китай погрузится в социально-экономическую катастрофу, с последующим обрушением и распадом;
▪️в начале 30-х годов придёт осознание, что структурные проблемы остались, грабить более некого и США вынуждены уходить из Восточного полушария (ограбление Китая дало паузу, но не принесло излечения);
▪️США мирно и/или быстро уйдут из Восточного полушария, не успев / не захотев создавать хаос и создавать проблемы для потенциальных конкурентов.
Первый, ключевой пункт не кажется сложным и невозможным, в силу постоянно демонстрируемого геополитического характера и черт Поднебесной, вечного желания переждать и взять паузу. При этом последний пункт выглядит очень маловероятным, ожидать от англосаксов приступа человеколюбия и готовности отдать «своё» без борьбы — большая наивность.
Отказ Китая от геополитических амбиций будет по последствиям схож со сдачей Советского блока, но будет в разы более быстрым, так как будет проходить на фоне мировой катастрофы, не позволяя исправить её причины. В отличии от СССР, из Поднебесной не будет дешевого, практически бесплатного, потока ресурсов и современных технологий, основная выгода будет формироваться из-за выпадения китайцев из производственных цепочек. На рынке образуется громадное предложение ресурсов, что ранее шли в Китай, а также платежеспособного спроса и дефицита производимой им продукции, даже на фоне общего падения.
Принимая во внимание, что Китай плотно задействован в очень многих производствах и на разных этапах, мир ждёт сильное экономическое падение, на фоне которого отдельные страны будут показывать феноменальный рост, занимая появившиеся пустоты. Эффект можно было бы растянуть лет на 10–15, проведя плавное перераспределение мировых потоков, но для современного Запада это запредельная по сложности задача, которой мешает жадность.