К. Л. – Линия (страница 47)

Как в этом случае начинает сходить с ума нация, мы можем видеть на примере корейцев. Там престижной считается работа в чеболе или на государственной службе. Остальные считаются людьми из канавы — низкого уровня. Но у чеболей работает менее 20% населения. Вот и падает рождаемость в Корее. Это с одной стороны, с другой уже сейчас корейцам можно не дожидаясь шестёрки начинать поиск ответа на вызовы нового мира, модернизируя культурный код. Остальные народы это пока делать не в состоянии.

— Подчеркну, работа станет привилегией, роскошью.

— Третье.

— Сейчас система государственных экзаменов нацелена на отбор людей с прекрасной памятью. При этом творческий потенциал не учитывается. И это правильно для народов с иероглифической письменностью (Китай, Япония). Действительно, чтобы считаться грамотным, нужно заучить несколько тысяч иероглифов. Но для корейцев Сечжон Великий изобрёл алфавит. Корейцам будет легче перейти к новой системе образования, чем соседям. Одновременно у корейцев большая часть слов передаётся иероглифами (китайского происхождения). Иероглифы развивают образное мышление, которое тоже требуется для творчества. А, чтобы довести образ до практического внедрения, требуется логическое мышление. Логическое мышление лучше развивает письменность на основе алфавита.

— Похожая практика сегодня это разработка программы от начала до внедрения. В самом начале надо иметь безбрежную фантазию, чтобы представить, как это будет выглядеть. А если учесть, что заказчик сам ещё не знает, что ему надо, то ваще. На финише необходима железная логика. Машина при всем умении решать зубодробительные задачи, на поверку дура и кроме нуля и единицы больше ничего не знает.

— Вот такие преимущества у корейцев в начавшейся гонке. Смогут ли они воспользоваться этим, решать вашему поколению, — обращаюсь к «жестоким гостям».

— А ты, — ГаБи.

— А я за корейцев решать не могу, я не кореянка.

— А кто? — удивляется Сэ-би.

— Не правильно выразилась. Я не совсем кореянка. Человека человеком определённой национальности делает культурный код, который человек усваивает до пяти лет. Я уже говорила, что два года назад попала в аварию, утратила память и утратила социальные навыки. Фактически, ментально я маленькая девочка двух лет. Помните маленьких корейцев до пяти лет балуют, чтобы они быстрее усваивали социальные навыки и становились корейцами. Меня никто не учил, не баловал. К своим двум годам я не стала кореянкой и едва ли стану.

— Почему?

— Меня не только не балуют, обучая социальным нормам, но наоборот хейтерят, обвиняя меня в том, чём я не виновата, желая смерти. То есть делают всё, чтобы я почувствовал отвращение к корейцам.

— Может ты преувеличиваешь? Мы в «Red Alert» тебя любим, — пытается сгладить острые углы ГаБи.

— Ещё приуменьшаю. Как называются люди, которые издеваются над маленькой двухлетней девочкой, да ещё и калекой. Подскажу, — моральные уроды!

Все молчат, сказать нечего.

Тут встаёт генерал Им ЧхеМу, подходит ко мне, берёт у ведущего микрофон.

— От имени армии, от имени офицеров и солдат дивизии «Голубые драконы», от всех нас мужчин, которые обязаны тебя защищать и защищать всех женщин Кореи, приношу вам, госпожа ЮнМи-сии, глубокие извинения, — потом он делает поклон в девяносто градусов.

— Прости нас, ЮнМи-ним.

— Я прощаю и прошу, чтобы такое больше не с одной корейской девушкой или женщиной не случилось. Чтобы армия нас женщин защитила в случае чего.

— Я получал приказы лишить вас юридической поддержки военных юристов. Получал много других не законных приказов. Вы ведь знаете ЮнМи-ним и сами говорили на этой передаче, что высшая доблесть военного это уметь подчиняться. По уставу надо выполнять приказ вышестоящего и только после выполнения, можно его обжаловать. Сангса ЮнМи так, согласны?

— Согласна.

— Чтобы никто больше не мог офицеру отдать преступный приказ, от которого может пострадать корейские девушки или женщины, — пауза, тишина в студии. — Я принял решение баллотироваться на пост президента Кореи.

Тишина продолжается. Ведущий Кан СынГи стоит с открытым ртом. Обе «жестокие гости» улыбаются, потом начинают аплодировать. К ним присоединяется студия. Генерал, ныне кандидат в президенты, дождавшись относительной тишины обращается к «сильному сердцу».

— Госпожа, ЮнМи-ним, как помочь нации сделать рывок в будущее потом поговори, может и ещё на какой-либо передаче.

— Обещаю.

ЗАНАВЕС.

Когда меня натаскивали на это шоу в Самсунге, я спросил: — Генерал, прося у меня извинение, потеряет лицо. Как это стыкуется с предвыборной компанией?

— Тебя гнобила вся нация. Даже, если кто не гнобил, тот за тебя не заступался. Поэтому лицо потеряли все, вся нация. Генерал, извиняясь, берёт грехи всех корейцев на себя. Большинство избирателей будут благодарно за своё лицо. А если кто не будет, то скорее всего он и так не проголосует. Махровые эгоисты в любом народе есть. Так что риск оправдан, — большинство корейцев нормальные люди. И чтобы мысли у избирателей поворачивались в правильную сторону, на передаче был официальный представитель США.

Мысли на лестнице.

Американец с генералом как-то незаметно слиняли из студии, а мы с «жестоким гостям» ГаБии и красавице Сэ-би, после того, как с нас смыли грим, решили прогуляться в кафе в этом же здании, заесть стресс вкусняшками.

Вот иду и анализирую шоу, правильно или нет выполнил большой поклон перед американцем. «Лизнул», что называется. С другой стороны у меня развязаны руки, американцы лояльней к моей болтовне относиться будут. А мне есть что сказать корейцам. Надо готовить их к грядущей катастрофе, хотя бы морально. Ведущих аналитики Запада не верят в конец капиталистического мира, их этому не учили по идеологическим причинам, вот и закрывают на очевидные факты глаза. Считают, что не катастрофа надвигается, а идёт очередной экономический кризис. Надо только подождать и всё придёт в норму. Я тоже так думал, пока в Самсунге не поучили, не показали работы российских экономистов о надвигающейся катастрофе. Эти экономисты принадлежали к марксисткой школе и идея о конце капитализма им была вполне привычна. Вот и стали анализировать современный мир, сняв шоры западной идеологии. И оказалось вон оно что! Марксисты то правы со своей идеей конца капитализма. Вот только с тем, что придёт на смену капитализма ошиблись. Коммунизм для своего существования требует идеальных коммунаров — бессеребряников. А такие альтруисты если и существуют, то в единичных экземплярах, — противоречит такое природе человека. Здоровый эгоизм необходим для выживания.

Нет, правильно с поклоном поступил, вот и на следующую передачу генерал пригласил. Не стал с ходу бить ногами.

А американцы большой поклон от корейцев заслужили. Не за войну пятидесятых с китайцами, СССР и Ибуком. Там американцы преследовали свои интересы. А вот то, что они поделились современными технологиями пятого уклада это да! Не знаю, на сколько они осознано делились. Может американские эффективные менеджеры напортачили?

Считается нормальным разместить производство микросхем, которые используются в современном американском оружии на Тайване под боком у китайцев. Эти эффективные менеджеры смотрят только на экономическую выгоду! На политическую выгоду им наплевать, за политику им премию не дают. Можно производство реактивов, которые необходимы для производства микросхем разместить в Голландии или Корее. Реактивов для годового производства микросхем во всём мире требуется несколько бочек. Строить ещё резервный завод дорого, это не целевые расходы. Вот и строят уникальные заводы в одном экземпляре. Устрой теракт на таком заводе и всё, производство микросхем во всём мире встало. А с ним и производство современного оружия.

Большой ритуальный поклон, если не американцы, то их эффективные менеджеры вполне заслужили. Однозначно!

(чат, который не спит)

[*.*] — А я говорила, а я говорила! Агдан дух королевы! Корея в беде, Мён СонХва снова бьётся за свой народ!

[*.*] — А-а-а, не хочу, чтобы королева опять погибла.

[*.*] — Не пустим японцев. Японцы вон из Кореи!

[*.*] — Как она говорила, как она говорила. Я ничего не понял, но как говорила. Истинная королева.

[*.*] — Агдан в президенты.

[*.*] — Тупой, ну тупой… Вот Агдан исполниться тридцать пять и выберем. Пока пусть ЧхеМу наш покой охраняет.

[*.*] — Поддерживаю. Генерал умеет подчиняться старшим, значит будет хорошо командовать.

[*.*] — Кто знает, какая партия поддерживает генерала — ним? Надо за неё голосовать.

[*.*] — Американцы его поддерживают, не зря на передаче посол был.

[*.*] — Американцы не считово, они всегда военных поддерживали.

[*.*] — Интересно, что теперь ГынХе делать будет?

[*.*] — А в чём дело? За Пак ГынХе не волнуйся.

[*.*] — Как не волнуйся. Генералу поступали команды сверху, а кто у нас армией командует? Президент.

[*.*] — От генерала до президента ещё длинная цепочка. Считай, — президент, министр обороны, начальник генерального штаба, командующий морской пехотой. Итого трое. Каждый мог приказ отдать.

[*.*] — Не, четверо, ещё командующий морскими силами.

[*.*] — Но этим четверым мстить Агдан было не за что.

[*.*] — А президенту за что? Королева президента не трогала!

[*.*] — Зато трогала министров, которых назначила Пак ГынХе. Потеря лица!