К. Кроуфорд – Вечная магия (страница 53)

— Ладно. Я сделаю это сам, — он вытащил длинный тонкий клинок из ножен на бедре. Волна ужаса захлестнула Урсулу, и она открыла рот в беззвучном крике, когда Абракс вонзил лезвие в плечо Баэла.

— Стой! — крикнула Урсула.

Абракс вытащил клинок. Сталь блестела от крови.

— Но самое интересное только начинается.

Сердце Урсулы заколотилось о рёбра.

— Чего ты хочешь? — её голос эхом отразился от потолка.

Абракс повернулся к ней с легкой улыбкой.

— Ты знаешь, чего я хочу. Я хочу, чтобы ты присоединилась ко мне. Борись на моей стороне. Правь вместе со мной.

— Почему я?

Глаза Абракса пронзили её насквозь.

— Потому что в тебе живёт неиспользованная сила, и я хочу её.

— Если я присоединюсь к тебе, ты освободишь их?

— Конечно, — сказал Абракс. — Они будут свободны, — его улыбка была кривой ухмылкой.

Урсула взглянула на Баэла, его кровь заливала пол. Она не могла просто стоять здесь и смотреть, как он умирает. Горе пронзило её разум. Вот и всё, не так ли? Это конец. Она просто хотела знать, что Баэл выберется отсюда живым.

— Хорошо, — медленно произнесла она. — Я присоединюсь к тебе при условии, что ты освободишь моих друзей.

Брови Абракса слегка приподнялись.

— Знаешь, я всегда принимал тебя за дуру, слишком преданную своим земным желаниям, чтобы осознать всю масштабность моего предложения. Но я рад, что ты, кажется, учишься. Когда я поглощу твою душу, ты будешь жить вечно. Вечная жизнь, Урсула — это чудесный дар.

Абракс погладил её по щеке, и желчь подступила к горлу. Тёмная сила инкуба уже захлёстывала её. Даже когда путы, обвивавшие её, ослабли, его ледяная магия заскользила по её коже, расползаясь по телу.

— Я думала, тебе не нравится вкус моей души.

Глаза Абракса сверкнули в полумраке.

— Да, но это будет лишь временным неудобством.

Он наклонился ближе к Урсуле, его губы замерли прямо над её губами. Путы его чернильной магии соскользнули с неё, и всё же Урсула до сих пор была полностью обездвижена, её тело наэлектризовалось его магией. Её влекло к нему и в то же время отталкивало, она была совершенно ошеломлена.

Её пульс участился, и она попыталась вспомнить, в чём заключался её план. Имелся ли у неё какой-то план? Нет… её единственным планом было помешать Абраксу убить Баэла. Теперь Абракс полностью очаровал её своей магией инкуба, и та обвилась вокруг её рёбер соблазнительными завитками. Урсула чувствовала себя так, словно шёлк обернулся вокруг её тела, пока ей не захотелось пошевелиться. Абракс не прижимался губами к её губам, но всё равно находился достаточно близко, чтобы его магия захлестнула её.

Какой-то звук прозвучал на краю её сознания.

Магия Абракса всё ещё завораживала её, но настойчивый звук, похожий на сигнал клаксона, отдавался в глубине её сознания.

— Урсула! — ей потребовалось мгновение, чтобы узнать своё собственное имя.

Она открыла глаза. Лицо Абракса нависало над ней, его глаза оставались закрытыми. Поток золотистой магии тек из её рта в него. Но она прочла что-то в его чертах — что-то такое, чего инкуб не должен был показывать.

Чистое, предельное отвращение.

— Урсула! — Сера стояла рядом с телами Баэла и Люциуса, сверкая острыми зубами. — Лови! — крикнула она, бросая что-то в Урсулу. Объект, казалось, двигался в замедленном темпе, описывая дугу в воздухе по направлению к ней. Свет преломлялся на лезвии, на украшенной драгоценными камнями рукоятке. Экскалибур.

Собрав последние силы, Урсула бросилась к мечу, схватив его за рукоять. Теневая магия хлынула из тела Абракса, но она пронзила его лезвием насквозь.

Связь прервалась. Глаза Абракса распахнулись. Уставившись на клинок в руке Урсулы, он взревел:

— Я предложил тебе бессмертие, и ты всё равно пытаешься убить меня? Чтобы ты заболела и умерла, как все остальные крестьяне и смертные. Твоя плоть состарится и разложится. Вот чего ты хочешь? — его лицо расплылось в злобной усмешке, а глаза вспыхнули тёмно-золотым.

Урсула рассекла лезвием воздух, и оно казалось идеальным продолжением её самой. Но она не могла вызвать огонь Эмеразель, не могла заставить меч гореть так, как раньше. «Это проблема».

В глазах Абракса заплясали весёлые искорки.

— Твой огонь теперь течёт по моим венам, так что с таким же успехом я могу убить тебя.

Мышцы Урсулы напряглись, а пальцы сжались на рукояти Экскалибура. Она подняла меч.

— Абракс. Ты когда-нибудь сталкивался с Экскалибуром? Он упоминается в пророчестве про Дитя Тьмы.

Абракс зарычал, и этот звук отдался эхом в её костях. С треском и покачиванием своего тела он начал трансформироваться. Из его спины выросли крылья, а на ногах загнулись когти.

Урсула крепко сжала меч, отчаянно пытаясь призвать свою магию огня. Абракс бросился на неё, она замахнулась, и сталь меча отразила его скребущие когти. Ярость вскипела в её теле, и она ударила инкуба, отбросив его назад.

Где-то вдалеке она услышала крик Серы. И когда она повернула голову, её сердце остановилось. Големы стояли над Баэлом и Люциусом, и одно из существ вонзало клинок в спину Баэла.

Мир Урсулы перевернулся. Она едва ли осознавала свой собственный крик.

Без своих крыльев Баэл был смертным.

— Слишком поздно, — радостное, напевное заявление Абракса.

Ледяная ярость разлилась по венам Урсулы, и она помчалась к големам со скоростью ночного ветра. Со скоростью, о которой она и не подозревала, она пронзила их тела, затем развернулась лицом к демону.

Злая улыбка, руки скрещены на груди, кожистые крылья вздымаются над ним, как погребальный саван.

— Может быть, тебе не следовало предавать меня.

Урсула направила Экскалибур ему в грудь, и её рука дрожала от закипающей ярости.

Абракс вздохнул.

— Мы оба знаем, что ты истощена. У тебя не осталось сил бороться со мной, — он покачал головой. — Я подумывал убить тебя, но теперь думаю, что можно просто оставить тебя в живых. Чтобы ты могла чувствовать боль в своём сердце, пока твоё печальное маленькое смертное тельце не увянет и не умрёт.

Это то, о чём беспокоился Баэл. Наблюдать, как она стареет, тогда как он остаётся в расцвете сил. А теперь он мёртв. Что-то надломилось внутри Урсулы, и горячий гнев вспыхнул в её теле.

Последние остатки силы Эмеразель потекли по её венам, перетекая в Экскалибур. Огонь сорвался с лезвия, образуя массивный огненный меч.

Урсула рванулась вперёд, и меч пронзил грудь Абракса. Он застонал, падая на плитку пола и хватаясь за рёбра. Чистая ярость охватила Урсулу, когда она подошла к нему, пламя мерцало вокруг кончика лезвия.

— Ты грязная сука, — простонал Абракс.

— Ещё оставалось немного огня. Тебе действительно следовало выпить всё, — Урсула приставила Экскалибур к горлу Абракса.

— Н-нет… — пролепетал Абракс, отчаянно пытаясь вырваться. Его ноги, казалось, не слушались должным образом, и плитка под ним была испачкана кровью.

Урсула придавила его горло своим клинком.

— Ты сказал, что не веришь в пророчество. Это было ложью?

Глаза Абракса вспыхнули ужасом.

— Я дам тебе всё, что ты захочешь. Деньги, власть…

Горячий гнев пронзил её разум.

— Ты только что отнял у меня единственное, чего я хочу, — она полоснула пылающим лезвием вниз, открывая ещё одну глубокую рану в его груди. Воздух потемнел от запаха горящей плоти.

Спина Абракса выгнулась дугой, и он забился в агонии.

— Подожди! Подожди! — он лихорадочно рылся в карманах, пока не вытащил зажатый между пальцами бумажник.

— Ты думаешь, что сможешь купить меня? — зарычала Урсула.

— Это не деньги, — прохрипел Абракс. — Крылья.