К. Кроуфорд – Священные игры (страница 55)
Я подняла руки.
– Не бойтесь. Они оба с нами. Повелитель воронов и Магистр Соларис – члены сопротивления. Они и есть те предатели, о которых говорил патер. Именно они предупредили Эборию о наступлении. Мне очень многое нужно еще рассказать, но времени у нас крайне мало. Патер все еще жив, а Луминарии нас ищут. У нас нет времени на вопросы, споры или сомнения. Просто выслушайте меня и поверьте.
Не было ли это самым большим из всех возможных чудес…
Мы с Персивалем стояли, прижавшись к двери склепа с одной стороны. С другой стороны нас ждали Мэйлор и Сион.
Персиваль взглянул на меня, и его шрам стал еще глубже, когда он нахмурился.
– Не знаю, как ты, а я готов ко всему, лишь бы моя жизнь не была бессмысленной. Пусть даже она и продлится недолго.
– У нас все получится, – прошептала я с большей уверенностью, чем чувствовала на самом деле.
Дверь открылась, и темнота, казалось, поглотила меня. Магия теней окутала нас, и я совсем потеряла ощущение пространства. Точно чернила разлились по небесному куполу, стирая все вокруг. В темноте раздались крики, это Луминарии кричали, отчаянно пытаясь понять, почему они вдруг ослепли. Тени были тяжелыми, почти влажными, как земля. Холодный, как бывает зимой, ветер целовал мою кожу, обжигая щеки и обнаженные руки.
За мной цепочкой следовали Кающиеся, держа друг друга за плечи, чтобы не сбиться с пути. Мы пробирались сквозь темноту, как на мрачных похоронах.
Кто-то схватил меня за руку, и на мгновение меня охватила паника. Я была готов к битве, соответственно, перчаток на мне сейчас не было. Но когда я в ужасе отдернула руку, то услышала низкий голос Сиона.
– Успокойся, это всего лишь я. Ты наткнулась на стену. – И я снова почувствовала мозоли на его ладони, там, где он держал свой меч.
Мне хотелось вырвать свою руку. И все же ради Лео я была готова на все.
– Надеюсь, ты сможешь быстро все поджечь, Персиваль, – голос Сиона был почти не слышен из-за кричащих вдалеке Луминариев. – Сейчас Мэйлор создает тени, и ему понадобится моя помощь. Но долго водить за нос целый замок мы не сможем.
– Постараюсь действовать быстро, – голос Персиваля звучал отрывисто. – Насколько близко к двери вы нас собираетесь подвести? Потому что она огромная. И чтобы дрова горели быстро, температура должна быть… очень высокой. Здесь будет адское пекло. Я раньше не делал ничего подобного…
– Просто действуй, – перебил его Сион. – Мы можем встать вон в той арке, оттуда дверь уже видна. Я тебя направлю. Все же получится?
– Если честно, понятия не имею.
– Правильный ответ – да, – строго сказал Сион. – Да, все получится, потому что иначе мы все умрем. Это ясно? Вот и хорошо.
Я чувствовала, как сзади в меня врезались другие Кающиеся. Должно быть, в тот момент у всех было хорошо развито чувство самосохранения, потому что, несмотря на страх, повисший в воздухе, они сохраняли полное молчание. В этих густых тенях крики были единственным способом определить наше местоположение.
На стенах над нами Луминарии все еще кричали, одни – что это их ослепил Архонт, другие – что во всем виноват Змей. Ледяной ветер обжигал мою кожу, проникая даже сквозь толстый шерстяной плащ. Я обхватила себя руками, чтобы согреться.
Люди издавна боялись темноты, потому что никогда не знаешь, какие чудовища таятся в ее глубинах. Но когда ты сам был чудовищем – из огня, смерти и крови, – тени служили хорошим домом.
Сион отпустил мою руку.
– Отойдите чуть назад, – прошептал он. – Ждите моего сигнала. Когда придет время, я выведу вас через тьму к главным воротам.
Затем Сион что-то прошептал Персивалю. Вскоре после этого я услышала впереди рев пламени и потрескивание огня. Холодный воздух начал прогреваться от жары. Вдалеке послышались крики…
Я с трудом сглотнула. Я слышала крики горящих людей, ужасный звук, который до сих пор преследовал меня в ночных кошмарах.
В воздухе запахло горелым дубом, и, хотя я ничего не видела, у меня защипало в глазах. Я закашлялась от гари и дыма, моргая, когда жар перед нами усилился. Затем появилось слабое свечение – языки пламени, лижущие тени. Завораживающий танец тьмы и света.
Мой желудок сжался. Из-за яркого пламени Мэйлор и Сион теряли контроль над своей теневой магией. Огненные искры метались в воздухе, пока их снова не поглощала тьма.
– Жарче, – скомандовал Сион.
Пламя заревело с новой силой. Я подняла руки, заслоняя лицо от жара, обжигающего воздух, но даже отсюда он нагревал и осушал мою кожу. Я вдохнула густой дым, древесный, с едким привкусом, от которого запершило в горле.
Сила Персиваля была поразительной. Неудивительно, что он не хотел тратить ее впустую. Я могла себе представить эту разрушительную силу на поле боя, испепеляющую врагов…
– Достаточно, – раздался голос Сиона.
Жара спала, и на меня тут же нахлынули тени и холод. Сион и Мэйлор, должно быть, заморозили дверь, пытаясь потушить огонь, чтобы мы могли пройти и не обжечься.
Тени снова превратились в огромных зверей, пожирающих все вокруг. Мир вокруг нас стал ледяным.
Казалось, мороз забирался мне под кожу, и у меня стучали зубы. Холодный воздух обжигал мои щеки и горло. Воздух пронзали панические крики, разносящиеся по всему Руфилду.
– Уходим, сейчас же, – это был Мэйлор. Где же он стоял? – Вытяните руки, коснитесь плеч человека перед вами и идите по прямой. Двигайтесь быстро. Давайте же! Я больше не могу контролировать тени.
Ледяной ветер налетел на нас, сорвав капюшон с моей головы. Сион схватил меня за руку – нет! Это был Мэйлор, у него ладонь была глаже. Он потащил меня сквозь стену жара и дыма, пока не перешел на бег. Я пошатывалась, стараясь не отставать от него.
Задымленный воздух щипал мне глаза и горло, проникал в легкие, заставляя кашлять, пока я спешила за ним. Я хотела спросить его, не оставляем ли мы всех позади, но мне было трудно дышать. Когда тени отступили, перед нами забрезжил оранжевый свет. В остатках деревянной дверной рамы тлели угли, все было окутано черным дымом.
Но мы были почти свободны, оставалось только порог переступить…
Вдруг Мэйлор выругался.
Что-то просвистело в ночном воздухе, и Мэйлор упал на колени. Из его горла торчала стрела. Свет пробился сквозь тени, когда он потерял контроль над своей магией. Земля закачалась у меня под ногами, когда я оглянулась и увидела фигуры, выступающие из темноты. От металлических доспехов отражался свет. Луминарии блокировали нам путь, одни были вооружены луками со стрелами, другие – мечами.
Мэйлор вытащил стрелу из своего горла и бросился вперед, но другая стрела попала ему в грудь, едва не задев сердце. Я не смела дышать.
Сион превратился в вихрь теней и бросился на отряд, начал рвать Луминариев на части, но вот и в него вонзилась стрела. Он упал на землю, пронзенный в грудь.
Страх пробрал меня до костей, когда я увидел патера, стоящего позади солдат верхом на лошади, дымный ветер развевал его белый плащ и волосы. Он что-то выкрикивал на тиренианском, слова были полны ярости.
И хотя я не могла перевести их смысл, я достаточно хорошо понимала, что это значит. Он призывал к кровавой и безжалостной мести его врагам. Это означало, что Лео сгорит. Мы все сгорим.
Но я бы пошла на все, чтобы остановить это, даже если мне придется отдать свою душу Змею. Так и быть, на блюдечке ему ее преподнесу.
Ища слабые места, я оглядела отряд. Солдаты были сосредоточены не на мне, а на своих раненых товарищах, которых покалечил Сион. Один из этих солдат с криком бросился вперед. Его рука висела плетью.
Я рванулась вперед. Стрела пронзила мое плечо, но я не обратила на это внимания. Раненый Луминарий качнулся, и я провела рукой по его щеке.
Разложение охватило его, просачиваясь в вены. Его тело содрогнулось, и я толкнула его обратно в строй. Он врезался в группу солдат, и я схватила его за лицо, излучая невероятную силу в раскалившемся воздухе.
Смерть расцветала на кончиках моих пальцев, пока я носилась от одного Луминария к другому. Щупальца гнили обвивались вокруг солдат, словно ласки любовницы, нежно маня остаться лежать на гостеприимной земле.
Я упивалась звуками их последних вздохов. Предсмертные хрипы звучали для меня как успокаивающая колыбельная.
В моей голове проносились вспышки воспоминаний. Вот Ансельм, совсем еще мальчик, который связывал наши руки зеленой шелковой лентой и торжественно обещал мне, что однажды мы поженимся. Вот Лидия, плетущая венки из плюща, таволги и бледно-желтых примул. Меня не пригласили на маскарад, потому что я не знатного происхождения. А она сказала, что мы сами устроим свой маскарад ночью на берегу моря, и музыкой нам будет пение соловья и ритмичный плеск волн, и больше мы к нам никого не пустим, будем веселиться втроем.
Потом я увидела Лео, который крепко спал, лежа поперек на кровати, его худые конечности торчали из-под одеяла. Мэйлор сидел за своим столом, лихорадочно писал и пытался снова что-то ощутить. Вот он повернулся и посмотрел на меня, и глаза его были такими же темными, как и магия, стекающая с моих пальцев.