К. Кроуфорд – Священные игры (страница 51)
– Я пытаюсь вернуть тебе Лео, и будет настоящим чудом, если мне это удастся в сложившихся обстоятельствах.
Я прищурилась.
– А если я все равно попытаюсь спасти всех?
– Боюсь, я не позволю тебя этого сделать, любовь моя, – на его челюсти дрогнул мускул. – Я собираюсь спрятать тебя.
Так я и думала.
Он обнажил клыки, провел по ним языком.
– А после того как я доставлю тебя в безопасное место, мне нужно будет держаться подальше от тебя, Элоуэн. Я убил столько людей за последние несколько дней… – он замолчал и провел ладонью по губам.
Я наклонилась за мокрыми брюками, надела их. Они были холодными и плохо тянулись, поскольку совершенно не высохли, но меня это не волновало.
Затем я натянула сапоги. Как только я оказалась полностью одета, я сказала:
– Ну что ж, идем. Как сейчас патрулируются коридоры?
Он потянулся к дверной ручке.
– Людей не так много. Несколько Луминариев, но они почти все снаружи, меня выслеживают, – он оглянулся. – В этот раз я тебя нести не смогу. Находиться рядом с тобой сейчас – вообще идея не из лучших, – в его речи проскальзывал лирионский акцент. – Старайся идти побыстрее, а уж я отведу тебя в безопасное место.
Я кивнула. Он открыл дверь и внимательно огляделся.
Мое сердце бешено заколотилось, когда я последовала за ним, все тело трепетало. В коридоре я повернулась к нему, почти задыхаясь. Я широко раскрыла глаза и прижала ладонь к его груди.
– Та твоя записка, – сбивчиво проговорила я. – Я не захотела сжигать ее, потому что в тот момент это было все, что у меня от тебя осталось. Но она осталась в комнате.
Он тихо выругался, по-лирионски раскатисто произнося «р», и снова открыл дверь. Он вошел внутрь, и мои нервы затрепетали от предвкушения.
Трясущимися руками я захлопнула дверь и опустила железный засов, заперев его внутри.
– Элоуэн! – взревел он, и в груди у меня все сжалось. Меня охватило чувство вины.
– Мне жаль, – прошептала я.
Я непременно освободила бы его, как только убила бы патера. Либо это сделали бы Луминарии. Тогда, конечно, будет драка, но я, разумеется, ставила на вампира против кучки смертных.
Рычание Мэйлора эхом отдавалось от двери, но рисковать ему было нельзя, потому что его как-никак искала половина замка.
– Прости, – сказала я чуть громче, и у меня защипало в глазах.
Вот что творит Орден. Настраивает людей против тех, кого они любят. Потому что никто из нас не мог полностью доверять друг другу, не так ли? Орден заполнял наши сердца пустотой.
Я развернулась и поспешила по темному коридору.
Украденным у Мэйлора ключом я отпирала одну дверь за другой, пока не нашла того, кого искала. Персиваль сидел на своей кровати, обхватив голову руками.
Дрожа, я отперла его комнату. Отодвинула железный засов и толкнула деревянную дверь.
Персиваль поднял на меня глаза, и на его лице отразился шок.
– Как во имя Архонта…
Я подняла руку, показывая украденные ключи.
– Нет времени объяснять. Освободи остальных и уведи их в туннели, а я вас потом найду. Патер хочет казнить нас уже завтра, но я этого не допущу, – с этими словами я бросила ему ключи и побежала прочь.
Спустившись всего на один этаж, я наткнулась на первого Луминария.
Глава 38
Точно мрачная тень, я подкралась ближе к солдатам.
Они смотрели в другую сторону, тела их были напряжены. Я бесшумно подобралась к ним сзади.
Они, похоже, почувствовали мое дыхание, потому что один из них вдруг резко обернулся и собрался было выхватить меч из ножен. Но было уже слишком поздно. Я успела коснуться его шеи.
Как только у него под кожей начали проступать темно-фиолетовые вены, я повернулась к следующему. Другой Луминарий вытаращил глаза. Я резко ударила его по лицу.
Вот и под его кожей начала расползаться гниль. Такие изящные линии разложения…
Змей был голоден этой ночью, и я намеревалась накормить его досыта.
Но при этом нельзя было совсем терять голову. Я забрала меч у одного из убитых. Лучше оружие, чем мое проклятие.
Я затянула кожаные ножны на поясе, под плащом. Потянулась за их кинжалами, сунула их в карман плаща, рядом с колом.
Полностью вооруженная, я побежала по коридору, стараясь ступать бесшумно. Свернула на узкую лестницу, бросилась вниз.
У самого подножия лестницы я замедлила шаг, идя на цыпочках. Выглянула из-за угла. На лестничной площадке стояли два Луминария. А сразу за ними была дверь во внутренний двор.
Выхватив меч, я бросилась вперед. Когда они повернулись, я уже целилась в горло одному из них и в следующий миг обезглавила его. Молниеносно развернулась, чтобы парировать удар второго солдата, замахнувшегося на меня. Мой меч столкнулся с его мечом раз, другой. Нужно было скорее покончить с этим, пока он не предупредил кого-нибудь еще.
Я с силой ударила по его лезвию, и когда его меч со звоном упал на пол, мой клинок вонзился ему в горло. Кровь хлынула на камень, и я толкнула дверь, ведущую во двор.
В тени двора мой взгляд скользнул по столбам, к которым нас должны были привязать. Они торчали из узловатых охапок хвороста, точно мертвые, перевернутые деревья.
Я прокралась сквозь тени и скрылась в старом лабиринте живой изгороди. Здесь, в тени тисов и живых изгородей, меня никто бы не увидел. Я вдохнула аромат фиалок и колокольчиков, которые росли по всему двору. До чего приятный запах в такую мрачную ночь, как эта…
Если я не помешаю планам патера, завтра воздух наполнится запахом горящей плоти.
Мое учащенное сердцебиение, казалось, отдавалось у меня в голове. Пока я шла дальше по двору, пейзаж менялся. В воздухе уже не пахло так приятно. Здесь росли узловатые темные растения – боярышник с колючими ветвями, терновник, который доходил мне до пояса.
Когда в поле зрения показался храм, на моей коже выступил холодный пот. Из нескольких узких окон лился теплый свет на заросшие сады. Безлунной ночью было почти ничего не разглядеть. Но это было даже хорошо, потому что Луминарии меня тоже бы не увидели.
Мое дыхание участилось. Внутри меня кипела ярость битвы.
Почему-то мне казалось, что земля с каждым моим шагом уходит из-под ног. Подойдя ближе к храму, я заметила двух Луминариев, охранявших дверь. Спрятавшись за терновым кустом, я пристально их разглядывала. Узкие окна располагались по обе стороны от двери храма, и теплый свет падал на их плечи и головы. Шей я толком увидеть не могла, но представляла, в каких точках находились жизненно важные кровеносные сосуды. Я наклонила голову чуть набок. Вампиру эта часть шеи, должно быть, была бы очень хороша знакома – ведь там проходили артерии, которые несли живительную кровь от сердца к мозгу. Пульс под кожей. Перережь эти вены, и человеку конец.
Я сунула руку в карман плаща и вытащила два кинжала. Мое сердце билось о ребра, как военный барабан. Прищурившись, я сосредоточилась на своей цели. Я столько раз проделывала это, тренируясь с бароном, часами упражнялась до появления волдырей на пальцах. Однажды, когда я промахнулась, он сильно ударил меня по губам тыльной стороной ладони, так что даже кровь выступила.
Я задержала дыхание, а затем метнула первый кинжал. Как только один солдат начал оседать, я метнула второй. Тихий стук означал, что я попала в цель.
Подобрав меч, я бросилась к двери. Я до последнего не знала, попала ли я в эти нужные точки, пока не оказалась над поверженными. В груди у меня все сжалось при виде их обмякших безжизненных тел, медленно сползающих по деревянной двери. Из их шей на камни текла темная кровь. Я медленно выдохнула и, стиснув зубы, оттащила тела в сторону.
Остановившись в тени за дверью храма, я заглянула в узкое окошко и не слишком удивилась, увидев там Сиона с мечом на поясе. Он расслабленно прислонился к колонне, скрестив руки на груди.
Свет плясал на камнях, когда факелоносцы высоко подняли свои факелы. Тени ползли по каменному полу, захватывая мое сердце.
За спиной Сиона патер простирал руки в мольбе, его губы шевелились в молитве. Он всегда проводил всю ночь в этом храме?
Конечно же, Сион был здесь, защищая своего хозяина. Кровь застыла у меня в жилах, когда я снова перевела на него взгляд. Теперь патер знал о Лео всё. Как сильно я о нем заботилась… Сион, должно быть, заметил его в тот день в Брайервуде. А потом, наверное, выследил. Ну и разумеется, как вампир, он видел
Вдруг кровь застыла у меня в жилах. Мэйлор ведь не сказал бы ему…
Не сказал же?