К. Кроуфорд – Священные игры (страница 22)

– На восстановление будет выделен один день. После первого испытания выжившие проведут время в шепчущих камерах, готовясь к следующему этапу.

Я снова вскинула брови.

– Еще больше имен из нас вытянуть хотите?

– Нет, но вы исповедуете нам свои грехи. Очистите душу. Так хочет патер. Руки тех, кто сумеет выбраться из лабиринта, будут обагрены кровью.

Ага, значит, теперь мы должны чувствовать себя виноватыми за то, что нас вынудили убивать друг друга?

– А что насчет тебя? – дерзко поинтересовалась я. – У тебя есть мечты и воспоминания, которые тебе хотелось бы кому-то излить?

Он пристально посмотрел на меня.

– О, их предостаточно. И даже когда я их не совершаю, я о них думаю. Они больно обжигают мой разум, – он окинул взглядом мое тело. – Вот сейчас, например, я думаю о тебе, а ведь не должен, – он поднялся и резко спустил рукава до прежней длины. – Мне есть о чем сожалеть, это верно. Но исповедоваться в этом я буду явно не тебе, – он махнул рукой на свою кровать. – Ложись здесь. А я займу стул или вообще не буду сегодня спать.

Интересно, что ему не давало спать всю ночь? Писал что-то, потом сжег… Я скинула плащ и, слегка покачивая бедрами, направилась к его кровати. Томно вздохнула.

– Да будет тебе известно, Мэйлор, что одетой я никогда не сплю, – ух, как я лгала: я всегда спала полностью одетой, да еще и в перчатках. Но раз есть у меня сейчас капелька власти, надо же ею воспользоваться.

Я отступила на несколько шагов, сняла свой черный кожаный камзол. По-прежнему стоя спиной к Мэйлору, я бросила камзол на пол рядом со стопкой книг у его кровати. Я не видела его лица, но чувствовала на себе его взгляд, который обжигал меня, точно головешка. Казалось, воздух вдруг нагрелся.

Я стянула кожаные брюки и рубашку, оставшись в белом нижнем белье, настолько тонком, что оно было почти прозрачным. Сейчас только легкая и гладкая на ощупь нижняя рубашка прикрывала мою обнаженную грудь.

Я оглянулась и увидела, что на прекрасном лице Повелителя воронов отражалось отчаяние. Руки были сжаты в кулаки. Голубые глаза будто светились – должно быть, такой эффект создавало пламя в камине. Он явно был ошеломлен.

Его взгляд медленно скользнул по его телу, и его глаза потемнели.

Этого, впрочем, было достаточно, и я с довольным видом забралась под пахнущее благовониями одеяло.

Здесь, в замке Руфилд, я готова была ловить каждый момент удовольствия, вытягивать его из мира живых до капли, прежде чем смерть накинет на меня свой темный покров.

Я открыла глаза. Комната была залита светом свечей, мерцающие золотые отблески смешивались с тенями. Я села в кровати, и прохладный ветерок замка коснулся моей обнаженной кожи, точно с нежностью целуя ее. Меня окутал аромат сандалового дерева.

Мэйлор сидел за своим столом и что-то лихорадочно записывал. В воздухе пахло горелым пергаментом. Повелитель воронов снял плащ и остался в тонкой белой рубашке. Рукава он снова закатал, так что я снова невольно начала разглядывать его мускулистые предплечья.

Он оглянулся на меня. Его челюсть выдавала напряжение, а голубые глаза загорелись ярче в тусклом свете свечей. Давненько он, должно быть, не видел обнаженные женские плечи или округлые очертания грудей под легкой сорочкой. Когда вообще в последний раз мужчина видел меня обнаженной? Не считая ванны, разумеется… Когда Мэйлор смотрел на меня, я отчетливо ощущала каждый дюйм, каждую клеточку своего обнаженного тела, и мне страшно хотелось, чтобы он прикоснулся ко мне. Столько лет прошло с тех пор, как кто-то прикасался ко мне со страстью, с вожделением. Я ненавидела Повелителя воронов. Но во мне все переворачивалось. Он был единственным, кто еще мог прикоснуться ко мне без трагичных последствий.

Интересно, если я сейчас сниму свою сорочку, он сорвется? Нарушит данные клятвы?

– Элоуэн, – хрипло выдохнул он мое имя.

Я позволила одной из бретелек сорочки соскользнуть, приоткрывая верхнюю часть груди. Он расстегнул свою рубашку, и я пришла в восторг от вида его мускулистого тела, очерченного тенями в свете камина. Он был подобен самому богу.

Он так быстро пересек комнату, скользя сквозь тени, что мое сердце тут же заколотилось чаще. Зло во плоти. Запретный плод, который я жаждала вкусить.

Сердце чуть ли из груди не выпрыгивало, когда он оказался со мной в одной кровати и склонился ниже. Миг, и вот его пальцы уже в моих волосах, тянут назад мою голову, запрокидывая ее. Он одарил меня безумным, почти хищным взглядом, явно теряя контроль над собой.

– Если будешь вести себя как шлюха, я буду обращаться с тобой соответствующе, – и, вцепившись в тонкую ткань моей сорочки, сорвал ее с меня. От резкой прохлады по коже побежали мурашки, а сердце застучало громче. Я не должна была хотеть этого, но по телу растекался жар, пульс учащался, дыхание становилось все более прерывистым.

Его взгляд обжег мое тело. Когда он сжал мою грудь, я жаждала этого. Он стал целовать меня в шею, нежно водя по ней языком. Я чувствовала, что хочу его, страстно, безумно. Прижалась к нему бедрами, и он застонал.

В следующую секунду он резко сорвал с меня нижнее белье. Обнаженную кожу слегка покалывало. Повелитель воронов раздвинул мои ноги, прямо-таки пожирая меня взглядом.

Я проснулась вся в поту. Желание по-прежнему пульсировало во мне. И почему сны всегда заканчиваются в самые неподходящие моменты?

Мысленно ругая себя последними словами, я снова зажмурилась. Да этого сна вообще не должно было быть!..

Я могла помучить его, это да. Но мучить себя я не стала бы – уж точно не ради такого монстра, каким был Повелитель воронов. Пусть я и наемная убийца, прикончившая немало людей, но даже у меня были некоторые моральные принципы.

Я закинула руку за голову. В окна уже светили первые солнечные лучи. Я же все никак не могла отдышаться. На всякий случай осмотрела одежду, в которой ложилась. Целая.

Мэйлор, точь-в-точь как в моем сне, сидел за своим столом в тонкой белой рубашке, рукава которой были закатаны до локтей.

Он оглянулся на меня, и я инстинктивно натянула одеяло повыше, дабы прикрыть грудь.

Он тяжело вздохнул.

– Пора тебе собираться, Элоуэн. Первое испытание скоро начнется.

Тут же жар сменился ледяным холодом.

Глава 18

Мрачная процессия Кающихся, коих было около сотни, шествовала вперед, все в темных плащах с капюшонами. Мы прошли под древней каменной аркой, вход в лабиринт был все ближе. В воздухе повис страх, такой тяжелый, что я, кажется, могла ощутить его вкус. Над открытыми проходами выстроились в ряды лучники в плащах, готовые обрушить град стрел на любого, кто попытается сбежать. Залы здесь были вырыты глубоко в земле.

Пока шагали к лабиринту, наш альянс из пяти человек держался вместе. Я сумела осторожно вывести всех вперед. Хьюго и Годрик шли по бокам от меня, а Сазия и Персиваль – чуть впереди. Длинные темные волосы Годрика выбивались из-под капюшона с одной стороны, и я подумала, что он, наверное, специально уложил их таким образом. Будь у меня такие же шикарные волосы, я бы тоже сделала красивую прическу.

Лови момент и наслаждайся им, пока еще есть время.

В воздухе пахло землей, мхом и влажными камнями. В каменистом коридоре свистел ветер. Мы то и дело проходили под осыпающимися каменными арками, но в целом местность была довольно открытой, специально для лучников. Я сунула руку в карман, в очередной раз нащупывая записку от Лео. Мысль о том, что он сейчас в безопасности, пусть и не со мной, грела мое сердце.

– А ведь это место старше тиренийцев, – прошептал Хьюго. – Построено еще до прибытия с востока императора Северина. Об Архонте еще никто слыхом не слыхивал. Мы с Годриком каменщики, но вряд ли сумели бы построить что-то подобное, такое, чтобы на века.

– Архонту все это не нужно, – Сазия пренебрежительно махнула рукой. – Сдалось оно ему. Думаю, мы сейчас здесь, потому что у вас, мерфийцев, нет настоящей культуры. Не следовало мне вообще приезжать в этот варварский городишко.

– Есть у нас культура, – защищаясь, воскликнул Годрик. Он лихорадочно оглядывался по сторонам. – Просто… Ну, это не самый лучший образчик, вот и все…

– Знаете, за что меня обвинили? Не из-за трав, нет, – Сазия даже не дала нам возможности высказать свои предположения. – Я влюбилась в мерфийку. А в ваших краях такое запрещено, верно? В итоге, когда мы попались, она заявила, что я Помечена Змеем и навела на нее чары. Смешно, – она спрятала волосы под капюшон. – Нет, правда, было бы очень даже забавно, ни окажись я в итоге здесь.

– Сочувствую, – проговорила я.

– Не твоя же вина, – фыркнула она.

Я оглянулась через плечо, и в груди у меня все сжалось при виде колонны покорно шагающих вперед Кающихся. Их лица скрывали капюшоны. Сколько же из нас останется в живых к полуночи…

За нами шел мужчина с татуировками и сердито поглядывал на меня.

– Ну с добрым утром, маленькая ведьма. Привет той, ради кого мы все собрались здесь. Причине всех сегодняшних напрасных смертей. Все беды – от темных сил вроде твоих. Это ведь ты выпила кровь из всех тех найденных трупов, а? Это все твоя сила смерти, твоя злая магия?

У меня перехватило дыхание.

Хьюго тоже оглянулся, вытаращив глаза.

– Тем не менее, судьба привела тебя сюда. Должно быть, так было предначертано – Архонтом или, может, старыми богами…