К. Кроуфорд – Первозданная магия (страница 50)

Баэл шагнул вперёд, и его тело напряглось от ярости.

— Как ты знаешь, я заявил на неё права.

Взгляд Абракса обратился к Баэлу, и его глаза вспыхнули бледным светом.

— Я сказал, приведите мне девчонку! — голос Абракса эхом разнёсся по коридору.

Двое охранников схватили Урсулу за руки, их пальцы впились в её плоть, когда они потащили её вперёд. Губы Абракса скривились в улыбке.

— Затем убейте Лорда Абельды.

Люди за спиной Абракса откинули капюшоны, обнажив пустые, серые, невыразительные лица големов. Как только они бросились к Урсуле, два дракона кинулись на них, нанося удары своими когтями.

Голос Баэла прогремел у неё за спиной:

— Беги!

Урсула рванулась всем телом, освобождаясь от охранников. Она сильно ударила ногой, вырубив одного из них, затем побежала к Баэлу. Как раз в тот момент, когда она была уже близко к нему, щупальца тени метнулись вперёд и обвились вокруг его груди.

Абракс приземлился рядом с ним, расправив кожистые крылья.

— Всё ещё ошиваешься с дворняжкой Эмеразель. У тебя на редкость дурной вкус на женщин.

Баэл попытался освободиться от пут, но они держали его крепко. Затем из тени выступил Люциус.

— Что ты здесь делаешь, Абракс? — спросил Драк.

— Забираю то, что принадлежит мне, — прорычал Абракс.

— Тебе нужно Дитя Тьмы?

Тень улыбки скользнула по губам Абракса.

— Вот что ты думаешь? Что Урсула — Дитя Тьмы? — он склонил голову набок. — Вообще-то, мне всё равно, что ты думаешь. Пришло время тебе умереть, Люциус.

Люциус медленно покачал головой.

— Я не собираюсь умирать, — он вытащил Экскалибур из ножен. Не сводя глаз с Абракса, он медленно поднял клинок. Волосы на его голове ярко засияли, как пылающий факел, и тёмно-красное пламя начало мерцать вдоль лезвия, охватывая его руку. Урсула судорожно вздохнула. Даже Абраксу было бы трудно сражаться с мужчиной, закованным в доспехи Экскалибура.

В следующее мгновение он застонал, и его тело согнулось, когда лезвие исчезло под ним. Волосы на его голове вспыхнули красным, а на коже выступили багровые чешуйки. Из его пальцев выросли когти, а тело расширилось. Когда он поднял голову, Урсула уставилась на морду дракона, чьи глаза пылали, как угли.

Абракс взмахнул крыльями, поднимаясь в воздух.

— Убейте дракона! — крикнул он големам.

Безликие существа набросились на Драка, прыгнув на него. Они рубили его чешую своими клинками, но удары лишь отскакивали в сторону. Как в замедленной съёмке, Люциус изогнул шею, глядя в потолок, затем открыл пасть, чтобы закричать.

Только на этот раз вместо пронзительного вопля в воздух взметнулась струя пламени, нескончаемым потоком вырывавшаяся из горла Драка. Големы прыгали и кувыркались, чтобы избежать огня, и комната наполнилась жаром.

Баэл зарычал, всё ещё оплетённый магическими путами Абракса. Урсула повернулась, чтобы помочь ему, но он покачал головой.

— Убирайся отсюда. Оставь меня. Со мной всё будет в порядке, — тени затуманили его глаза. — Сейчас же, Урсула!

Хлопанье крыльев вскружило Урсуле голову, и её мир перевернулся, когда она посмотрела на Абракса в его ужасающем демоническом обличье, с острыми тёмными когтями на пальцах. Прежде чем она успела убежать, он схватил её и поднял в воздух, и его мощные крылья забили по воздуху.

— Урсула! — крик Баэла эхом разнёсся по коридору.

Страх пробежал по её спине, когда Абракс поднял её выше, и она уставилась на царящий внизу хаос. Драк и другие драконы сражались с големами. Носилки короля Мидака лежали разбитыми, в окружении тел его носильщиков. Он сам исчез, а в центре обломков горела пентаграмма. «Он сбежал, используя сигил Эмеразель».

И Баэл — он всё ещё боролся на полу. Он высвободил одну руку, и три голема окружили его с обнажёнными ножами. Сердце Урсулы подскочило к горлу, и когти Абракса впились в её плоть под рёбрами. «Он безоружен. Смертен. Он ни за что этого не переживёт».

— Баэл! — крикнула она.

Он поднял глаза. Если бы Урсула не болталась в объятиях Абракса, то ударила бы его. Она уже видела этот взгляд раньше, тот, который говорил: «Я смирился со своей судьбой». Но на этот раз она подумала, что, возможно, он прав.

Абракс наклонился и прошептал ей на ухо:

— Каково это — смотреть, как умирает твой возлюбленный?

Урсула забилась в его хватке, но в этот момент на сцену выбежала другая фигура — длинные ноги в разорванном чёрном коктейльном платье, светлые волосы развевались за спиной. Сера. Подбегая к Бэлу, она сунула руку в сумочку и вытащила чёрный шарик. Нет, не шарик. Яблоко. То, что наполнено теневой магией Баэла. Какого чёрта? Разве он не сказал, что оно не сработало?

— Лорд! — крикнула Сера, бросая ему фрукт. Свободной рукой он поймал его и одним движением поднёс ко рту, откусив как раз в тот момент, когда големы прыгнули. Как только яблоко коснулось его рта, его глаза вспыхнули тёмно-красным.

Абракс зарычал, и магия теней окутала голову Урсулы, как саван.

Глава 28

Урсула не видела ничего, кроме теней. Холодный ветер хлестал её по коже, и она дрожала в объятиях Абракса. Почему Баэл сказал ей, что не смог вернуть свою магию? С замиранием сердца у неё возникло ощущение, что дело в ней. Он думал, что со своей магией представляет для неё опасность, движимый жаждой крови. То есть, он отказался от своей магии ради неё, и от этой мысли у Урсулы сжалось нутро. Если бы у Баэла была его магия, когда они штурмовали драконье логово, у драконов не осталось бы ни единого шанса.

Мощные крылья Абракса били по воздуху, как боевой барабан, и ритм сливался с биением её сердца. Холодный воздух обдувал её кожу, и когда они летели, Урсула игнорировала кончики когтей, вонзавшиеся в её плоть — фактически игнорировала все мысли, кроме Баэла. Драконы, големы, Драк — все они хотели его смерти. Но Урсула видела, как он сражался, и знала, что у него был шанс.

Они летели, должно быть, по меньшей мере минут десять, когда хлопанье крыльев Абракса начало замедляться. Её сердце ухнуло в пятки, когда они стали спускаться, и её ноги коснулись земли, после чего она, споткнувшись, упала на колени.

— Абракс? — она ненавидела себя за то, что проявила слабость, а он не ответил. Всё ещё ослеплённая магией тени, Урсула поползла на коленях, хватаясь за влажную землю, чувствуя под пальцами только сосновые иголки. В воздухе остро пахло вечнозелёными растениями. Итак, она была в лесу. Выяснение этого ничего не дало — факт оставался фактом: она ничего не видела и была скована.

— Вставай, — Абракс схватил её за скованные наручниками запястья, грубо поднимая на ноги.

Он подтолкнул её вперёд, и Урсула споткнулась о корни и неровную лесную почву. Ей потребовалась вся концентрация, чтобы просто удержаться на ногах.

— Куда ты меня ведёшь?

Он не ответил, но она почувствовала, как корни становятся тоньше, земля делается всё более скудной, а по коже пробегает лёгкий ветерок. Возможно, поляна.

Абракс снова подтолкнул её вперёд, и Урсула наткнулась на деревянную ступеньку. Ветерок стих, когда они ступили на какое-то подобие лестничного пролёта — сырое помещение, пахнущее деревом. Тёмная магия Абракса распространилась по всему её телу, заставляя дрожать, пока Урсула шагала по лестнице. На площадке Абракс наклонился к ней, и дрожь пробежала у неё по спине. Послышался скрип двери.

— Шагай, — сказал Абракс, снова пихая её вперёд.

Урсула, спотыкаясь, прошла по деревянному полу, который заскрипел у неё под ногами, и оказалась в комнате, где пахло плесенью и разложением. Её сердце бешено колотилось о рёбра. «Куда он меня ведёт?»

Пройдя шагов десять, Абракс открыл ещё одну дверь.

— Смотри под ноги.

Он толкнул её, и Урсула покатилась вниз, её тело билось о деревянные ступеньки, пока она не ударилась о землю. По крайней мере, там было мягко — рыхлая почва — но даже так это причинило боль. Её руки и рёбра явно потом будут в синяках, и Урсула ударилась головой о землю. От запаха плесени она чуть не задохнулась. Когда она с кряхтением поднялась на ноги, её пульс участился. Она была в подвале. Это не к добру.

Она попыталась повернуться, побежать обратно тем же путём, которым они пришли, но Абракс снова толкнул её. Засранец.

— Не волнуйся, — прорычал он. — Мы уже почти на месте.

— Где именно? — когда он не ответил, Урсула сказала: — Если ты причинишь мне боль, Баэл придёт за тобой. И Эмеразель пошлёт за мной Кестера.

Абракс просто потащил её вперед за локоть. Сделав всего несколько шагов, он остановился. Всего на секунду его пальцы коснулись её щеки. В следующее мгновение те же самые пальцы сомкнулись на её горле. Он протянул руку ей за спину, разрывая кандалы, сковывавшие запястья. Её руки освободились, но Урсула всё равно ничего не видела. Он уже приставил лезвие к её животу.

— Мне нужно, чтобы ты разделась, — сказал он.

Сердце Урсулы готово было выскочить из груди. Что за игру он ведёт? Он никогда не проявлял к ней подлинного сексуального интереса. В тот единственный раз, когда они поцеловались, он испытал странное отвращение.

— Зачем? — спросила она.

Его клинок вонзился ей в бедро.

— Я не буду просить снова.

Портал. Он хотел провести её через портал. В Царство Теней? Ни за что, чёрт возьми.

— Я не собираюсь раздеваться.

Абракс отступил назад, и следующее, что почувствовала Урсула — это мощный удар сбоку по черепу. А потом — ничего.