К. Кроуфорд – Первозданная магия (страница 42)

— Твоя слабость в том, что я сильнее и быстрее тебя, — сказал он, нанося ей удар с такой силой, что Урсула чуть не потеряла равновесие. — Ты сдаёшься?

— Нет, — выдохнула она, пытаясь дать отпор, но меч Баэла превратился в размытое пятно стали, снова и снова врезающееся в Экскалибур.

Он кружил вокруг неё, как вихрь, так быстро, что она не поспевала за ним. В следующее мгновение Баэл развернул её к себе спиной, рукоятью меча прижимая её руки к телу.

Он наклонился к Урсуле сзади, и его дыхание согревало раковину её уха.

— Ты сдаёшься?

В таком положении, со скованными обеими руками, Урсула не могла ударить его. И в любом случае, жар, исходящий от его мощного тела, затуманил её мысли. Свободной рукой Баэл погладил пояс её юбки, чуть выше тазовой кости, и расплавленный жар разлился по её венам. Без единой сознательной мысли Урсула прижалась к нему бёдрами, и из горла Баэла вырвалось тихое рычание. Кончики его пальцев скользнули ниже, под подол юбки, заставляя её пульс учащаться. Её спина выгнулась дугой, голова откинулась назад, прижимаясь к его плечу. Урсуле хотелось почувствовать его прекрасные губы на своей шее.

Ещё одно прикосновение его пальцев, на этот раз ниже, и у неё перехватило дыхание.

— Ты сдаёшься? — тихо спросил Баэл.

Её пыл немного охладился. «То есть, он всё ещё играет на победу».

— Я думала, мы должны тренироваться.

Его мышцы напряглись, пальцы сжались.

— Верно.

Урсула постаралась привести мысли в порядок, отчаянно желая доказать Баэлу, что она способна сражаться так же эффективно, как и он. Ладно, может, Баэл и превосходил её в силе и скорости — и, очевидно, в обольщении — но у неё всё равно имелось кое-что, чего не было у него.

Она призвала свою магию, стиснув зубы, когда пламя Эмеразель пробежало по её руке. Адский огонь скользнул по лезвию, языки пламени лизнули поверхность стали, и Урсула почувствовала, как напряглись мышцы Баэла. «Давай посмотрим, как тебе понравится моя огненная магия».

Она намеревалась всего лишь поджечь клинок, но сталь Экскалибура была подобна губке, впитывающей её магию. Меч начал светиться, становясь всё горячее и горячее. Баэл отпустил её, отступая назад.

Баэл обошёл вокруг Урсулы, уставившись на сверкающий клинок. Огонь вырвался из меча, разгораясь всё жарче, ярче, пылая, как умирающая звезда. Пламя бушевало вокруг, такое мощное, что Урсула не могла его контролировать.

— Баэл, я не могу остановить это…

— Урсула, — произнёс он.

Она отступила от Баэла, чувствуя, как огонь пробегает вверх и вниз по её телу. Но с пламенем что-то происходило… казалось, оно затвердевало, уплотнялось вокруг неё, принимая форму её конечностей. На поверхности начали формироваться пластины и стыки из платинового огня. Треск эхом отразился от стен, и с кончика её меча сорвалась струя пламени. Она разлетелась по комнате, но вместо того, чтобы ударить в стену, остановилась у какого-то невидимого барьера.

Когда Урсула взмахнула мечом, огонь переместился вместе с лезвием, как будто она держала клинок из чистого огня три метра в длину и полметра в ширину. Она медленно повернула лезвие так, чтобы оно оказалось на одной линии с сердцем Баэла.

— Возможно, я физически слабее тебя, но у тебя нет меча, который способен на такое.

Урсула направилась к нему, и светящаяся броня следовала за каждым движением её конечностей.

Баэл замахнулся на неё своим клинком, но один-единственный парированный удар рассёк его лезвие надвое, оставив ему лишь оплавленный обрубок клинка.

— Ты сдаёшься? — потребовала Урсула.

Не сводя с неё глаз — яростных, порочных — Баэл отступил на шаг. Она взмахнула пылающим лезвием из стороны в сторону. Каждый взмах оставлял в воздухе раскалённый сноп искр. Баэл попятился к облицованной плиткой стене метро. Медленно, с горящими глазами, он опустил остатки своего меча. Он приподнял бровь, и на его губах появилось подобие улыбки.

— Я сдаюсь.

Урсула опустила горящий клинок, позволяя адскому огню остыть в её крови. По мере того, как огонь покидал её вены, доспехи вокруг неё медленно тускнели, а пламя на её клинке угасало.

Баэл сделал глубокий вдох, пристально глядя на неё, затем, наконец, заговорил.

— Как ты это сделала?

— Я просто призвала свою магию огня, и Экскалибур, казалось, вытянул её из моего тела. Я не знаю, как случилось всё остальное.

Баэл изучал её меч.

— Могу я взглянуть на него?

Урсула протянула ему рукоять — она уже была прохладной на ощупь.

Он перевернул меч, словно зачарованный разглядывая его.

— Я никогда не видел подобной магии. Похоже, король Оберон выковал заклинание прямо в стали, и оно усиливает твою магию, — он вернул меч Урсуле, и слабая улыбка тронула его губы. — Я думаю, ты готова.

***

Дверь лифта открылась, и Урсула с Баэлом вошли в ярко освещённый вестибюль. В воздухе витал густой запах жарящегося мяса. Прежде чем покинуть станцию метро, она снова натянула свою рассечённую майку.

Урсула пересекла кухню и обнаружила Зи, стоящую над большой миской дымящегося картофельного пюре, пахнущего чесноком и маслом. Она ела прямо из миски.

— Быстро вы, однако. Уже закончили тренировку?

Баэл проскользнул на кухню, пригнув голову под дверной притолокой.

— Меч сильнее, чем я думал. Драконы не смогут причинить ей вреда. Как будто меч предназначен для неё.

Когда ложка картофельного пюре зависла в воздухе, на лице Зи промелькнула целая гамма эмоций: скептицизм, смешанный с надеждой на то, что осада города может закончиться.

— Ты уверен?

— Я буду рядом, чтобы помочь.

Их перебил голос Серы, когда она появилась позади Баэла.

— Мясо будет готово через двадцать минут. Не прикасайся к картошке!

Зи зачерпнула ещё ложку.

— Что именно ты имеешь в виду, говоря что меч предназначен для Урсулы?

Урсула выдавила улыбку.

— Ну, во-первых, я смогла, наконец, разоружить Баэла.

Баэл почти незаметно хмыкнул.

Глаза Зи расширились.

— Каким образом?

— Это трудно объяснить. Меч усиливает мою магию, делая её более могущественной. Кажется, он также создает вокруг меня своего рода магическую броню.

Зи тихонько присвистнула, опуская ложку.

— Ангельские Доспехи.

— Что это, собственно, такое?

— Ты ведь знаешь, что фейри не объединены, верно? В отличие от твоего тенистого бойфренда, мы не состоим в союзе с богами света или тьмы. Мы просто, типа, ангелы, которые спустились на землю, чтобы насладиться вкусной едой и коктейлями. Как бы то ни было, в самые первые дни после грехопадения мы нуждались в защите от всех демонов. Итак, Первые Фейри создали магическую защиту, которая сделала их почти неразрушимыми. Она называлась «Ангельские Доспехи». Я понятия не имела, что это сработает с гончей Эмеразель. Предполагается, что это предназначалось для богоподобных существ. Без обид.

— Никаких обид, — Урсула понюхала воздух, уловив запах чего-то дымящегося. — Мясо подгорает?

Сера оттолкнула Баэла и промчалась через кухню, её светлые волосы развевались за спиной.

— Мясо!

Зи нахмурилась, отправляя в рот ещё одну ложку картофеля.

— Мы тут разговаривать пытаемся, — она указала ложкой на разорванную майку Урсулы. — Ты дерьмово выглядишь, ты знаешь это? Хороший способ заставить драконов оставить тебя в покое.

Урсула скрестила руки на груди.

— Точно. Тогда, возможно, перед ужином стоит принять душ, — когда она выходила из комнаты, на её губах появилась улыбка. «Ангельские Доспехи». Конечно, такое существо, как Дитя Тьмы, не смогло бы носить доспехи ангелов, верно?