К. Кроуфорд – Ночная магия (страница 52)

Всё её тело болело так, словно она пробежала марафон. Бёдра ныли от изнеможения.

— Совершенно измотана.

— Хорошо. Это последнее предостережение — магия теней утомляет. Если будешь использовать её чрезмерно часто, то слишком устанешь, чтобы сражаться.

Урсула провела рукой по лбу.

— Мне нужно вздремнуть.

— Я распоряжусь, чтобы в атриум принесли несколько кристаллов люмена. Если ты подержишь их, то сумеешь поглотить их магию теней точно так же, как ты это сделала на ониксовом троне. Ты можешь попрактиковаться в теневом беге.

— Я так понимаю, ты не хочешь, чтобы я пользовалась троном.

— Возможно, нам следует держаться на расстоянии до начала дуэли, — казалось, вокруг него сгустились тени, и Баэл старался не встречаться с ней взглядом. У неё создалось непреодолимое ощущение, что он что-то скрывает.

— Конечно, — сказала она.

Он повернулся и исчез в своём коридоре.

Урсула сглотнула. В её груди затрепетал огонек пустой бездны.

Глава 38

Урсула стояла в центре мозаики со львом, держа в каждой руке по лунному кристаллу. Струйки теней стекали с её пальцев, собираясь на полу чёрным туманом. Тёмная магия пробирала до костей, холодя кожу. Её дыхание превращалось в пар.

Баэл определённо что-то скрывал. Что-то в том, как он не смотрел на неё, когда они прощались, заставило её мышцы сжаться.

Урсула помахала рукой в воздухе, наблюдая, как вокруг неё мелькают тени. «Мне просто нужно убедиться, что я достаточно сильна, чтобы сразиться с ним, когда возникнет необходимость».

Магия разлилась по её телу, наполняя мышцы силой и требуя, чтобы её использовали. Урсула опустила кристаллы на пол и сосредоточилась на точке в другом конце комнаты.

Тени пробежали по её коже, по животу, и желудок совершил кульбит, когда она почувствовала, что задела бездну. Она снова появилась в трёх метрах от прежнего места. «Я справлюсь. Это даётся мне так легко».

Она выпрямила спину, затем сосредоточилась на месте рядом с львиной гривой. Почти мгновенно она пролетела через комнату облаком чёрного дыма. Струйки магии обвились вокруг её пальцев, покалывая кожу.

Большая часть необузданной силы покинула её тело, но часть магии всё ещё поднималась по позвоночнику. «Давайте посмотрим, что я могу сделать, когда силы на исходе».

Урсула взглянула на место рядом с ониксовой дверью, позволив теням унести её по воздуху. Но на этот раз, казалось, не хватило нескольких метров. Пальцы её ног запульсировали, когда к ним вернулось тепло. Магия почти исчезла. Хорошее напоминание о необходимости беречь силы во время дуэлей.

Ониксовая дверь в покои Баэла находилась всего в нескольких метрах от неё, холодная и чёрная, как сама бездна. Урсула подошла к ней, проведя пальцами по гладкой, холодной поверхности. Обрывки теней тянулись от её пальцев к камню. Оникс, казалось, впитывал её магию, отчаянно желая силы теней.

Баэл предупредил её, чтобы она не заходила в его покои, и это только усилило её отчаянное желание узнать, что он скрывает.

Её мысли путались, и Урсула повернулась, чтобы вернуться в свои покои. Стоило ей сделать шаг, как скребущий звук эхом отразился от стен атриума, и она резко обернулась.

Каменная дверь отъехала в сторону.

***

Урсула уставилась на открытую дверь. Очевидно, магия в её пальцах подействовала как своего рода ключ, отпиравший покои Баэла.

И, конечно, ни при каких обстоятельствах она не должна заходить внутрь. Это было бы вторжением, и к тому же опасным. Ей не нужно провоцировать гнев Баэла перед дуэлью.

С другой стороны…

Если он что-то скрывал от неё, то лучше было узнать, что именно.

Урсула с трудом сглотнула, делая неуверенный шаг в туннель, но внутри было слишком темно, чтобы она могла что-либо разглядеть.

В туннеле ничего не двигалось, но отдалённые голоса эхом отражались от стен пещеры. Мужские голоса. Кто был у него в покоях? Казалось, этот мужчина жил в полной изоляции, и вдруг он устроил вечеринку.

Она прокралась дальше по коридору, и темнота уступила место фиолетовому свечению грибов. Она прижималась к стенам, стараясь оставаться в тени. По мере её продвижения голоса становились громче, но она не могла расслышать, о чём они говорили.

Урсула продолжала двигаться вперёд, её пульс участился. В конце туннеля она поколебалась. Как только она ступит на каменный мост, Баэл увидит её. Она присела на корточки, напрягая слух. Голоса становились всё тише, пока не стихли совсем. Она медленно поднялась. В пещере воцарилась тишина.

Урсула подождала ещё минуту, затем выскользнула из туннеля. Она на цыпочках прошла по каменному мосту, съёживаясь при каждом звуке своих шагов.

Войдя в его пещеру, она оглядела пространство: мраморный стол, фиолетовые кристаллы и его неприступный трон, возвышающийся над всем этим. Ничего странного.

Урсула вздрогнула, глядя на зияющую черноту бездны вокруг. Кто или что разговаривало здесь — и куда, чёрт возьми, все они подевались?

Она лишилась магии после теневого бега, и её мышцы болели.

Трон Баэла, казалось, взывал к ней, маня вперед обещанием захватывающей силы. Если бы она села на него, магия тени затопила бы её тело, наполняя конечности силой. Часть её хотела полностью поддаться соблазну. Отказаться от своей человечности, позволить бездне забрать её душу, стать единым целым с богом ночи.

Урсула провела пальцами по подлокотнику трона, но тут же резко отдёрнула руку, когда образ бесконечной пропасти заполнил её разум.

«О чём я только думаю?» Вечность в небытии свела бы её с ума.

Урсула снова оглядела платформу. «Я знаю, что слышала здесь голоса». Она сделала неуверенный шаг вокруг трона, ожидая, что каменный пол продолжится, но у неё перехватило дыхание, когда она оказалась на краю обрыва. За троном зияла глубокая пропасть — слишком тёмная, чтобы исследовать её.

Урсула побежала обратно в пещеру и сорвала маленький светящийся гриб, который рос у стены. Она взяла его как свечу, и он отбрасывал холодный свет на пол.

Она вернулась к краю утеса позади трона и выставила гриб за край, держа его в вытянутой руке. Из камня торчала пара металлических крюков, оба конца которых были обмотаны толстой верёвкой. Верх верёвочной лестницы — вот куда исчезли мужчины.

Глава 39

Если что-то и было ясно на данный момент, так это то, что Урсула должна развернуться и поспешить обратно в свои покои. Она ещё могла притворяться, что не пробиралась в покои Баэла без приглашения, когда он недвусмысленно велел ей оставаться в стороне. «Нам следует держаться на расстоянии», — сказал он.

Но Урсула знала, что он что-то скрывает от неё. Теперь она была воином и сделает всё возможное, чтобы узнать о своём противнике побольше.

Почему, собственно, она беспокоилась об уважении его чувств и уединения, когда через пару дней он вонзит нож ей в сердце, отправив в бездну посредством насильственной смерти?

Если она хочет иметь хоть какую-то надежду выйти с этой арены живой, ей лучше узнать о своём главном противнике всё, что только возможно.

Урсула положила гриб на камень позади трона, и так он отбрасывал тусклый фиолетовый свет на часть верёвочную лестницу, уходившей во тьму.

Она перелезла через край утёса, крепко держась за верёвку. Твёрдо встав обеими ногами на перекладины, она подняла светящийся гриб и, сжимая его ножку, стала медленно спускаться вниз. С каждым шагом вниз тени, казалось, сгущались, затемняя свет гриба.

Холодный пот выступил у неё на лбу. «Я не могу понять, то ли я гениальна, то ли полная идиотка». Всё будет зависеть от исхода этой конкретной вылазки.

Лестница раскачивалась от её движений, но, казалось, была закреплена внизу. Урсула вгляделась вниз, в густую темноту. Её пульс участился. Существовал ли конец у этого спуска?

Её дыхание участилось. Она закрыла глаза, пытаясь успокоиться. Но как только глаза закрылись, в сознании вспыхнуло видение: Баэл пронзает её грудь кинжалом.

«Чёрт возьми». Видение становилось настолько чётким, что больше походило на предчувствие, чем на ночной кошмар.

«Сосредоточься на текущей задаче, Урсула». Она спустилась ещё на одну ступеньку. Опустить ногу. Переместить свободную руку вниз по ступеньке. Осторожно разжать руку с грибом. Повторить весь процесс ещё раз.

Как раз в тот момент, когда Урсула уверилась, что будет карабкаться вниз всю оставшуюся вечность, её нога коснулась гравийного пола. Она осторожно отпустила верёвку, потрясённая тем, что обнаружила под собой твёрдую почву. Усталость обжигала её мышцы, ноги дрожали.

Грибок освещал скалистые стены и похожее на пещеру помещение, заставленное антиквариатом. Какого чёрта?

В одном конце стены сужались, превращаясь в туннель — возможно, туда, куда ушли Баэл и его друзья. А всё остальное пространство было занято разными диковинками: старые корабельные часы, прислонённые к пыльному столу, чучело ворона в клетке, череп рогатого демона под стеклянным колпаком, мебель, завешенная простынями. И на деревянной подставке — штопор, которым она ранила Баэла.

Видимо, тут Баэл устроил некий склад для вещей.

Когда Урсула осматривала комнату, её взгляд упал на перевёрнутую картину рядом с корабельными часами. Когда она перевернула портрет нужной стороной вверх, у неё скрутило живот. Красивая жена Баэла смотрела на неё, и её карие глаза были печальными и серьезными.

Урсула провела пальцем по дыре в картине. «Почему он убрал тебя сюда?»