К. Кроуфорд – Город Шипов (страница 19)
Я пожала плечами:
– Снаружи была демоница с татуировкой пламени. Я слышала, что демоны способны сжигать людей, и, если честно, немного напугана этим фактом.
– Это была Лидия – герцогиня округа Люцифера из Дома Шалем. Магия огня считается довольно редким даром. Большинство из нас обладают лишь силой и скоростью по сравнению со смертными. Кое-кто владеет магией льда. Способность вызвать дождь или шторм – это магия стихий. Но огонь… только самые могущественные могут вызвать огонь. В основном им владеют представители королевских семей. Некоторые говорят, будто это означает, что тебя коснулся сам Люцифер.
Вот мы и подобрались к
– И кто же в этом эксклюзивном списке?
– Король, Лидия и Мортана.
Итак, в моем списке теперь стало трое подозреваемых.
Орион поднял руку, и из кончиков его пальцев вырвалось пламя. Огоньки заплясали в его глазах.
– И я.
Я сделала шаг назад, сердце упало в пятки, и огонь тут же исчез.
Демон посмотрел на меня с любопытством:
– Ты и
Я медленно выдохнула:
– Да, есть такое.
Он подошел ко мне ближе:
– Ты со мной, мы вместе работаем. Я позабочусь о том, чтобы никто не причинил тебе вреда. Ясно?
Либо он говорил правду, либо был очень убедительным лжецом.
Он повернулся, направляясь обратно к выходу.
– Пошли, любовь моя. Мне здесь не нравится.
Что ж, придется включить в список подозреваемых и Ориона.
Глава 17
Наша экскурсия закончилась в округе Вельзевула, где мы остановились поужинать в прибрежном ресторанчике «У Валака»[9]. Лучи заходящего солнца окрасили реку в ослепительный ярко-алый цвет.
Все в королевском округе Вельзевула, где царила зависть, выглядело так, будто покрыто позолотой. Мощенные песчаником улицы, цветущие желтым деревья, женщины в платьях «под металл», скулы которых сияли от золотистого хайлайтера. Заходящее солнце окрашивало все это в янтарный цвет.
Орион оставил меня в одиночестве, пробормотав что-то неразборчивое о том, что перед моим приездом ему нужно побеседовать с королем. И поскольку он продолжал оплачивать счета, я решила заказать крабовые клешни в чесночном масле с картофельным пюре и самым дорогим красным вином в меню. Я задалась вопросом, в каком вине Мортана утопила королеву. Хотя, честно признаться, это казалось мне невероятным расточительством.
Задача, которая стояла передо мной сегодня вечером, заставила мой желудок сжаться: очаровать короля и убедить его, что я суккуб. Если не получится, то моя лучшая подруга будет убита, а я в буквальном смысле сгорю в огне.
Глубоко вздохнув, я оглядела окружающее меня пространство. Со своего места я видела мост через реку Ахерон – мост Мучений согласно карте. На другом берегу реки темнел густой лес. С юга дул теплый ветерок, принося с собой мшистый аромат диких лесов.
Я так нигде и не нашла интересующую меня звезду. Отчаянно хотелось спросить о ней, но я не могла сделать это просто так. Не тогда, когда среди подозреваемых оказался сам Орион.
В Городе Шипов я была как полицейский под прикрытием.
Как-то я смотрела фильм «На гребне волны» с Киану Ривзом. Он играл полицейского, проникшего в банду серферов, которые грабили банки. Он влился в их компанию, познакомился с культурой и ждал, пока не поступит нужная информация. Полицейский не начал тупо допрашивать других серферов, сначала ему пришлось убедить их, что ему можно доверять. И только тогда они сами раскрыли все свои секреты.
Потягивая вино и глядя на Ахерон, я размышляла об ужасной, но реальной возможности того, что убийцей мамы окажется Орион. А вдруг он точно знал, кто я, когда нашел меня в баре? А вдруг он затащил меня сюда под ложным предлогом, чтобы шпионить за мной?
Однако эта теория не находила подтверждения. Зачем ему было шпионить за мной? Владея смертоносной магией и не имея сочувствия, он мог бы пытками вытянуть из меня всю интересующую его информацию, если бы захотел.
Неожиданно я обнаружила, что за столиком напротив сидит Лидия, демоница с татуировками, и мое сердце забилось сильнее. Она взглянула на меня, скривив губы, и кровь похолодела у меня в жилах. Мне не следовало показывать, что нервничаю, поэтому я продолжила равнодушно смотреть на реку.
– Мортана, – вырвал меня из раздумий глубокий голос Ориона, и я повернулась к нему. Лучи заходящего солнца окрасили его великолепное лицо всеми оттенками розового. – Пора готовиться к встрече с королем. Боюсь, сегодняшний вечер может оказаться сложнее, чем я рассчитывал.
Мое сердце упало в пятки.
Мы с Орионом рука об руку подошли к внешним воротам башни Баала. С вырезанными на внешней стене бойницами дворец выглядел очень древним. Дорожка из песчаника вела к арочному входу. Отсюда я могла почти во всех подробностях разглядеть голову бывшего короля, насаженную на внешние ворота над первым входом. Стук каблуков эхом отдавался от каменных стен, а у меня постепенно холодело внутри.
За прошедший час мы успели на такси вернуться домой к Ориону, где я переоделась. На этот раз мой выбор пал на великолепное длинное платье из черного атласа с разрезом на бедре и настолько глубоким декольте, что бюстгальтер лишь стал бы помехой. Никогда раньше я не носила столь откровенных вещей, но они были в стиле Мортаны. И знаете что? Она выглядела чертовски сексуально.
Пока я делала прическу, Орион шокировал новостью о том, что разгорелось немало споров о возвращении суккуба и что мне не желали позволить остаться с королем наедине. И теперь мне предстояло встретиться фактически с целым советом демонов, которые и решат мою судьбу. Собирался присутствовать весь Адский Кворум – герцог или герцогиня от каждого округа города.
Включая Лидию.
Если хоть кто-нибудь почувствует, что я самозванка, меня незамедлительно сбросят в огненную яму там же, в башне Баала.
По мере того как мы приближались к воротам, мысли о том, зачем же королю участие кворума, беспокоили меня все сильнее. Ведь он и так обладал высшей властью. Вероятно, он желал обезопасить себя на случай, если от Мортаны будет слишком много проблем. Ведь в итоге это будет и их решением тоже.
Влиятельные господа – даже когда в их руках сосредоточена абсолютная власть – отлично умели обвинять других.
Я старалась сконцентрироваться на стуке каблуков, не думая о пламени. Данный метод казни – один из немногих, которые пугали меня до смерти. Но, что бы ни случилось, я была просто обязана все сделать правильно. Ради мамы, а теперь и ради Шай.
Подойдя ближе, я обнаружила, что отрубленная голова невероятно хорошо сохранилась, волосы все еще были густыми и черными, кожа гладкой. Единственное, что отличало его от живого человека, – закрытые глаза и расслабленные мышцы лица. Факелы, прикрепленные к стенам, отбрасывали пляшущие тени на стены из песчаника, отчего складывалось впечатление, что голова короля Нергала движется и он что-то бормочет. Я глубоко и медленно вздохнула.
Не выпуская ладонь Ориона, поинтересовалась почти шепотом:
– Это нормально для демонов? Отрубленные головы.
– Конечно, нет, – ответил он, покосившись на меня с удивлением.
– У других демонов нет никаких причин для того, чтобы вешать чужую голову на ворота. Это сделано лишь потому, что он был королем. Своего рода напоминание, что Нергала сверг кто-то более сильный и что Камбриэль – законный правитель.
– А отрубленная голова никого не напрягает? – снова прошептала я. – Выглядит жутковато.
Орион пожал плечами:
– Его не особо любили.
Я обнаружила, что не свожу взгляда с Ориона, пытаясь уловить хоть какие-нибудь эмоции на его равнодушном лице. Судя по всему, вид головы его совсем не трогал, и я задалась вопросом, всем ли демонам недостает сочувствия.
Говоря языком смертных, человека, лишенного сочувствия, называли психопатом. Насколько я помнила, у таких людей была снижена активность миндалевидного тела – части мозга, отвечающей за тревогу. Таким образом, психопаты не испытывали страх в той степени, что и нормальные люди. Если они происходили из среднего класса, то имели все шансы преуспеть в торговле акциями или в политике. Но если они вырастали в атмосфере насилия, то вполне могли отрубить родителям головы и повесить их на ворота.
Мы пересекли каменный двор, который вел к очередной высокой стене с воротами, служившей защитным барьером на пути к башне. У короля имелась серьезная защита.
– Орион, – позвала я вполголоса, – ты когда-нибудь испытывал страх?
– Чего мне бояться? Я могу убить почти кого угодно, – нахмурился он.
– Ты переживал когда-нибудь за другого человека? Я просто пытаюсь понять, каким надо быть, чтобы считать нормой отрубленную голову на воротах.
Его губы скривились в насмешливой улыбке:
– Если хочешь понять, кто считает это хорошей идеей, то можешь прочесть собственную историю. Именно у вас мы и позаимствовали этот обычай. Смертные делали то же самое, когда мы закрыли ворота в начале семнадцатого века. Головы поверженных врагов торчали возле Бостон Коммон[10] в тысяча шестьсот семидесятом году. – Он пожал плечами: – Просто культура демонов развивается чуть медленнее.
Что ж, будь я проклята, но он был прав. Смертные, как и демоны, творили ужасные вещи.
На другой стороне двора два огромных мускулистых демона охраняли ворота с вырезанным на них изображением. Оно представляло собой нечто похожее на насекомое с длинными лапами, вероятно, символ Вельзевула.