К.Ф. О'Берон – Истории приграничья (страница 71)
— Вы полагаете, сие позволит обороть тварь? — Арп-Хигу говорил вежливо, но не мог скрыть сомнения. — Способ весьма… необычный.
— Почти все порождения тьмы не любят солнце. Особенно те, что нападают по ночам. Этот монстр — из подобных: и когда был камнем, и нынче, — горячо убеждал Ланс. — Если солнце — его слабость, ритуал усилит её. А когда светило лишит чудовище сил, вероятно, мы сумеем убить его.
— Вероятно? — скептически повторил граф. Он прошёлся по комнате, заложив руки за спину. Остановившись, вопросительно взглянул на Бела. — А вы что скажете, господин Им-Трайнис? Ваш редкостный опыт в вещах чудесных делает вас единственным докой среди нас.
Спокойное, малоподвижное лицо рыцаря сейчас и вовсе выглядело каменной маской. Бела возмущало, что его, против желания и вопреки истине, назначили знатоком чародейства. Вдобавок он совершенно не представлял, выйдет ли что-нибудь из замысла парня.
— Ваше сиятельство, — несмотря на эмоции, низкий голос воина ровно, — познания мои в волшбе ничтожны…
— Оставьте скромность, — милостиво улыбнулся граф, — ведомо нам всем, что не единожды выходили вы победителем из схваток с темнейшей магией! Говорите откровенно, как подсказывает вам сердце!
Сердце подсказывало Белу, что сейчас самое время громко и протяжно застонать от раздирающего душу страдания. Вместо этого воин только вздохнул. Поймав умоляющий взгляд Ланса, вздохнул снова.
— Ваше сиятельство, мы испробовали все средства, но зверь неуязвим. Забросив охрану границы, ратники королевского войска изнемогают, пытаясь удержать его на лугу. Но у порубежников и у нас, ваших слуг, однажды может недостать сил остановить тварь. Минувшей ночью чудище уже намеревалось отправиться в Ниворед. Что будет, если оно всё-таки туда доберётся? — Выдержав паузу, рыцарь твёрдо закончил: — Ежели ритуал господина Он-Рейма даст хоть малую надежду прикончить зверя, то я за то, чтобы попробовать.
В течение долгих десяти ударов сердца хозяин Фирайве в суровых раздумьях смотрел на Им-Трайниса. Повернувшись к Лансу, властно сказал:
— Хорошо, почтенный Он-Рейм. Дозволяю вам взять в моей казне потребное количество золота, дабы провести ваш солнечный ритуал.
— Благодарю, ваше сиятельство, — низко поклонился молодой человек. — Клянусь, приложу все силы, чтобы оправдать ваше доверие.
Для нового чародейства пришлось ждать ясной погоды — по словам Ланса, это было непременным условием.
— В гримуаре написано, что мы должны воззвать к силе солнца, — говорил он Им-Трайнису. — И коли его не будет на небосводе, то весь ритуал пройдёт впустую.
Они с Белом вновь вдвоём стояли неподалёку от ожившего камня. Прочие, не зная, как пойдёт колдовство, держались на расстоянии, хоть и не так далеко, как в прошлый раз.
— Хорошо бы у вас получилось, — молвил рыцарь, разглядывая угрожающе распахнутую пасть монстра, бежавшего к ним со скоростью улитки. Зубы чудовища напоминали острые осколки обсидиана, причём ни один очертаниями не походил на остальные. — Со зверем стало тяжело справляться. Он как будто понемногу умнеет. Почти перестал отвлекаться на нас, даром мы пред ним разве что не пляшем. Со всей мочи рвётся в Ниворед. Словно чует, что людей там куда больше и поймать их будет легче.
— Вот отчего тварь теперь у самого леса, на противоположной стороне луга, — пробормотал Ланс. Он взглянул на Им-Трайниса: — Я начинаю?
— Да направит вас Ильэлл, — напутствовал рыцарь.
Он пошевелился, меняя позу, и полированная чешуя доспеха заиграла множеством солнечных бликов. Ланс решил, что это добрый знак. Глубоко вдохнув аромат цветов и травы с лёгким привкусом гари, молодой человек начал произносить заговор. Одновременно с этим, Ланс зашагал навстречу чудовищу. Не останавливая заклинания, обошёл тварь, поливая маслом из кувшинчика. Отшвырнув опустевший сосуд, ожидающе протянул руку. Подоспевший Им-Трайнис вложил в его ладонь большую деревянную ложку. После открыл тяжёлый вместительные туес, который держал всё это время. Ланс решительно зачерпнул металлический жёлтый порошок, который кузнец наточил из множества золотых монет, и принялся щедро обсыпать чудовище.
Граф, наблюдавший за действом, нахмурился, видя, как его золото искрящимся облаком окутывает монстра. Он помнил объяснения Ланса, что этот драгоценный металл маги и алхимики каким-то образом связывают с солнцем, но легче от этого не становилось.
Использовав всю золотую пыль, неравномерно налипшую на странно подрагивавшие спину и бока чудовища, Ланс вновь обошёл его, то простирая руки к солнцу, то указывая на блестящее существо. Закончив заклинание, отступил, утирая со лба пот.
— Ну что? — спросил Бел, выжидающе глядя на тварь.
Парень немного растерянно пожал плечами:
— В книге сказано, что солнце пожрёт нечисть.
Рыцарь с сомнением изучал зверя, выбивавшегося из сил, ради того, чтобы схватить их.
— И когда оно начнёт это делать?
Ланс, с каждым мигом выглядевший всё неувереннее, вновь дёрнул плечами:
— Не знаю, господин Им-Трайнис. Быть может, необходимо подождать?
Солнце медленно ползло по бледно-голубому небу. Ланс беспокойно расхаживал возле чудовища. Бел терпеливо ждал, сидя на обугленном с одного края чурбаке. Ратники, расседлав коней, готовились к ночи, складывая дрова для костров. Граф с угрюмым лицом уехал в свой замок.
— Мыслю, не удалось колдовство? — к Им-Трайнису подошёл Дерел.
Ланс, нервно дёрнувшись, обернулся на голос.
— Я не понимаю, — оправдывающимся тоном произнёс он. — Это должно было подействовать!
— Видать, это порождение волшбы вообще неуязвимо: и камнем, и зверем, — невозмутимо сказал Бел.
— Нужно придумать, как удержать его подальше от Нивореда, — в голосе пограничника читалась озабоченность. — Пожалуй, пора делать засеки. Чудовище они не остановят, но задержат. И нужно выгонять ниворедских мужиков рыть ямы возле посёлка.
— Неужто всё же придётся бросать Ниворед? — вслух подумал Им-Трайнис. — Графа это не обрадует.
При упоминании Арп-Хигу, Ланс покосился на валявшийся в траве туес с остатками золотой пыли, забившейся в щели у днища.
— Господин Им-Трайнис, — неуверенно промолвил он, — а можно я сегодня переночую в Фумине? Или прямо здесь?..
Следующие четыре дня для Бела, Дерела, прочих рыцарей и ратников слились в один — настолько одинаковыми они были. Днём воины отсыпались, а после, как безумные лесорубы, валили деревья, устраивая большущие засеки. По ночам они уже не скакали наперегонки с монстром: тёмный лес не особо подходил для такого. Ратники, держа дистанцию, лишь следили за чудовищем, продолжавшим двигаться в сторону Нивореда.
В первые две ночи, тварь с пугающей силой сдвигала наваленные на её пути стволы. А когда люди начали связывать их верёвками и цепями, принялась буквально прогрызать себе дорогу. В ночной тишине далеко разносился громкий треск древесины, в стороны от чудовища летели щепки и измочаленные ветви. И хотя воинам удалось замедлить магического зверя, всё же он понемногу приближался к посёлку.
На пятый день Им-Трайниса навестил Ланс. Убедившись, что граф не намерен его наказывать за потерянное золото, он немного успокоился и всё время проводил за чтением гримуара. Парень надеялся, что отыщет способ хоть что-то сделать с монстром. А когда осознал, что ничего подходящего в книге нет, впал в уныние.
— Я решил вернуться в обитель, господин Им-Трайнис, — говорил он Белу, в одиночку тащившему целое бревно. — От меня здесь нет никакого толку.
Рыцарь сбросил ношу; стянув промокшую от пота нижнюю рубаху, обтёрся ею же.
— Коли таково ваше желание… Я бы сопроводил вас обратно, почтенный Он-Рейм, но пока не могу. Попрошу графа отрядить кого-нибудь. Места у нас неспокойные, не след одному путешествовать…
— Понимаю, господин Им-Трайнис, — с виноватым видом сказал Ланс, считавший, что это он создал трудности для всех, оживив камень.
— Признаться, увидев вас, полагал я, что измыслили вы ещё какое-нибудь колдовство, — заметил Бел. — К слову, после последнего пока не вся позолота сошла.
Ланс слегка покраснел.
— Да? — без особого интереса осведомился он.
— Да сами взгляните, —предложил рыцарь. Повернувшись, указал могучей рукой: — Чудище недалеко. Там, за кустами.
Не выказывая энтузиазма, парень двинулся в указанном направлении. Вернувшись, странно поглядел на Бела.
— Господин Им-Трайнис, а вам не кажется, что тварь уменьшилась?
— Да нет.
— А мне отчего-то… Простите, мне нужно кое-что сделать.
Позабыв о намерении попрощаться, Ланс подхватил срубленный кем-то тонкий ствол молодого ореха, и на ходу срезая ветви кинжалом, поспешил к зверю.
Рыцарь и Ланс встретились снова через пару дней. Молодой человек выскочил из зарослей, потрясая каким-то шестом, и помчался к Белу с возбуждёнными воплями:
— Тварь уменьшилась! Я был прав! Она уменьшается!
Отдышавшись, он с горящими глазами и раскрасневшимся лицом заговорил: