К. Брин – Грех и шоколад (страница 18)

Я отсалютовала бармену кружкой и поднесла ее к губам, стараясь не проглотить все разом. Удалось это только наполовину.

– И в следующий раз, когда увидишь его, просто продолжай ставить его на место, Алексис. – Сегодня Лиам был как никогда разговорчив. – Закон на твоей стороне. Если он попытается сделать что-то, что тебе не нравится, не бойся, найди ближайшего копа. Они с ним разберутся.

– Это… здорово, спасибо, – пробормотала я, сильно сомневаясь, что какой-либо низкооплачиваемый полицейский зоны двойного сообщества захочет связываться с подобным парнем.

– Потому что когда такие типы чуют запах чего-то, что им хочется, они не останавливаются, пока не получат желаемое. Я уже видел такое прежде. Молодых девушек вроде тебя они просто раскатывают по асфальту.

– Черт в’зьми, тя че, кт’т дергает за нит’чки? – пробурчал Мик.

– Но с тобой, конечно, ничего подобного не случится, Алексис. – Лиам понимающе кивнул. – В тебе он нашел достойного соперника. Ты постоишь за себя. Заставишь его королевское высочество попотеть.

Сарказм прозвучал четко и ясно. Очевидно, не просто так Лиам работал в таком месте, где не приходится встречаться с богатыми и влиятельными. Обычно.

– Это неважно. – Я отмахнулась, надеясь, что Лиам поймет намек и отвалит. – Я больше его не увижу. Он удовлетворил свое любопытство. А то у него сложилось какое-то неверное представление обо мне. Теперь все должно закончиться.

Я проделала громадную работу, впаривая эту ложь, не в последнюю очередь потому, что мне все еще нужно было вернуть одеяло вопиюще сексуальному, но очевидно свихнувшемуся незнакомцу, чтобы он не подумал, что я передумала насчет того, какие именно одеяла будут меня согревать…

Глава 14

Киран

Киран завернул за угол бара и остановился в тени. Все тело его напряглось, пальцы сжались в кулаки. Он несколько раз глубоко вдохнул и медленно выдохнул, пытаясь привести мысли в порядок.

Он полностью потерял контроль. Полностью.

И без всякого предупреждения.

Материнская магия, магия шелки[1] пульсировала в нем. Океан, раскинувшийся всего в миле от него, тихо пел ему. Тихо и сладко. Но, пульсацией внутри пульсации, он чувствовал также и силу приливов, и мощь течений.

Магия его родителей происходила из одного и того же источника, из океана, но проявлялась в абсолютно разных формах. Материнской магией он воспользовался лишь однажды.

И одного раза оказалось достаточно.

Для шелки способность внушать вожделение и страсть была скорее намеком, приманкой. Искушением. Слабые могли поддаться, но сильные делали это редко, разве что по собственному желанию.

Но не в том случае, когда владеющий этой магией был еще и Полубогом. Тогда магия шелки усиливалась. Многократно. Становилась уже не приманкой, но приказом. Наркотиком.

Так вот, он попытался применить магию шелки ровно один раз, еще не понимая разницы. И его тогдашняя возлюбленная превратилась в робота. В игрушку, жаждущую лишь выполнять его требования, не контролирующую себя, утратившую независимость мышления. Она не могла сказать «нет», даже если бы захотела.

Это было отвратительно. Сильная женщина обернулась слякотью. Продолжай он использовать ту магию – и сам стал бы монстром.

Так что он никогда больше к ней не прибегал.

До сегодняшнего дня.

Киран прижался лбом к стене, борясь с не отпускающим его эффектом магии Алексис. Пытаясь избавиться от пульсирующей во всем теле боли.

Что, черт возьми, произошло?

Не в силах стоять спокойно, чувствуя необходимость двигаться, он оттолкнулся от стены и зашагал к краю плохо освещенной парковки, чтобы забрать свою машину.

Он не собирался призывать магию шелки. Он даже не осознавал, что прибегнул к ней. Только что он следил за эротическим покачиванием бедер Алексис – и вот уже его захлестнула волна похоти и желания, а член затвердел так, что ясно мыслить Киран уже не мог. Он хотел эту женщину – с яростью, которой никогда прежде не испытывал. Хотел вскрыть ее разум и узнать все ее тайны в перерывах между приступами поклонения ее идеальному телу.

Почему она так на него действует? Ее магия провокационна и соблазнительна, но совсем не похожа на то сексуальное принуждение, которое сам он метнул в нее. Кроме того, он все-таки Полубог. Ее магия не должна влиять на него так, тем более что по всем оценкам уровень ее силы весьма невысок.

– Бред, – тихо пробормотал он, покачал головой и распахнул дверцу машины, все еще чувствуя неприятную тяжесть в паху.

Нет, он никак не мог ошибиться в своей оценке силы ее магии. Никак. Черт возьми, она каким-то образом устояла перед его «продвинутой» версией магии шелки. Какое-то время она пила ее, наслаждаясь – а потом с улыбкой отвергла.

Он не ошибся. И никто, обладающий такой магической мощью, такими способностями, не мог просто просочиться сквозь щели. Она что-то скрывает. Должна скрывать. И он намерен выяснить, что именно.

Глава 15

Алексис

Я вытерла волосы и неторопливо направилась в спальню – посмотреть, сколько времени. Три часа. Нужно еще погрузить пожитки и поехать занять точку. Вечером я выйду на улицу продавать свой товар. Пришла пора доказать, что моя магия – дело не прибыльное.

Облачившись в лучшую блузку и мои единственные слаксы, доходящие-таки до щиколоток, я подхватила гигантскую торбу, верно служившую мне в подобных авантюрах, и сунула туда пеструю квадратную тряпку, несколько тусклых кристаллов и колоду карт Таро. Треснувший хрустальный шар без подставки тяжело лег на самое дно.

Потом (закатив глаза, не одобряя саму себя) перекинула ремень через плечо и сдернула с крючка куртку.

В гостиной Мордекай, склонившись над Дейзи, смотрел в стоящий у нее на коленях ноутбук. Дети хмурились.

– Что случилось? – я заглянула на кухню и взяла наполненную водой бутылку.

– Гэндальф пытается вспомнить алгебру, – Дейзи подняла взгляд. – Хотя лучше бы занимался огненными зверями.

– Тебе нужна помощь или нет? – рявкнул Мордекай.

Я улыбнулась, радуясь силе его голоса и небрежно накинутому на его плечи бирюзовому одеялу. Пожалуй, на самом деле оно даже не было ему нужно; ему просто хотелось уюта. Хороший знак – и довольно удивительный, поскольку не более двадцати четырех часов назад мальчик находился на волосок от смерти.

Дейзи присвистнула:

– Смотри-ка, я и не знала, что в тебе это есть. Макияж, все такое. Хотя голубые тени для век выглядят как-то мерз… э, отталкивающе.

Она захлопнула дешевый ноутбук, приобретенный в Черную Пятницу, и поставила его на журнальный столик.

Мордекай обернулся, и складка между его бровями разгладилась. Он улыбнулся:

– А мне нравится. Черная подводка делает ее глаза просто огромными.

– Довольно. – Я поправила выбившийся локон. – Я решила, что должна попытаться выглядеть немного более… контактной.

Мордекай кивнул и без труда распрямился. Эта сыворотка – просто чудо.

– Думаю, сработает.

Часть меня надеялась, что таки нет. Однако другая часть понимала, что нам очень нужны деньги.

Я перекинула куртку через руку:

– Ладно, ребята, никому не открывайте и…

– Подожди, подожди. Я почти готова. Только возьму…

Голос Дейзи затих, когда она скрылась в их с Мордекаем спальне. Когда же она вышла – с новенькой сумочкой, которую я раньше не видела, и в забавной шапочке с помпоном, которая могла пойти только ей, Мордекай проскользнул мимо меня и шагнул к входной двери.

– Что происходит? – я вскинула руку, пытаясь остановить Мордекая. – И где ты взяла эту сумку, Дейзи?

Дейзи приподняла сумочку, разглядывая ее так, будто и сама видела в первый раз:

– О, это мне дал Денни. Слушай, его папаша все еще хочет, чтобы я работала в их семейном бизнесе. Ну, я скажу, что пока, пару недель, не могу, потому что… ну, ты знаешь. Но потом… может, и пойду. Я уверена, что Денни сдержал слово…

– Подожди, подожди… – Я помассировала двумя пальцами переносицу. – С чего это Денни покупает тебе сумки? Кроме того, ты вроде сказала, что у него нет денег?

С кукольного, фарфорового личика на меня смотрели эти ее потрясающие миндалевидные глаза. Чего бы я только ни отдала, чтобы обменять мои обычные карие гляделки на ее прекрасные синие очи! С другой стороны, она всегда ныла, что у меня густые длинные ресницы, а ей нужны накладные. Всегда мы желаем то, чего не имеем…

– Он помогал разносить еду и убираться на каком-то благотворительном обеде, устроенном его мамашей. За это она дала ему сорок баксов. Он купил мне сумочку, потому что втюрился в меня по уши. Что-нибудь еще, инспектор?

– Вот как, значит, – я недоуменно покачала головой, поправляя ремешок на плече. – Но ты только что шантажировала его гей-порно, чтобы ограбить его отца. Разве он не в ужасе от того, какой ты плохой человек?

Она фыркнула:

– Очевидно, я рассказала ему, отчего так поступила. Он врубился, все путем. А я – серьезная добыча.

– Он слишком туп, чтобы понять, что от нее одни неприятности, – Мордекай привалился к стене. – Он думает своими… глазами, а не головой.

Дейзи мотнула головой, перебрасывая волосы за спину:

– Чего это вдруг неприятности? Я просто пытаюсь выжить. И если он хочет покупать мне вещи, чтобы я была рядом, кто я такая, чтобы отказываться?

– Для родителей маленького богатого мальчика это неприятности, – ответил ей Мордекай.