(JustHope) Надежда – Принцесса воронов (страница 3)
Она сделала шаг, второй, приближаясь к мраморному гробу, в котором лежал её отец.
Посеревшая кожа, покрытые пеплом седые волосы и вышитый серебром саван делали его похожим на каменную статую.
— Здравствуй, папа. Видел бы ты себя сейчас. Такой холодный, будто и не ты вовсе, будто зайдёшь и спросишь, зачем тебе приготовили посмертную статую раньше времени.
Она судорожно вздохнула.
— Почему всё так вышло? Почему Дис сделал это?
Она запнулась. То ли потому, что с губ сорвалось имя, которое она привыкла произносить с нежностью, а не с ненавистью, то ли потому, что надеялась услышать ответ.
Но ответа не было, и она с шумом вздохнула.
— Творцы великие, пап, я хочу убить его. Наточить клинок и воткнуть ему в сердце, глядя в глаза. Если бы не магия библиотеки, я…
Её голос дрожал от ярости.
— А ты ведь любил его, сыном звал. Какой же ты дурак, папа!
Она горько рассмеялась.
— Да и я такая же: верила, надеялась, любила, но теперь… Теперь во мне только ненависть. Обещаю тебе, папа, даже когда стану его королевой, я сделаю всё, чтобы он не жил счастливо. Не после того, что он сделал. Я…
В дверь тихо постучали, и Кори тут же замолчала.
Стук повторился.
Она выпрямила спину, расправила плечи, выдохнула.
— Я же приказала оставить нас.
— Кори, это я, — раздался обычно мелодичный голос. Смешливый, сейчас он был тихим и неуверенным.
— Брона? Когда ты вернулась?
— Только что. Услышала новости и сразу прилетела. Можно войти?
Плечи Кори опустились.
— Входи.
Едва слышно скрипнул замок, и в комнату вошла молодая девушка.
При виде неё Кори облегчённо выдохнула.
— Как хорошо, что ты не в белом. Ещё одной скорбной мантии я бы не вынесла.
Брона хмыкнула.
— Я думала об этом, но решила, что лучше поторопиться и не тратить время. К тому же, чтобы сойти за скорбящую, мне всего-то нужно волосы распустить.
— Едва ли, — фыркнула Кори. — Даже они не спрячут всю ту груду металла, что ты на себе носишь.
— Эй! — Брона наигранно оскорблённо поправила на себе чёрную куртку, увешанную пряжками и цепочками. — Это униформа.
— Уж мне-то не ври. Это твоя вторая кожа, мисс воительница.
— Спорить не буду.
Брона, смеясь, тряхнула высоким хвостом, а потом посерьёзнела.
— Можно мне… проститься?
Кори вздрогнула, но отступила, позволяя подруге приблизиться.
— Как это случилось?
Пальцы Кори сжались на краю гроба.
— В его кабинете. Врачи сказали: приступ, какая-то болезнь… Но ведь… он не болел ничем. Он бы сказал мне.
Брона положила руку на её плечо.
— Даже самые близкие люди могут скрывать что-то от нас.
— Да уж, тут ты права. Можно знать человека всю свою жизнь, а потом понять, что всё было ложью.
— Что ты имеешь в виду?
Кори вздрогнула.
— Ничего, неважно. Просто мысли вслух.
— Кори…
— Я в порядке, — голос её дрогнул.
— Ты не в порядке, — Брона взяла её за плечи, разворачивая к себе, и заглянула в глаза. — Поговори со мной. Тебе нужно это.
Голос её был твёрдым и уверенным.
Несколько секунд Кори потерянно металась взглядом по её лицу, а затем всхлипнула. Плечи её задрожали, и Брона мгновенно обхватила их, прижимая её к своей груди и медленно сажая на ступени.
— Он умер, Брона! — вскрикнула она. — Папа умер! Как он мог умереть?! Как мог бросить меня?! А Дис!..
Она осеклась, мгновенно подавившись воздухом, и закашлялась.
Брона похлопала её по спине и принялась растирать место между лопатками.
— Тише, высочество, тише...
Обычно её ласковое «высочество» заставляло Кори улыбнуться, но сейчас... Сейчас оно послужило напоминанием о долге. О том, что она должна сделать и о чём должна молчать. Судорожно вздохнув, она отстранилась.
— Так что там с Дисом? — Брона смотрела на неё с любопытством. — Неужто чем обидел? Только скажи, и я мигом ему перья повыщипываю.
Кори едва слышно хмыкнула.
— Он король теперь. Придётся тебе отставить твоё обычное панибратство.
— Ещё нет. Вот когда станет, тогда и начну ему уважение выказывать. Ну так что там?
— Ничего, — соврала она. — Просто он… спокоен. Слишком. Папа принял его как сына, а он…
— Ох, высочество… — Брона протяжно вздохнула. — У всех разные способы справляться с горем. Кто-то плачет, кто-то кричит, а кто-то молчит. Это не значит, что он не горюет.
Кори на это лишь покачала головой.
— Я думала, он другой. Думала, он любит нас. Что он не такой… безразличный. А теперь…
На долгое время в комнате воцарилась тишина. Кори едва ощутимо дрожала, пытаясь сдержаться и не сказать подруге лишнего, а Брона медленно качала её в своих объятиях. Наконец, спустя время, Кори выдохнула:
— Я не знаю, что мне делать, Брона.
Та замерла, а потом хмыкнула:
— Не знаешь или не хочешь знать.
— На что ты намекаешь?