Jusman Jusman – Не смотри в глазок (страница 3)

Номер.

Маша прочитала дважды. Третий раз уже было не про смысл, а про страх.

Она спрятала деньги в ящик, флешку – в карман. Бумажку – под магнит на холодильнике, рядом с рисунком Артема: солнце, домик и подпись “Мама”.

И в этот момент в дверь позвонили.

Не коротко. Не “привет”. Длинно и спокойно. Как будто у них есть право звонить столько, сколько надо.

– Открывайте, – сказал мужской голос. – Нам нужно поговорить.

Маша замерла.

Потому что поняла: они не ушли. Они только пришли.

**Часть I: Дверь**

**Глава 3. Коврик**

Маша не подошла к глазку. Она стояла сбоку от двери и смотрела на ручку так, будто ручка могла решить все за нее.

Звонок повторился. Потом еще раз – уже нетерпеливее.

– Маша, – сказал голос за дверью, и от того, что он назвал ее имя, у нее внутри все сжалось. – Мы знаем, что вы дома. Давайте без нервов.

“Без нервов” – фраза, которой обычно прикрывают чужую власть. Как “мы же по-хорошему”. Как “мы просто поговорим”.

– Кто вы? – спросила Маша.

– По поводу конверта, – спокойно ответили. – Вы же нашли?

Сердце ударило сильнее. Значит, конверт был не “на всякий случай”. Конверт был поводком.

– Ничего не находила, – сказала Маша.

За дверью усмехнулись – тихо, будто сочувственно.

– Понимаем, вы боитесь. Вы молодая мама. Давайте сделаем так: вы отдаете то, что у вас, и забываете. И всем будет спокойно.

Маша сжала кулак. Она хотела сказать: “мне и так не спокойно никогда”. Но это был бы разговор. А разговор – это всегда вход.

На кухне Артем уже дергал зарядку от планшета.

– Мам! – крикнул он. – Он не включается!

Маша вздрогнула. Детский голос пробивал стену, как свет.

– Артем, тихо! – сказала она резко и тут же пожалела: он же не виноват. Он просто ребенок, который хочет мультик, потому что мультик – понятный мир.

За дверью снова:

– Маша, не делайте глупостей. У вас ребенок. Мы же о нем думаем.

Вот оно. Они нашли кнопку. Самую простую. Самую грязную.

Маша достала телефон и набрала номер Марка. Гудок.

Звонок в дверь в этот момент стал длиннее, будто они знали, что она куда-то звонит.

– Да, – ответил мужской голос ровно.

– Они у двери, – сказала Маша. – Говорят про конверт.

– Не открывай, – сказал Марк. – Свет не включай. В глазок не смотри. Ребенка в ванную. Воду включи. Документы собери.

– Документы? – прошептала Маша.

– Да. И слушай: если они начнут ломать – не геройствуй. Ты мне нужна живая. Я уже выезжаю.

Маша хотела спросить “кто вы вообще такой”, но времени не было.

– Я поняла, – сказала она.

Положила телефон на стол. Встала.

– Артем! – позвала она. – Иди сюда.

Артем вышел из комнаты, уже с обидой на лице.

– Мам, ну дай телефон…

Маша присела перед ним, взяла его за плечи. Пальцы дрожали, но она старалась держать себя ровно.

– Слушай меня внимательно. Сейчас мы поиграем в игру. Называется “тихий дом”. Ты идешь в ванную. Закрываешь дверь. Включаешь воду. Садишься на коврик и молчишь. Я скоро приду. Понял?

Артем смотрел на нее широко раскрытыми глазами.

– Это как прятки?

– Да, – сказала Маша. – Как прятки. Только очень серьезные.

– А кто водит? – спросил он, и голос у него дрогнул.

Маша на секунду не смогла ответить. Потому что водили всегда одни и те же: деньги и страх.

– Никто, – сказала она. – Просто иди.

Артем пошел в ванную. Маша включила воду сильнее. Шум должен был сделать их квартиру обычной.

За дверью раздался новый звук – не звонок. Стук. Три удара, уверенных, официальных.

– Открывайте, – сказал голос. – Проверка. Ничего страшного.

Маша закрыла глаза. В их времени “проверка” могла означать что угодно.

Она быстро собрала документы в пакет, сунула флешку в карман, деньги оставила в ящике. Деньги были тяжелые. Деньги всегда тянут вниз.

Стук повторился. Потом ручку дернули.

Один раз.

Второй.

Маша почувствовала, как по спине прошел холод: сейчас они решат, что достаточно “вежливо”.

Она подошла к двери и громко, четко сказала, как учил Марк:

– Я звоню куда надо.

За дверью наступила пауза.

Потом тот же голос, уже не ласковый, но все еще спокойный:

– Звоните. Мы подождем.

И в этой фразе было самое страшное: они не боятся.

Маша стояла в темном коридоре и слушала, как у замка что-то щелкает. Тихо, методично. Как будто это не чужая дверь, а их работа.