Julia Barh – Злата и школа Святой Вальбурги (страница 15)
– Честно говоря, милая… никто… никто не знает, – сказал он, тяжело вздыхая. – Это очень злой, очень опасный преступник в нашем мире. Последнее похищение в нашей стране было очень давно, но… мы думали, что всё под контролем, однако позавчера произошло ещё одно похищение… в школе Святой Вальбурги.
Маргарита широко раскрыла свои глаза.
– Как?! В школе?! Как это возможно?! – в ужасе прикрикнула сестра, вынуждая Злату недоумённо смотреть то на неё, то на родителей.
– В школе оставались дети-должники, которые пересдавали экзамены, – начал пояснять отец. – Преподаватель по защите от тёмных искусств Белогор Мирославович Лапин оставался в школе со своей дочерью… Ульяной…
Злата замерла, широко раскрывая свои глаза. Нет… неужели..?
– Она была похищена Магистрианом, но как ему удалость это сделать, мы ещё не выяснили. Ведутся поиски и расследование.
Злата громко выдохнула, чувствуя, как горят её глаза.
– Это произошло в школе! – отчаянно прикрикнула Маргарита. – Как возможно такое?! Вы же поставили столько защиты, как он смог попасть туда! Это немыслимо! Это..! Это невозможно!
– Маргарита, – тяжело протянула Вероника Евсеева с обеспокоенными глазами. Маргарита замерла, со страхом глядя на свою мать. – Если расследование ни к чему не приведёт… мы вынуждены будем на некоторое время забрать тебя из школы.
Маргарита начала часто дышать от переполняемых ею эмоций.
– Забрать из школы?! – не выдержала девочка, подрываясь на ноги. – Забрать из школы?! – в отчаянии повторила она. Маргарита не смогла сказать что-то ещё, потому что и самой ей было страшно, она всё понимала, но лишиться привилегии учиться в школе… было для неё слишком.
Не выдержав, старшая сестра убежала к себе, и Вероника Евсеева побежала за ней. Злата продолжала сидеть на своём месте с налитыми слёз глазами. Отец всё так же хмуро о чём-то размышлял.
– Злата… – обратился он к дочери, и девочка посмотрела на отца. Он вдруг сел прямо перед ней у её кресла. – Влас сейчас очень сильно переживает за вашу подругу, вчера его опрашивали, потому что он последний, помимо отца, с кем Ульяна общалась. Он тоже оставался в школе. Ему сейчас очень тяжело.
Злата отчаянно сложила брови домиком, беспокоясь за лучшего друга.
– А когда можно будет увидеть его?
– Боюсь, в ближайшее время ему лучше побыть одному. Он очень напуган, понимаешь? Сейчас с ним находятся его родители с бабушкой, они как могут тоже помогают нам. Ты же будешь поддерживать свою маму вместе с сестрой, пока папа будет заниматься делами на работе, хорошо? – Отец ласково прикоснулся к её лицу, и девочка уверенно закивала головой. – Вот и славно, – тихо сказал он и крепко обнял свою дочь. – Всё будет хорошо, моя милая. Главное – берегите друг друга, пока я разбираюсь со всем этим.
Злата снова покивала головой, думая немного о своём.
– А… вы правда заберёте Маргариту со школы?
– Если наше расследование ни к чему не приведёт, то, к сожалению, придётся… – со вздохом ответил Мирон.
– Но… это же разобьёт ей сердце, – понимая всю серьёзность ситуации, сказала Злата.
Отец тяжело вздохнул.
– Я понимаю, милая. Но для нас с мамой самое главное – чтобы с вами ничего не случилось. Мы ведь не со зла делаем это, мы беспокоимся за вас и хотим защитить, понимаешь?
Злата постаралась улыбнуться, и отец поцеловал её в лоб.
– Я пойду проведаю Маргариту с мамой. Ты в порядке?
– Да… Иди… иди к ним, – согласилась Злата, и папа пошёл наверх.
Недолго думая, Злата решила подняться к себе, чтобы сесть и написать Власу. Она была обеспокоена, как он и что с ним происходит, потому не могла медлить.
На само письмо Влас ответил только через день. Заметив конверт, Злата тут же его раскрыла, став читать прямо в гостиной. Был обед, и мать на кухне накрывала на стол.
– Милая? – осторожно поинтересовалась Вероника Евсеева, стоя в проходе комнаты.
Злата обернулась и несколько расстроено посмотрела на маму.
– Ми-и-илая! – позвала она с беспокойством и бросилась к дочери, когда та тихонько заплакала. – Ну, всё! Всё будет хорошо! Тише-тише… Всё будет хорошо! – приговаривала она, качая свою девочку в объятиях.
Стоящая неподалёку Маргарита только наблюдала за матерью и сестрой с непонятными скопившимися чувствами, что таились на глубине её зелёно-коричневых глаз.
Глава 13
В день Иван Купалы травы собирали только старшие, и то только те, у кого или не было детей, или кто мог позволить себе оставить их у родственников. Злата и Маргарита этот день провели у тёти с дядей, мать собирала травы, а отец всё занимался расследованием.
Итоги этого самого расследования подвелись только к началу августа. Сами итоги сёстры узнали от Власа, частично некоторые факты были подслушаны, пока говорили родители. Выяснили, что в школе была образована одна лазейка, которую сделали при помощи особой печати, благодаря которой внутрь смог пробраться тёмный волшебник. Стало быть, в школе был его сообщник, и того нашли, пусть и спустя долгое время.
Сообщником оказался старый садовник Тихон. Тот был длинным и тощим, ещё и на редкость до дикости пугливым. Его тут же задержали, как только выяснили правду, и долго допрашивали, но он совершенно не знал, куда девочку унёс с собой Магистриан. Вообще Тихон знал подозрительно мало, а, стало быть, явно подвергся мощному заклинанию или зелью…
Школу снова опечатали мощной защитой, перепроверили всех служащих и готовились открывать учебное заведение с сентября, как и положено. Однако девочку так и не нашли, как и всех остальных до этого…
Всех по большей части поразило, что подобное произошло в самой школе, некоторые побоялись снова отпускать детей в школу. Сама Маргарита то и дело денно и нощно выспрашивала у родителей, отправят ли они её в школу, и те вынуждены были согласиться, хоть и далеко не сразу. Мать так или иначе всё ещё была против, но и новых причин на «нет» она придумать не могла.
Сам Влас… говорил, что приходит в себя. Но он лишь так говорил. То и дело в те редкие моменты, когда они виделись, Злата замечала, что он погружён в себя. Ей было сказочно жаль, что всё так произошло. Злата даже просила его принять обратно клевер удачи, но мальчик лишь тепло улыбнулся, сказав, что он ей нужнее, ведь он не хотел, чтобы её кто-то украл у него. И тогда Злата лишь крепко обняла друга, хотя ей сильно хотелось плакать.
Они смогли встретиться перед началом нового учебного года. Влас тогда прилетел к ней вместе с мамой, и, пока Целестина беседовала внизу с Вероникой, дети наверху общались между собой.
– Надеюсь, в этом учебном году за мной или за кем-нибудь ещё не заявится этот… ну, ты поняла, – отмахнулся Влас, криво улыбаясь, но Злату это очень напрягло.
– Возьми уже, наконец, свой клевер! Я всего лишь обыденная, я не хочу, чтобы с тобой что-то случилось! – очень серьёзно заявила она, сильно сжимая руки в кулаки.
– Злата?
– Как ты не понимаешь! – строго продолжила она. – Ты единственный мой друг! Самый настоящий друг! Не обыденные, с которыми я учусь и иногда вижусь, не моя собственная сестра, а ты! Ты – самый мой лучший, дорогой мне друг! Ты… – она запнулась, растеряв все слова, и он, видя её отчаяние, подошёл и крепко обнял, прося прощения за свою глупость. – Я настаиваю, чтобы ты взял его, Влас Фролов. Иначе мы больше не друзья! – строго заявила девочка, пока он всё ещё обнимал её.
Влас ненадолго замер, а затем тяжело вздохнул.
– Хорошо, Злата. Я сделаю так, как ты хочешь.
И он принял свой клевер обратно, хотя очень хотел, чтобы тот остался при ней.
– Как же ты?.. – уныло протянул он.
– Он уже достаточно помог мне! Я снова читаю про ведьмовство, не боюсь перемен и смело иду дальше, большего мне и не нужно! К тому же для меня важнее, чтобы с тобой всё было в порядке. И у меня есть свой вроде бы как кулон удачи, – попыталась весело отозваться девочка, показывая свою подвеску с алыми цветками внутри.
– Ах, да, эти твои цветы, – протянул Влас задумчиво, но с улыбкой глядя на подвеску. – Прости меня… Мне казалось, что я прихожу в себя, но не получается… Этот год будет без неё в школе, и я не совсем ещё осознал это.