JIRADY SWANN – Управление сказочными сюжетами (страница 1)

JIRADY SWANN

Управление сказочными сюжетами

Глава 1

Сюжет можно изменить

Есть такое место – Управление по коррекции сказочных сюжетов. Здание большое, кабинетов много, сотрудников ещё больше. В одном кабинете сидят те, кто следит, чтобы в детективах преступление находили ровно на сотой странице. В другом – те, кто проверяет, чтобы в любовных романах поцелуй случился не раньше середины книги. В третьем – те, кто отвечает за фэнтези: чтобы драконы просыпались вовремя, а принцесс похищали строго по графику.

А в кабинете номер триста сорок семь сижу я. Елена. Сотрудник со стажем. На двери у меня табличка: «Отдел любовных линий и бытового волшебства. Если не открываю – значит, я в командировке. Если долго не открываю – значит, командировка затянулась. Если совсем не открываю – значит, я уволилась, но это вряд ли».

Работа у меня простая: ездить по разным мирам и разбираться, почему сказки идут не по сценарию. То злодей в депрессию впал, то герой жениться отказался, то принцесса сбежала не с тем принцем. В общем, скучно не бывает.

В этот раз жалоба пришла из мира под названием «Царство Злого Властелина». Открываю папку, читаю и начинаю понимать, что дело дрянь.

По сценарию там должно быть так: есть Тёмный Властелин Борис – он злой, строит козни и мечтает захватить мир. Есть пастушка Марья – она добрая, красивая и ждёт, когда её спасут. Есть княжич – он храбрый, но не очень умный, потому что в сказках умные княжичи почему-то не водятся.

А по факту: Борис три месяца не вылезает из дома, ничего не захватывает и вообще, говорят, впал в тоску. Марья две недели сидит в своей деревне, вяжет носки и пишет жалобы. А княжич, которому надоело ждать подвига, укатил на курорт с какой-то боярышней и пропал из виду.

– Ну и бардак, – вздыхаю я.

Можно, конечно, отписать стандартный ответ: «Ваша жалоба принята, ждите ответа в течение тридцати дней». Но я представляю лицо той самой пастушки, которая две недели вяжет носки вместо того, чтобы сидеть в темнице, и понимаю – надо ехать.

Портал открывается прямо в коридоре. Синяя вспышка – и я уже стою посреди замка Тёмного Властелина.

Замок как замок: мрачный, каменный, с факелами и летучими мышами. Только мыши какие-то облезлые, факелы горят вполсилы, а на полу вместо каменных плит – ковёр с истоптанными дорожками. И следы валенок.

Из-за угла высовывается голова. Зелёная, глаза навыкате, шлем набекрень. Охранник.

– Вы к кому? – спрашивает он сонно. – Если к Властелину, то он не принимает. У него творческий упадок.

– Я из Управления коррекции сказочных сюжетов, – показываю удостоверение. – По поводу упадка. Веди.

Охранник ведёт меня по коридорам. Проходим мимо тронного зала – там пылища слоем в палец. Проходим мимо пыточной – на двери табличка: «Закрыто на ремонт. Ориентировочно до следующего тысячелетия». Проходим мимо зала с картами – на стене плакат: «Как победить героя за 10 простых шагов», а внизу приписано: «Не работает».

Останавливаемся у двери в конце коридора. На двери ещё одна табличка: «Не беспокоить. Если вы герой – идите лесом. Если вы пастушка – заходите, но только если с носками. Если вы из Управления – ну за что мне это?»

Стучу.

– Кто? – раздаётся усталый голос.

– Елена из Управления. Открывайте, разговор есть.

Дверь открывается. И я вижу ЕГО.

Тёмный Властелин Борис. Триста лет зла, ужаса и захватов мира. А сейчас стоит передо мной в домашних штанах с вышивкой, в чёрной рубахе, расстёгнутой до пупа, и в носках с оленями. Волосы нечёсаные, под глазами круги, на щеках щетина.

– Здрасьте, – говорит он. – Чай будете? Только заварка простая, хорошая закончилась.

Захожу внутрь. Беспорядок жуткий: на полу книги – «Как полюбить себя», «Депрессия: инструкция по применению», «Как отстаивать свои границы». На столе остывший самовар, пепельница полная, в углу валяются парадные сапоги с шипами и корона, которую кто-то приспособил под подставку для очков.

Сажусь на стул.

– Борис, – говорю. – Вы уже три месяца не работаете. У вас по плану были козни, похищения, угрозы княжеству. А у вас, судя по отчётам, ноль.

Он вздыхает и садится напротив.

– А вы не задумывались, – говорит тихо, – каково это – триста лет делать одно и то же? Триста лет я просыпаюсь, иду в тронный зал и строю планы. Триста лет я похищаю каких-то пастушек, сражаюсь с княжичами и проигрываю. Всегда проигрываю, Елена. Потому что по законам жанра злодей должен проиграть. Я даже ни разу не выиграл за триста лет!

Молчу. Пусть выговорится.

– И вот сижу я вчера и думаю: зачем? Какой смысл? Герой этот, княжич, – он же дурак! Честно, я его умнее в сто раз! А пастушка эта… вы её личное дело видели? У неё высшее магическое образование, три курса боевого волшебства, специализация – боевые артефакты! Она любого дракона заговорит. А должна в темнице сидеть и ждать, пока этот остолоп её спасёт?

– А что она сама? – спрашиваю осторожно.

Борис лезет в бумаги и достаёт свёрток. Разворачиваю – носки. С оленями, узорчатые.

– Прислала третьего дня, – вздыхает он. – Уже третья пара. С запиской: «Держи, чтобы ноги не мёрзли. И забирай меня скорее в темницу, а то я с тоски сохну». Какая темница, Елена? У меня тут центральное отопление! Я триста лет назад сам проводил, трубы менял, батареи ставил! А она всё про темницу, про темницу…

Тут дверь распахивается. На пороге стоит девушка. Светлая коса, на плече лук, за поясом ножи, в руках корзинка с яблоками. Глаза горят.

– Так, Борис! – рявкает она. – Я две недели жду, когда меня похитят! У меня яблоки гниют, куры разбежались, бабки на лавке уже сплетни распускают! Ты будешь меня похищать или мне самой в плен проситься? Я, между прочим, вещи собрала!

Я смотрю на Бориса. Борис смотрит на меня. Потом на свои носки. Потом на девушку.

– Марья, – говорит он виновато. – Ну у меня упадок. Творческий.

– А мне плевать на твой упадок! – она ставит корзинку на стол. – Я из-за тебя в этой дыре торчу! В этой дыре! Я могла бы драконов дрессировать, артефакты искать, в академии преподавать! А я пастушку изображаю! И, между прочим, неплохо изображаю! У меня даже коза родила, а я коз отродясь не видела!

– А вы, собственно, кто? – спрашиваю я.

Марья оборачивается:

– Ой, а вы кто? И чего в свитере?

– Елена, из Управления коррекции сказок. По поводу вашего… положения.

Марья садится на подлокотник кресла и тяжело вздыхает:

– Елена, ну посудите сами. Я боевой маг, красный диплом, три научные работы. А должна сидеть и ждать, пока этот, – кивает в сторону Бориса, – меня похитит. А он не похищает. У него, видите ли, упадок.

– А ты носки вяжешь, – замечает Борис.

– А что мне ещё делать? Я уже все яблоки перебрала, всех кур пересчитала, от скуки вязать начала!

– И хорошо вяжешь, между прочим, – бормочет Борис и краснеет.

Марья краснеет тоже.

Я смотрю на них и начинаю кое-что понимать.

– Так, – говорю. – А ну-ка признавайтесь. Вы двое… того?

– Чего того? – хором спрашивают они.

– Нравитесь друг другу, вот чего.

Оба краснеют до корней волос. Марья начинает теребить косу. Борис разглядывает свои носки.

– Ну… – тянет он. – Понимаете, три месяца назад я приехал её похищать. По плану. Захожу в избу, а она… не спит.

– Я спала! – возражает Марья.

– Ты сканировала меня всё время, я же чувствую! У тебя артефакт под подушкой светился!

– А вдруг бы это был не ты, а какой-нибудь самозванец?

– И как? Убедилась?

– Убедилась, – тихо говорит Марья. – Ты… красивый оказался. Не такой страшный, как на портретах.

– А ты… – Борис мнётся. – Ты умная. И красивая. И носки тёплые.

Я смотрю на эту пару и чувствую, что сейчас лопну от умиления.

– И что дальше? – спрашиваю. – Так и будете сидеть? Он – в депрессии, она – носки вязать?

– А что делать? – вздыхает Борис. – По сценарию я должен её похитить, потом приедет княжич, победит меня, и они поженятся. А я… не хочу, чтобы они женились.

– И я не хочу, – тихо говорит Марья. – Я вообще этого княжича видеть не могу. Он глупый.