Jabb Wacky – Рут (страница 2)

На пути первые весенние рабочие уже разрыли тротуар с левой стороны и оставили его внутренности всем на любование до начала следующей рабочей недели. Василий не быстро, и уверенно приближался к яме, следя за расстоянием до впереди идущей парочки, чтобы аккуратно просочиться между ними и обломками асфальта, живописно разбросанными вокруг ямы. Все было под контролем, настроение прекрасное, отличная погода, самокат исправно влёк Василия на половине тяги к неприятному финалу поездки.

Когда до узкого асфальтового перешейка между ямой с полураскопанной трубой и обочиной тротуара оставалось несколько метров, из ближайшего куста сирени выскочил беленький кудрявый пуделёк, остановился ровно посередине проезда и, упершись лапками, словно боролся с ураганным ветром, заливисто залаял на несущегося на него, как гоночная осадная башня, Василия. "Вот $$-#*(@!!!" – вскричал Василий, пока принимал решение: в яму, в пуделя или в кусты. Он не попал ни в одну из намеченных целей. Первые две были максимально ему неприятны. Василий не желал калечить живых существ, и среди них себя. А достичь кустов ему помешал спрятавшийся в траве корень дерева, раскинувшего ветви с молодыми листочками над тротуаром. Самокат боднул внезапный корень передним колесом, руль вырвался из рук Василия, машинка страшно вильнула, как-то затравленно пискнула, и, непонятным образом оказавшись над тротуаром, он успел увидеть только приближающийся асфальт, недостижимый уже край ямы и задние лапы улепетывающего пуделя. Это восприятие сменилось глухим звуком "тук!!!" и вспыхнувшей в мозгу мыслью: "Я – root!".

Глава 2

Доступ открыт

Яркая голубая вспышка ослепила Василия. Он хотел закрыть глаза, но вспышка все продолжалась и даже судорожные попытки прикрыть лицо ладонями не спасли его от голубого сияния. В голове все вертелся застрявший гэг: "я – Грут". Василий не без труда заткнул в себе хихикающего весельчака. Перед ним был яркий голубой фон, лишенный деталей и глубины. Будто черенковское излучение в реакторе, покрашенном внутри в белый цвет. Если опускать взгляд ниже, голубизна переходила в темнеющую синеву и, наконец, она уже поглощалась звездной чернотой. Яркие звездочки переливались в ней, как ни в чем ни бывало, соседствуя то ли с закатным, то ли с рассветным небом без единого облака. Примерный масштаб начал формироваться в восприятии Василия. Первым и пока единственным вопросом, что приковал к себе все его внимание, был вопрос об окружающем: почему он видит перед собой небо? Ведь он падал лицом вперед на асфальт, даже не успев выставить перед собой руки. И вторым через мгновение был тревожный вопрос к самому себе: почему, сколько он ни пытался заслониться от этого неба руками, он не мог их даже почувствовать, не только разглядеть. Ответов найти не получалось. Одно было ясно, он жив и способен обращать внимание на мысли и на окружающее. И, вообще, cogito ergo sum[1].

Похоже, он лежит на спине и смотрит вверх на это нереальное звездно-солнечное небо без облаков и солнца. Василий предпринял попытку повернуться на бок, и увидеть на чем он лежит, чтобы опереться и встать на ноги. Его внимание легко скользнуло по голубизне и принесло в смятенный ум Василия непонятные и невероятные картины, простиравшиеся слева от него. Холмы и овраги матово поблескивали под невозможными небесами, какие-то странные полупрозрачные конструкции возвышались среди них. Кое-где на приличную высоту поднимались прямые стержни или изгибающиеся канаты, уходящие в склоны холмов и стены строений. Одна хорошо различимая внутри структура, наполненная перевернутыми автомобилями на потолках внутренних помещений, возвышалась неподалеку. Она была окружена толстыми, просвечивающими небесной голубизной, стенками или невысокими валами, вырастающими из земли на высоту метров трех-четырех, будто бы состоящими из полупрозрачной субстанции, с ржавыми и вполне светонепроницаемыми трубами внутри. По виду эти трубы в точности походили на отрытую весенними рабочими у Василия по дороге. Непонятные длинные невысокие домики с плохо различимыми будто бы стеклянными стенами, также соединялись друг с другом начиненными трубами маревыми бугристыми сплетениями таких же стенок. Домики были заполнены шкафами, столами и какими-то устройствами. Начинка помещений в них преимущественно свисала с потолков и лишь кое-где лежала на полу. Но самое странное, повергшее Василия в изумленный ступор, было то, что неровная земля, на которой они стояли, тоже была полупрозрачной! И к этим домикам снизу под её дымчато-стеклянной поверхностью оказались приделаны первыми этажами перевернутые вниз крышами московские высотки.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.