Изольда Рыбкина – Волны памяти - Изольда Рыбкина (страница 16)

- Нет, Игорь, - испуганно вздрагиваю и умоляюще смотрю на мужа, - я поеду с тобой! Пожалуйста, не оставляй меня!

Мужчина по-доброму усмехается и, прижав мою макушку снова к своей груди, говорит:

- Вообще-то, это ты меня сегодня бросить собиралась…

Я ничего не отвечаю. И уже спустя несколько минут мы садимся в машину, за рулем которой Кирилл – охранник Игоря. Валера остался дома, ждать приезда специалиста по прослушивающим устройствам.

В офисе Игоря сотрудники смотрят на меня заинтересованно и удивленно. Секретарь, предложившая нам кофе, рассмотрела меня от макушки до набоек на каблуках таким придирчивым взглядом, будто я попала на передачу «Модный приговор» или на смотрины к будущей свекрови.

- Что со мной не так? – спрашиваю у мужа, когда она выходит в приёмную.

- Да всё! – смеётся Игорь и смотрит на меня каким-то умилительным взглядом. – Во-первых, они редко видят тебя в офисе. Во-вторых, во все прежние появления твой внешний вид, мягко говоря, отличался от того, как ты выглядишь сейчас.

- Блииин, я ж расчесаться забыла! – спохватываюсь и начинаю пальцами приглаживать волосы. – Тушь потекла? Я ж ревела сегодня!!! – вскакиваю и начинаю метаться по кабинету в поисках зеркала, как вдруг снова, второй раз за день, оказываюсь в объятиях своего мужа.

- Ты прекрасна… Только поэтому они так на тебя смотрели.

Он берет моё лицо в свои ладони, некоторое время пристально смотрит в глаза. Нежно, глубоко… А потом медленно начинает сокращать расстояние между нашими губами…

- Игорь Эдуардович, все, кого вы звали, будут здесь с минуты на минуту, - выпаливает Кирилл, влетая в кабинет. – Извините, я не думал, что… Я не постучал, - он порывается уйти, но Игорь его останавливает.

- Ничего, Кир, всё хорошо, - он разочарованно вздыхает, глядя на меня, но мы вынуждены прекратить объятия.

Следующий час я знакомлюсь с «людьми» моего мужа.

Свиридов Максим Петрович – это финансовый директор компании - мужчина лет сорока – сорока пяти, довольно халёной наружности. Он вошёл в кабинет стуча каблуками идеально начищенных кожаных туфель коричневого цвета и в костюме, который сидел на нём как влитой. Галстук, завязанный каким-то причудливым узлом, платок в нагрудном кармашке пиджака в форме крыла бабочки, и даже укладка волос – всё говорило о том, что передо мной либо нарцисс, зацикленный на своей внешности, либо представитель нетрадиционных меньшинств. И что из этого для меня хуже, я с ходу определить так и не смогла.

Свиридов принёс с собой целую папку разных документов, которую Игорь не стал даже открывать, а отложил на край стола, и, экономя время, начал расспрашивать о каких-то операциях, счетах, получателях и тому подобном, о чем я не имела ни малейшего представления. Так как я ничего не понимала из их разговора, то у меня было время и возможность понаблюдать и поближе рассмотреть второго вошедшего в кабинет мужчину.

Петрович, он же Василий Петрович Шеин, - руководитель отдела безопасности компании и лично моего мужа, как её генерального директора. Это мужчина лет шестидесяти. На первый взгляд – обычный дед, каких много на вахтах общежитий, пропускных пунктах в торговые центры и тому подобных «ответственных» постах. Довольно щуплого телосложения, с очень морщинистым лицом и невыразительными блеклыми глазами. Он держался отстраненно, мне показалось, что вообще не слушал, о чём говорили Игорь с финансистом. Мне в голову пришла мысль, что мой муж, наверное, ошибся, выбрав человека с таким аморфным темпераментом на такую должность. Про таких людей говорят «ни рыба ни мясо», разве сможет он обеспечить безопасность кому бы то ни было?

- Что думаешь об этом, Петрович, - вдруг обратился к нему Игорь, закончив слушать доклад Свиридова.

Я усмехнулась и стала следить за тем, как старик будет делать вид, что не считал ворон за окном, а слышал разговор. Но в следующую секунду ему удалось меня не просто удивить, а прямо-таки повергнуть в настоящий шок.

- Я не думаю, Игорь, - уверенно назвал Петрович своего начальника по имени, – я знаю: твои три ляма ушли на счёт тайской подставной фирмы. Перечисление было сделано с одного из компьютеров компании. Делал это спец. Но самое интересное другое. Мои ребята смогли раскопать, куда выводились деньги из этой фирмы, - Петрович делает паузу, во время которой его никто не смеет перебить или поторопить, – к поддельному поставщику якобы строительных материалов.

- И там глухо? – не выдерживает Игорь. – Данные засекречены? – обреченно то ли спрашивает, то ли констатирует.

- Конечно, засекречены. Но я всё равно узнал, кто стоит за этим поставщиком…

Петрович замолкает, а его глаза, обычно потухшие, вдруг вспыхивают настоящим огнём.

- ФСБ помогли? – вклинивается Кирилл, а Петрович кивает.

- Ну, не томи, - рявкает Игорь, нервно одергивая пиджак. – Говори уже, кто эта сволочь? Я знаю его?

- Её, - уточняет Петрович, и в кабинете воцаряется тишина. – Это Петропавловских Елена Максимовна.

Глава 19.

- Петрович, хреново ты шутишь в последнее время, - злобно рычит мой муж, как только немая сцена, во время которой все четыре пары глаз были приклеены ко мне, постепенно оживает.

- Если бы, Игорюша, я шутил, то ты бы сейчас смеялся, - хрипло говорит безопасник и, скрестив руки на груди, откидывается в кресле. Он теперь становится центром всеобщего внимания, и сам прекрасно это понимает, поэтому не спешит вывалить всю имеющуюся у него информацию.

- Игорь Эдуардович, - подаёт голос Кирилл, - может, кто-то нарочно создал фейковую учётку с именем Вашей супруги, а на само деле, там какой-нибудь Вася Пупкин.

- Исключено, - безапелляционно отрезает Петрович. – Петропавловских Елена Максимовна является учредителем фирмы-поставщика, она зарегистрирована по всем правилам, и в договоре с тайской фирмой стоит её подпись.

- Но как такое может быть? – Игорь давно уже не сидит на своём месте, а ходит по кабинету, нервно потирая лоб. – Лена последние две недели всегда была в Москве, как она могла поставить ту подпись?

- Договор был подписан не две недели назад, а ровно в тот день, когда Елена Максимовна, - моё имя и отчество были произнесены с особой язвительностью, - потеряли память. Очень удачно, надо сказать.

Старик ухмыляется, а мне больше всего интересна реакция мужа. Если он начнёт меня обвинять, это будет окончательной точкой невозврата. Мы не сможем быть вместе.

- Совсем не удачно, - вдруг подаёт голос, молчавший всё это время Свиридов. – Компания из-за потери этих денег может обанкротиться, - внимание с меня переключается на финансового директора, который берет со стола Игоря папку, которую сам же принёс и начинает что-то искать в ней. – Вот, смотрите, - он показывает всем какой-то документ, - это наши обязательства по госзаказу. Если мы не выполним работу в срок, станем банкротами. Можно, конечно, взять деньги с частных проектов, но тогда нас потопят заказчики.

- А кредит? – вставляет предложение Кирилл.

- Очень смешно, - грустно хмыкает Свиридов и не считает нужным пояснить.

- У нас нет оснований для кредита, нам его никто не даст, - отвечает за финдиректора Игорь, раздумывая над собственными словами. – Может, поскрести по сусекам? Распродать некоторые активы?

- Три ляма не наскребёте, это я Вам со всей ответственностью заявляю, - отрезает Свиридов. – Даже если продать всех Ваших «дочек», наберется максимум миллиона полтора. Этого всё равно не хватит, чтобы реализовать госзаказ.

- И что ты предлагаешь?! - не сдержав несколько матерных слов, взрывается мой муж.

- Искать три ляма, ушедшие на деревню тайскому дедушке, - рявкает Петрович и встаёт со своего места, начиная двигаться в мою сторону.

- Петрович, ты что задумал? – преграждает ему путь Игорь, заслоняя меня собой. – Лена ничего не помнит!

- Так пусть вспоминает! – рычит старик, зло сплёвывая в сторону и стреляя в меня страшным взглядом. – Эта артистка всех может обвести вокруг пальца, с неё станется!

- Это не тот случай, - продолжает защищать меня муж, - врачи подтвердили диагноз. Да и сам подумай, если бы она захотела исчезнуть с деньгами, то почему не сделала этого раньше? Зачем й так рисковать и жить со мной в одном доме?

- Да она ведь и собиралась сегодня улизнуть! – спорит Петрович. – Хорошо, что ты приставил к ней Валеру, а то сейчас бы уже грела свою задницу на собственной яхте в бухте собственного острова!

- Ничего, что я вообще-то здесь!!! Хватит говорить обо мне в третьем лице! – не выдерживаю я. – Да, у меня амнезия, что было до неё, я не помню. Я не знаю, что могу сделать, чтобы спасти компанию, но готова сделать всё, от меня зависящее.

- Шеф, может, попробовать гипнозом её, - говорит Кирилл, кивая на меня. Потом спохватывается, понимая, что Игорь недоволен его словами и исправляется: - Или давайте Елену Максимовну к бабке отвезём! У матери моей подруга есть, по картам и отпечатку слюны будущее предсказывает.

- Кирилл, заткнись, - обрывает его Петрович. – Хрень это всё. Надо в суд подавать.

- Петрович, какой суд!? Ты с ума сбрендил? – Игорь тоже повышает голос.

- Это ты, мальчик мой, сбрендил! – парирует безопасник. – Эта змея опять тебе мозги задурила, а ты и ведёшься, как телёнок!

Петрович в очередной раз сплёвывает и, махнув рукой, уходит из кабинета.