Изабель Вульф – Дело в стиле винтаж (страница 48)
— Вы хотите сказать, платье сподвигло ее выдать бойфренда?
— Нет… но, думаю, твердое желание получить его дало ей силы бросить этого человека — и сделать это впечатляюще, на глазах у всех.
В четверг в «Мейл» появилась статья, превозносившая Келли за разоблачение Брауна и приводящая слова других женщин, также выдавших своих «сомнительных» приятелей. «Экспресс» поместил большой материал о мошенничестве под заголовком «Кейт Браун поджег собственный склад в 2002 году».
— Как могут газеты печатать такое? — спросила я у Майлза, заглянувшего в магазин по пути в Кэмберуэлл: покупателей не было, и он остался поболтать со мной. — Разве это не предвзятость?
— Поскольку судебный процесс еще не начался, то нет. — Он достал блэкберри, надел очки и начал стучать по клавишам. — На данном этапе газеты имеют право повторять голословные утверждения о Брауне и печатать все, что могут подтвердить, — скажем, роль девушки в разоблачении его предполагаемого преступления. Но когда ему предъявят обвинение, им придется следить за своими словами.
— А почему его до сих пор ни в чем не обвинили?
Майлз посмотрел на меня поверх очков.
— Наверное, страховая компания и полиция спорят, кто предъявит иск — ведь это дорогое удовольствие. А теперь, может, поговорим о более приятных вещах? В субботу я бы с удовольствием сходил в Опера-хаус. Они дают «Богему» Пуччини. Билеты еще есть, но нужно заказать их сегодня. Я могу позвонить им прямо сейчас…
Майлз стал набирать номер, но затем озадаченно посмотрел на меня.
— Но ты, кажется, не склонна идти туда.
— Я склонна — и с удовольствием пошла бы. Но… не могу.
Лицо Майлза омрачилось.
— Почему?
— У меня другие планы.
— О.
— Я иду на вечеринку недалеко отсюда. В общем-то ничего особенного…
— Понятно… А кто ее устраивает?
— Мой друг Дэн.
— Ты уже упоминала о нем, — пристально посмотрел на меня Майлз.
— Он работает в местной газете. И я получила приглашение довольно давно.
— И скорее отправишься туда, чем на «Богему» в Опера-хаус?
— Дело не в этом — просто я уже обещала прийти, а я стараюсь держать свое слово.
Майлз испытующе смотрел на меня.
— Надеюсь, он… не больше чем друг, а, Фиби? Мы вместе не так уж долго, но я предпочитаю знать, если у тебя есть кто-то другой.
Я отрицательно покачала головой и улыбнулась:
— Дэн просто мой друг. И к тому же довольно эксцентричный.
Майлз встал.
— Ну… я немного огорчен.
— Прости, но мы с тобой ничего не планировали на эту субботу.
— Верно. Но я предположил… Все в порядке. — Он взял свою сумку. — Тогда я пойду с Рокси. Сегодня мы отправимся покупать ей бальное платье, и ей придется ответить услугой за услугу.
Я постаралась осмыслить заявление, что посещение Королевской оперы станет для Роксаны «платой» за то, что отец купит ей немыслимо дорогое платье…
— Может, сходим куда-нибудь в начале следующей недели? — предложила я. — Не хочешь побывать в «Фестивал-холле»? Скажем, во вторник? Я куплю билеты.
Это, похоже, пришлось ему по вкусу.
— Очень мило с твоей стороны. — Он поцеловал меня. — Я тебе завтра позвоню.
Суббота, как обычно, оказалась напряженной, и хотя мне это нравилось, скоро стало понятно, что я едва справляюсь в одиночку. После обеда пришла Кэти. Увидела платье Ланвин Кастилло, висевшее на месте желтого бального платья, и ее лицо погасло. Казалось, она вот-вот расплачется.
— Все в порядке, — успокоила я. — Оно на складе.
— О, спасибо! — прижала она руку к груди. — Я накопила уже сто шестьдесят фунтов, а это больше половины. У меня сейчас обеденный перерыв, и я решила забежать к вам. Не знаю почему, но это платье взяло меня в плен.
Я собиралась уйти из магазина в половине шестого, но в пять двадцать пять заявилась покупательница и перемерила вещей восемь, в том числе брючный костюм, который мне пришлось снять с манекена на витрине. В результате она ничего не взяла.
— Простите, — сказала она, надевая пальто. — Похоже, у меня сегодня не то настроение.
На часах было пять минут седьмого.
— Ничего страшного, — произнесла я с преувеличенной сердечностью. Не следует раздражаться, если ты владелица магазина. Я заперла его и пошла домой, дабы приготовиться к вечеринке у Дэна. В приглашении он указал, что ждет гостей к семи тридцати, и просил явиться до восьми часов.
Было почти темно, когда такси подъехало к его дому — викторианской вилле, стоящей на тихой улочке недалеко от станции «Хитер-Грин». «Дэн хорошо подготовился к приему гостей», — подумала я, расплачиваясь с шофером. На деревьях в садике перед домом висели китайские фонарики, и он нанял обслуживающий персонал — дверь мне открыл официант в фартуке. Войдя внутрь, я услышала шум голосов и смех. Общество собралось довольно избранное, поняла я, входя в гостиную, где находилось около дюжины человек. Дэн был одет весьма прилично — в темно-синий шелковый пиджак — и разговаривал со всеми сразу, то и дело доливая шампанское в бокалы.
— Попробуйте канапе, — услышала я его голос. — Мы приступим к трапезе чуть позже. — Значит, это званый ужин. — Фиби! — воскликнул он, завидев меня. И поцеловал в щеку. — Проходите и познакомьтесь со всеми. — Дэн быстро представил меня своим друзьям — одним из них был Мэтт — и его жене Сильвии; здесь была также Элли, корреспондентка газеты, со своим бойфрендом Майком, несколько соседей Дэна и, к моему удивлению, та самая ворчливая женщина из «Оксфама» — ее звали, как я теперь узнала, Джоан.
Мы с Джоан немного поболтали, и я сказала, что получу из Штатов несколько сумочек, которые, вероятно, принесу ей. Потом я спросила, не бывает ли у нее винтажных металлических «молний», поскольку мой запас подходит к концу.
— Они не так давно попались мне на глаза, — ответила она. — А еще банка со старыми пуговицами.
— Вы не отложите их для меня?
— Конечно, отложу. — Она сделала глоток шампанского. — Кстати говоря, вам понравилась «Анна Каренина»?
— Это было изумительно! — Но откуда она знает, что я пошла в кино?
Джоан взяла канапе с подноса, который проносил мимо официант.
— Дэн водил меня на «Доктора Живаго». Прекрасный фильм.
— О. — Я посмотрела на Дэна: он горазд на сюрпризы — причем приятные. — Да… фильм замечательный.
— Замечательный, — эхом отозвалась Джоан. — Я побывала в кино впервые за пять лет, а потом он угостил меня ужином.
— Правда? Как мило. — Я пыталась сдержать слезы. — Вы ходили в кафе «Руж»?
— О нет. — Джоан выглядела шокированной. — Мы были в «Ривингтоне».
— А.
Я посмотрела на Дэна. Он сказал, что, раз все уже собрались, пришло время обратиться к главному событию вечера, и попросил всех выйти в сад, в самом конце которого стоял… сарай, обыкновенный сарай, но к нему от дома шел красный ковер, а перед дверью висела красная лента на двух металлических стойках. К стене была прикреплена какая-то табличка, ожидавшая официального открытия, судя по тому, что ее прикрывали золотистые занавески.
— Понятия не имею, что в этом сарае, — заметила Элли, когда мы шли по красному ковру, — но вряд ли там газонокосилка.
— Ты права — ее там нет, — отозвался Дэн и хлопнул в ладоши. — Спасибо всем, что пришли сюда сегодня вечером, — сказал он, стоя перед сараем. — А теперь я попрошу Джоан приступить к торжественной части.
Джоан выступила вперед и взялась за шнур от занавесок. Дэн кивнул, и она повернулась к нам.
— Я с превеликим удовольствием открываю сарай Дэна, который называется… — Она потянула за шнур. — «Робинсон Рио»! — Джоан явно была заинтригована не меньше остальных.
Дэн открыл дверь и щелкнул выключателем.
— Теперь входите.
— Чудесно! — произнесла Сильвия, делая шаг вперед.
— Ничего себе! — воскликнул кто-то.
С потолка свисала сверкающая люстра, освещавшая двенадцать бархатных сидений, стоящих — по три в четыре ряда — на красно-золотом ковре с узором из завитков. На дальней стене был занавешенный экран, а поодаль стоял большой старомодный проектор. Справа размещалась синяя доска, по которой шли белые пластиковые буквы: «Программа на эту неделю: «Камилла» и «Вопрос жизни и смерти». Слева в рамке висел винтажный постер фильма «Третий человек».