Изабель Ибаньез – Где сокрыта библиотека (страница 74)

Папа поднялся и протянул мне руку.

— Пора идти, Инез.

― Я не хочу участвовать в этой… в этой войне между тобой и мамой. Я дала тебе то, что ты хотел. Теперь ты должен сдержать слово и отправить её в Каир, чтобы…

― Среди воров чести не сыскать, ― сказал он. ― Ты идешь со мной, hijita.

Мистер Грейвс вышел вперед, в его руке был пистолет.

— Ты бы выстрелил в собственную дочь? — прошептала я. Не могла поверить, что он действительно способен на нечто столь чудовищное.

Папа медленно окинул меня взглядом, изучая черты моего лица.

— Я растил тебя как свою. Но с тех пор как узнал об измене, мои планы изменились. Твоя мать — шлюха. И, полагаю, мистер Финкасл был далеко не первым.

— Нет, — прошептала я. — Ты же не думаешь…

— Я был бы дураком, если бы не задался этим вопросом, — мрачно сказал он. — Чья ты дочь? Моя — или нет? Ты вполне можешь быть моей. Моей плотью и кровью.

Но его лицо тут же ожесточилось. Морщины у глаз стали глубже, будто сами слова причиняли ему боль.

— А можешь — и не быть, — бросил он и кивнул в сторону двери. Затем жестом приказал мне встать. Я поднялась, будто во сне. — В любом случае, почему бы нам не пойти и не узнать все у твоей матери?

Я чувствовала себя так, будто получила смертельный удар, и всё же от меня ждали, что я продолжу ходить, говорить, слушаться. Что я буду дышать — даже после того, как он так просто обронил, что я, возможно, не его дочь.

Да, я больше похожа на маму, это правда. Но я никогда не сомневалась, что являюсь его ребенком. Мы оба любили читать Шекспира, теряться в историях, изучать прошлое.

Не может быть, чтобы я не была его дочерью. Но даже если так, неужели он действительно способен убить ребёнка, которого сам вырастил?

Мистер Грейвс больно ткнул мне в спину дулом пистолета, и я вздрогнула.

— Боюсь, у меня больше терпения, чем у него, — сказал папа. — На твоём месте я бы делал, как он говорит.

Он наклонился, поднял с пола свою маскировку — и снова превратился в мистера Стерлинга. Пока он приклеивал свои отвратительные усы, до меня постепенно доходила истина.

Мой отец умер в день, когда я получила письмо от дяди. Не будет больше ни одного момента, когда я взгляну на папу и не увижу в нём мистера Стерлинга — его альтернативную личность. Маску, которую он создал, чтобы запугивать, добиваться своего силой, лгать ради власти и манипулировать ради выгоды.

Человек, которого я любила всю свою жизнь, исчез навсегда. А страшнее всего было то, что я никогда не знала, кто он на самом деле. Не знала, на что он способен.

Если бы я знала, то возможно, смогла бы защитить себя от любви к чудовищу.

Мы сели в другой экипаж, и я снова оказалась рядом с мистером Грейвсом. Мне завязали глаза. Должно быть, они думали, что, с направленным на меня стволом, я не подниму шума. Но после нашего разговора я была не в себе и никак не могла усидеть на месте. Мне хотелось выйти из экипажа, вырваться из ужасных планов моего отца.

— Не ерзай, Инез, — сказал папа.

Я тяжело сглотнула.

— Почему ты не открылся раньше? — спросила я.

— Ты только приехала, мне нужно было понять, как ты справишься, — ответил он. — Я наблюдал за тобой издали, смотрел, кем ты была без нас с матерью — без наших наставлений и предостережений. Я послал тебе золотое кольцо, надеясь, что магия коснется тебя, как когда-то меня.

— Это было доказательством, которое ты искал? — горько спросила я. — Чтобы убедиться, что у нас одна кровь?

— Это помогло, но магия непредсказуема, и я не мог полностью на неё рассчитывать, — сказал он. — Я следил за тобой, когда ты бродила по базару, и радовался, когда магия привела тебя к тому же торговцу безделушками, что и меня. — Его голос опустился до разочарованного шёпота. — А потом ты исчезла. Никто не знал, куда ты отправилась. Мои люди обыскали твой номер и обнаружили, что ты оставила свои чемоданы — одежду, книги, почти все свои художественные принадлежности.

Той ночью я пробралась на борт Элефантины.

— Почему магия не привела тебя ко мне?

— Ты была слишком далеко, — ответил он. — И я понял, что ты, должно быть, уехала с Рикардо на тайные раскопки — где-нибудь в Верхнем Египте. Его грубоватый помощник распространял слухи о множестве возможных мест вдоль Нила.

Уитфорд. Я не смогла сдержать лёгкую улыбку.

— В качестве мужа ― военный, с позором уволенный со службы. Прекрасный выбор, Инез. Я тобой горжусь.

Я вздрогнула от слишком резкого выговора.

— Это черты твоей матери, — продолжил он. — Когда я узнал, что она украла у меня Клеопатру, и что ты ей помогала… признаю, я потерял самообладание.

— Клеопатра никогда не принадлежала тебе, — сказала я. — Она вообще никому не принадлежит.

— Ну да, теперь, благодаря тебе, она в руках твоей матери, которая ничего в этом не понимает. Тогда я и понял: ты причинила мне куда больше вреда, чем я ожидал. Я надеялся, что ты поступишь разумнее. Но ты меня разочаровала, Инез.

— Именно тогда ты и приказал меня похитить?

Папа сдёрнул с меня повязку. Я несколько раз моргнула, давая глазам привыкнуть к свету. Это заняло лишь мгновение — за окном стремительно сгущались сумерки. Мы были уже за пределами Александрии. Поле руин раскидывалось во все стороны: поваленные колонны, низкие холмы, камни, поросшие травой.

Я снова посмотрела на отца.

— Да, — подтвердил он. — На новогоднем балу я увидел тебя и приказал доставить ко мне темноволосую девушку в золотом платье. Но твоя мать перехватила моих людей и указала на не ту. Эльвира мне была ни к чему.

От ярости мои пальцы сжались в кулаки.

— Ты приказал её убить.

— Нет, — ответил он. — Это сделал твой дядя, когда отказался сказать, куда делась Лурдес.

— Но он не знал! — воскликнула я, поддаваясь вперёд.

Мистер Грейвс резко вскинул руку и с силой оттолкнул меня обратно на сиденье. Я вскрикнула и попыталась вырваться, но он не сдвинулся с места.

— Мне было жаль узнать о её смерти, — признался папа. — Это можно было легко предотвратить.

Я всхлипнула и зажмурилась. Это ничего не меняло — слёзы покатились по щекам. Я ненавидела свою слабость, эту уязвимость. Он не заслуживал её.

Мистер Грейвс отпустил меня, и я сгорбилась, дрожа всем телом.

— Когда я предложил тебе присоединиться ко мне в поисках Лурдес, то говорил искренне, — продолжил папа, — Я надеялся, что ты сумеешь разглядеть под её очарованием змею. Но ты упорно отвергала оливковую ветвь, что я протягивал тебе раз за разом.

— Было бы лучше, продолжай я считать тебя мертвым, — прошептала я. — Почему ты таким не остался?

Папа провёл рукой по моей щеке, но я резко отпрянула.

— Хочешь узнать настоящую причину, почему я согласился, чтобы ты осталась в Аргентине?

Это был не вопрос. Я не должна была доставлять ему удовольствие, но всё же не смогла удержаться.

— Ну и почему же?

— Всё просто, Инез, — прошептал он мне прямо в ухо. — Я построил империю. И не был уверен, смогу ли отдать тебе ключи от своего королевства.

— Вот зачем ты постоянно уговаривал меня сотрудничать, — сказала я. — Хотел увидеть… что именно? Поддамся ли я пороку?

— Мне нужен наследник. Кто-то, кому я смогу передать своё дело.

Я покачала головой, отстраняясь от него.

— Я не хочу иметь с тобой ничего общего.

— Возможно, ты ещё передумаешь, — мягко сказал он. — После того, как мы поговорим с твоей матерью.

Он повернулся к окну и посмотрел на улицу.

— А, кажется мы на месте. Пора спуститься под землю, Инез.

Он открыл дверцу экипажа и, крепко взяв меня под локоть, вывел на улицу. Тревога внутри меня нарастала, как кирпичная стена, выложенная камень за камнем, — всё плотнее, всё тяжелее. Папа вел меня вперед, к неприметному старому колодцу — узкому, как раз по размеру одного человека. Я пригляделась — и с удивлением обнаружила, что по краю каменного обода вырезано слово Цербер.

Позади я ощутила приближение мистера Грейвса. Оглянувшись, увидела, как он, не отставая, шёл за нами, неся в руках два фонаря. Один из них он передал моему отцу.