Ия Тончинская – Нунчи (страница 6)
И сейчас всех опалило дыханием этой битвы.
Ибо такие времена.
Времена, из которых не выскользнуть.
– Мне трудно, – говорила одна. – Я словно оголена, как будто на мне нет кожи, я чувствую всё. Меня ранят… ранят какие-то вещи очень сильно…
– Это потому, что ты воин. Ты говоришь о важном. Говоришь с людьми напрямую, глаза в глаза. Тебя слышат. Ты всегда была такой, просто сейчас это стало заметно всем, – утешала другая. Хотя, конечно, что за нелепое утешение.
– Поэтому в тебя летит столько всего. И впрямую, и рикошетом. Что тут скажешь… Идёт большая битва по всем «фронтам», и никто не стесняется в средствах. Просто держись, ладно…
– Ладно, – улыбнулась в ответ. – Я стараюсь. Я молюсь. Я делаю, что могу.
Выпили немного соджу. В принципе, они могли и не разговаривать вовсе, всё и так понималось без слов.
– Знаешь, что вспомнила… Бродский писал – «всякое творчество есть по сути своей молитва. Всякое творчество направлено в ухо Всевышнего» … Моя «кожа» тоже истончается, когда я начинаю писать. Я заметила. Это не так просто, как может показаться.
Помолчав, добавила:
– Кто знает какими «молитвами» этот мир всё ещё держится на плаву…
– Да, посмотришь на «творчество» некоторых и сразу становится видно кто и за что «молится», кто и что «льёт» Богу в уши.
– Это точно!
Вспомнили несколько «примеров», смеялись, как ненормальные, разряжая пространство вокруг себя. Когда они вот так вместе смеются или просто разговаривают, пропуская мир через свои сердца, тьме к ним не подобраться.
Бойцы «невидимого фронта».
Воины света.
Две женщины в большом городе.
Пьют соджу, говорят о мире и «молятся» каждая своим словом.
Ибо каждый живущий учтён.
Каждый «завербован».
В этом мире у всего есть только две стороны.
А иных сторон не бывает.
9,8 метров в секунду
прости меня
я снова падаю
я долго шла вдоль края, не позволяя себе смотреть вниз, не позволяя отчаяться, держась только за воздух и свет внутри себя… я знала, что нельзя… нельзя сдаваться… я держалась, правда, я очень крепкая, но… но… у меня опять не получилось… я не справилась
я падаю
я ложусь на воздух, как на волну, и закрываю глаза
я падаю
прости меня
падение
мгновения невесомости
мгновения, когда ты между прошлым и будущим
когда ты между
ты уже не в прошлом и ещё не в будущем
ты между «уже не…» и «ещё не…»
ты здесь
в настоящем
пока я падаю – я в настоящем
пока я падаю – я настоящая
9,8 метров в секунду
ускорение
свободного
падения
мгновения абсолютной свободы
мгновения абсолютного доверия
мгновения в цену жизни
материя, из которой выплавляются крылья
теперь
чтобы
выжить
остаётся
только
одно –
лететь
встретимся там, где высоко
честность
– Знаешь, в чём системная ошибка?
Она удивленно подняла бровь:
– Что?
– Если рассматривать человека как слаженно работающую систему, то в ней есть ошибка, которая мешает системе развиваться, тормозит это развитие.
– Я бы не стала сравнивать человека с системой, люди гораздо сложнее.
– Ты права, но это условное сравнение.
– Ладно тогда, выкладывай что ты имел ввиду?
– Думаю, ошибка в том, что человек всегда стремится присваивать себе всё в подряд, будь то вещи, идеи, чувства, знания, и даже других людей, всё, что им так или иначе нравится, хочется, что (кто) их восхищает или будоражит. Они называют это разными словами, наделяют разными смыслами, но суть не меняется – непременно присвоить себе. Единолично владеть.