Ия Котова – Форшок (страница 10)

Электрическая кофемолка оказалась очень дорогой. Алина, заглянув в кошелек, обнаружила, что денег хватит только на ручную мельницу. Ручная кофемолка с деревянным корпусом и пластиковой чашей вполне подойдет для того, чтобы перемолоть кофейные зерна на одну-две порции.

Увидеть соперницу в этот раз не удалось. Это случилось немного позже.

Как-то утром к Алине прибежала подруга Людмила. Последнее время они встречались редко. Людмила была постоянно занята на своем заводе. И сейчас она только что вернулась с очередной смены.

– Ты забыла, что сегодня праздник – День города. Давай выбираться в люди. Я своих пацанов отправила на экскурсию в Сигулду. Пойдем и разгуляемся, – бодрый тон Людмилы встряхнул Алину.

– Там будет ярмарка. Я хочу посмотреть себе что-нибудь недорогое с янтарем: кольцо или брошь. Да и для подарков можно что-то присмотреть, – добавила Людмила.

На таких ярмарках народные мастера выносили на продажу свои изделия: искусно вывязанные вещи, глиняную посуду, украшения. Стоили эти вещи недорого. У Алины никогда не доходили руки, чтобы купить себе что-нибудь. К тому же хенд-мейд тогда ценился гораздо ниже импортных фабричных вещей.

– Ты же сама прекрасно вяжешь. У тебя проблем с подарками быть не может, – удивилась Алина.

– Ты же знаешь, что сапожник всегда оказывается без сапог. Я вяжу быстро только тогда, когда вяжу по заказу. Для себя могу месяц возиться с одной варежкой. Сейчас времени не остается совсем. Я взялась за подработку: вяжу мужские свитера для одной фирмы. Там свои сроки, поэтому даже на работе выкраиваю время, чтобы успеть сдать вещь вовремя, – сказала Людмила.

– Да, надо бы что-то купить с янтарем, – сказала Алина и осеклась.

Деньги, которых, как она надеялась, должно было хватить надолго, катастрофически таяли. Купить даже скромное колечко из янтаря в металле было не на что.

До центральной площади подруги дошли пешком. И почти сразу же при входе Людмила крепко сжала локоть Алины:

– Смотри, вон там, около киоска стоит эта дама. Ты не туда смотришь, смотри левее.

Алина поняла, что речь идет о женщине, которая отняла у нее мужа.

Дама стояла спиной к подругам и не видела их. Поэтому можно было хорошо рассмотреть ее фигуру и наряд. Фигура была так себе: широкие бедра, тяжелые плечи. Но безукоризненная стрижка, модная дорогая одежда, туфли из тонкой кожи, стильная сумка делали любую критику похожей на зависть.

На руке дамы был массивный серебряный браслет. Этот браслет Алина уже видела в художественном салоне, когда они с Борисом ездили в Ригу. Это было месяца за три до того злополучного чаепития с записками. Браслет стоил дорого, почти как золотой. Но сравнить его с ширпотребом из ювелирного магазина было невозможно. Это было настоящее произведение искусства.

Тогда Алина долго примеряла браслет, не в силах оторвать от него взгляд. Она знала, что их семейный бюджет не рассчитан на столь дорогую незапланированную покупку, и в конце концов с сожалением вернула чудную вещицу продавцу.

– Не переживай, такие вещи обычно не покупают, а дарят, – сказал тогда Борис.

Алина приняла эту фразу за намек на то, что муж купит ей этот браслет и скоро подарит на День ее рождения.

И вот сейчас эта драгоценность украшала руку чужой богатой тетки и к Алине уже не имела никакого отношения.

Когда дама повернулась к ним, Алина отметила тяжелое лицо и цепкий взгляд светло-голубых глаз, остановившийся прямо на ней.

Алина выдержала этот взгляд и с кажущейся невозмутимостью прошла мимо. Дойдя до края площади, где соперница уже не могла ее видеть, она повернулась и резко сказала подруге:

– Я пойду домой. И, не дожидаясь ответа, быстро пошла назад.

Алине казалось, что за этим браслетом стояла вся ее жизнь. Надетый на руку другой женщины, он как бы перечеркивал и обесценивал эту ее прежнюю жизнь.

Капитальная уборка всегда была для Алины привычным способом выхода из стрессовой ситуации.

Вот и сегодня день она начала с того, что достала оставшиеся вещи мужа и разложила их по диванам и кровати.

Вещи напоминали о счастливых моментах совместной жизни, об общей радости от удачных покупок. Необходимо было избавиться от этой одежды, вместе с ней избавиться и от воспоминаний. Сначала она хотела просто вынести и положить охапки сорочек и брюк рядом с помойкой. Вещи были новые, и под покровом ночи кто-нибудь осмелился бы их забрать. В их военном городке бомжей не было. До того, чтобы обычным людям днем, не стесняясь, брать вещи с помойки, еще не наступило время.

Алина решила найти тех, кто мог нуждаться в одежде. Она вспомнила, что на столбе около магазина висит объявление о том, что какая-то организация «Новый путь» принимает вещи в качестве пожертвования.

Алина загрузила две большие сумки, с трудом дотащила их до автобуса. На такси она решила не тратиться. Ехать надо было довольно далеко, на другой конец города. Поездка обошлась бы недешево, а деньги стремительно подходили к концу.

Организация располагалась в бывшем здании заводского клуба. Завод еще кое-как работал, но уже прекратились поставки сырья и были проблемы со сбытом. Чтобы хоть как-то свести концы с концами, администрация начала сдавать в аренду имеющиеся помещения. Одним из таких арендаторов оказалась неведомая организация то ли просветительского, то ли религиозного толка.

Алина с двумя огромными сумками вошла в просторный вестибюль. Ей навстречу сразу бросился молодой человек. Его широкая улыбка должна была убедить Алину в том, что именно ее здесь долго ждали.

– Здравствуйте! Зачем же вы сами несли такие тяжелые сумки? Надо было позвонить нам, мы бы сами приехали и забрали их у Вас прямо из дома. Спасибо Вам за заботу о ближнем! Отдашь добро – получишь втройне! – теплым, проникновенным голосом говорил молодой человек.

Они вошли в небольшую комнату, где стояли сдвинутыми несколько столов. Чуть поодаль к журнальному столику были уютно придвинута пара кресел.

– Вы не спешите? Можете уделить нам 5-10 минут? Я сейчас позову Зою Дмитриевну, она и примет вещи, – сказал молодой человек.

– Нет, я не спешу, – ответила Алина.

– Я Вам пока предложу чашку чаю, – сказал молодой человек и, не дожидаясь ответа, налил горячий напиток в красивую фаянсовую кружку.

Алина отхлебывала чай и впервые за последние недели почувствовала обволакивающий покой.

– Здравствуйте, рада Вас видеть! – с этим возгласом в комнату вошла маленькая худенькая женщина лет на десять старше Алины.

Она села в соседнее кресло, налила себе чай и мягким теплым взглядом посмотрела на Алину.

– Я смотрю, что Вы принесли мужские вещи. Они совсем новые, импортные. Вам не жалко их отдавать? – спросила женщина.

Голос ее был добрым и участливым. Незаметно для себя Алина рассказала этой незнакомой женщине всю историю своего так неудачно закончившегося замужества. Она также не заметила, что в конце рассказа по ее щекам потекли слезы.

Худенькая женщина во время всего рассказа ни разу не перебила Алину, не задала ни одного вопроса, слушала внимательно и участливо.

– Послушайте меня, милая девочка. Всевышний делает все только ради нашего блага. Для нас главное – научиться понимать и видеть: в чем наше истинное благо. Ваш муж завел Вас в духовные дебри. С ним рядом Вам было не выбраться на широкий путь. Всевышний помог Вам избавиться от гнета, теперь Вы свободны, и это счастье! Это трудно осознать сразу. Мы помогаем людям сделать это. У нас сейчас начинается прославление. Оставайтесь, – предложила она.

Алина поняла, что пришла в организацию религиозного толка. Последнее время такие объединения стали появляться чуть ли не каждый месяц.

Женщина проводила Алину в большой зал, в котором находилось уже человек двадцать. Среди них Алина с удивлением увидела Ингу – ту самую кулинарку, которая помогала ей готовить печенье к праздничным мероприятиям в ДК. Инга тоже сразу заметила Алину и устремилась к ней со словами:

– Как хорошо, что ты пришла. Я давно хотела тебя позвать, но не думала, что ты к этому готова. Сейчас сама увидишь, как у нас хорошо. Через десять минут начнется прославление.

– А что это такое – прославление? – спросила Алина только для того, чтобы немного выиграть время и прийти в себя от растерянности.

Она не знала, как себя вести в этих незнакомых обстоятельствах.

– Ты сейчас сама все увидишь и поймешь, – восторженно произнесла Инга.

Народ постепенно прибывал, и скоро зал был заполнен почти полностью. Всего Алина насчитала около 70 человек. Большинство из них были знакомы друг с другом. При встрече они крепко обнимались и дружелюбно переговаривались, широко улыбаясь.

Гомон резко стих, когда на сцену поднялся высокий молодой человек и сразу крикнул:

– Христос любит вас!

Все поднялись с кресел, вытянули руки вверх и хором воскликнули:

– Аллилуйя!

– Это наш пастор, – с почтением сказала Инга на ухо Алине.

– Какой молодой. Ему, наверное, и тридцати нет, – сказала Алина.

– Ему двадцать восемь, но он уже очень опытный проповедник, – ответила Инга и жестом показала, что сейчас разговаривать не стоит, а надо слушать.

Пока проповедник артистично, с выражением читал и комментировал какую-то главу из Евангелия, Алина рассматривала участвующих в службе людей.

В основном это была молодежь до тридцати пяти лет, но были и зрелые люди. Рядом с Алиной сидели три женщины, которым на вид было далеко за семьдесят. Женщины явно уже не впервые бывали здесь и знали, что надо делать в определенный момент. Они синхронно брались за руки, поднимали сцепленные кисти вверх вслед за проповедником, хором кричали: