Иви Марсо – Связанные шрамами (страница 28)

— Это была не нежность, — сказала Брин твердым голосом. — Это была наивность. В этом не было ничего доброго или невинного; меня держали в неведении, говорили, что в королевстве все хорошо, и я верила. Меня не учили думать самостоятельно. Я совершила много ошибок. Но вы с Марсом должны были сказать мне правду.

— Ты права. Теперь я это вижу. Это была наша ошибка. — Элисандра сжала ее плечо.

Брин не знала, что и думать о сложившейся ситуации. Она оплакивала Трея, беспокоилась о Рангаре… а теперь еще и о Валендене. На ее плечах лежало будущее целого королевства. А теперь она узнала, что ее сестра разбойник.

— А это? — сказала Брин, указывая на мужскую одежду сестры. — Я думала, ты сбежала в Дресель и вышла замуж за герцога Драйдена.

— Да, — сказала Элисандра, а затем слегка улыбнулась. — Это Джон.

Брин в недоумении повернулась к пожилому мужчине, который все еще был в маске. Ухмыляясь, он снял ее. Брин познакомилась с герцогом Драйденом, когда была намного младше, но не видела его пять или шесть лет и ни за что бы не узнала сейчас. Когда она знала его раньше, он не хромал.

Герцог обнял Элисандру за талию.

— Дресель — мирное королевство, — пояснил он. — А я — младший герцог. Это не очень важный титул, поэтому у меня там мало обязанностей и нет семьи или родственников, о которых я должен заботиться. В молодые годы мне было скучно, я занимался деятельностью, которую можно считать… не совсем законной.

— Ты имеешь в виду, разбойничество. Даже будучи герцогом, ты был преступником.

Он пожал плечами.

Элисандра объяснила:

— Я сбежала из замка Мир с помощью верных солдат, которые знали, что мы с Марсом не симпатизируем правлению наших родителей. Они привели меня в трактир, куда Джон отправил несколько своих людей, чтобы найти меня.

— Ты имеешь в виду, некоторые из его разбойников.

Элисандра глубоко вздохнула.

— Это был не самый лучший способ узнать, что мой суженый половину времени провел в качестве преступника, правда, но, по крайней мере, этот факт спас мне жизнь. Мне потребовалось время, чтобы свыкнуться с мыслью о браке с беглым преступником, зная, сколько он награбил у других королевских семей.

— Элисандра непредвзятый человек, — сказал Джон, с нежностью глядя на сестру Брин. — И за это я ей очень благодарен. Я не хотел, чтобы она узнала о моей плохой деятельности, но, когда на замок напали, это был единственный способ доставить ее в целости и сохранности в Дресель. Сначала она пыталась убедить меня прекратить грабить путешественников; со временем она убедила меня, что вместо воровства нужно принимать женщин в свои ряды и работать над освобождением жителей Мира. Затем, с моего благословения, она стала главарем.

От всего, что они говорили, у Брин голова шла кругом. Пока она искала потерявшихся овечек и училась магии в Берсладене, она представляла себе, что Элисандра прячется в герцогском особняке, попивая дорогой чай. А ее сестра занималась преступной деятельностью, чтобы помочь своему народу.

— Но формально эти земли все еще принадлежат Берсладену, — заметила Брин. — Что привело вас так далеко на север от Дреселя и Мира?

Элисандра сказала:

— Ты. До нас дошли слухи, что ты бежала из Барендур Холда. Мы искали тебя. — она коснулась волос Брин. — Я не ожидала, что ты покрасишь волосы. Мы долго не могли тебя найти, так как искали блондинку.

— Это была идея Вала, — сказала Брин, рассматривая свои темные локоны. — Я имею в виду, принца Валендена.

— Это другое дело. Мы не знали, союзник он или враг. Хотели сначала расспросить вас обоих, прежде чем раскрывать свою личность.

— Валенден не особо порядочный мужчина, — сказала Брин. — Но он не враг. Я доверила ему свою жизнь.

Элисандра бросила на сестру лукавый взгляд.

— А этот спектакль с молодоженами… неужели это просто показуха? Он красивый мужчина, хотя его репутация пьяницы и развратника дошла до нас даже в Дреселе.

Брин насмешливо хмыкнула. Она вспомнила о своем поцелуе с Валенденом в ночь Сбора Урожая и о том, какой ошибкой это было.

— Вал — всего лишь друг, — настаивала она. — Это брат… — она запнулась, не зная, как закончить. — Я говорю не о Трее.

— Ты говоришь о младшем принце. Рангаре Барендуре. — глаза Элисандра вспыхнули. — Да, я помню, что случилось, когда на тебя напали волки. Он требовал тебя все эти годы. Священные узы.

У Брин не было сил объяснять все, что произошло с тех пор, как она прошла путь от страха перед Рангаром до любви к нему.

Она тихо сказала:

— Сейчас он заперт в темнице, и боюсь, что это моя вина. — она повернулась к герцогу Драйдену. — Могут ли твои разбойники как-то ему помочь?

Герцог Драйден погладил свой подбородок.

— Значит, теперь обе сестры Линдейн просят меня об одолжении?

Элисандра толкнула мужа в бок.

— Джон.

Он смягчился.

— Как далеко отсюда Барендур Холд?

— На лошади? — Брин быстро подсчитала. — Может быть, три дня пути. Пешком в два раза больше.

Герцог Драйден посмотрел в сторону гор.

— Я пошлю несколько человек, чтобы они разведали обстановку и посмотрели, что можно сделать. Это все, что я могу обещать на данный момент.

— Спасибо, Джон, — сказала Элисандра, нежно касаясь его запястья. Брин с удивлением наблюдала за этим проявлением искренней привязанности между ними. Элисандра и герцог Драйден были обручены с тех пор, как Элисандра родилась, а герцогу было пятнадцать лет.

Даже сейчас, когда Элисандре был двадцать один год, а герцогу — тридцать шесть, разница в возрасте казалась значительной. Его волосы поседели на висках, а хромота делала его гораздо старше, чем он был на самом деле. Но при этом он был бесспорно привлекательным мужчиной со смуглой кожей и лукавой улыбкой, контрастирующей с его возрастом.

— Я вас оставлю, — сказал он. — Подозреваю, что вам нужно многое наверстать. Ужин скоро будет готов… я уже чую запах жарящейся куропатки.

Он спустился по лестнице, опираясь на здоровую ногу.

Брин почувствовала в воздухе запах жарящегося мяса, и ее желудок заурчал. Она повернулась к сестре, сцепив пальцы.

— Ты освободишь Вала?

— Да, если ты подтвердишь, что он заслуживает доверия.

— Он может украсть несколько сердец, но не более того.

Элисандр недоверчиво на нее посмотрела.

— Что именно произошло между тобой и тремя братьями Барендур? — она протянула пальцы, отсчитывая. — Ты влюбилась в Рангара, сбежала с Валом, а потом вышла замуж за Трея?

Упоминание о Трее снова расстроило Брин. Она подумала о прощании с Сарадж и задалась вопросом, как поживает сокольничая.

Она вздохнула.

— Это, по сути, итог.

Элисандра изумленно покачала головой.

— А я-то боялась, что ты заперта в какой-нибудь башне, взятая силой диким принцем и вынужденная стирать его одежду.

— Моя жизнь в Барендур Холде была далеко от кошмара. — Брин почувствовала тоску по Холду, по шторму за окном и по шумным волнам. — Уверяю тебя, я не была пленницей. У тебя были свои приключения… — она коснулась руки под рукавом, где была вырезан магический знак поиска. — А у меня свои.

Элисандра изучала ее лицо, словно воспринимая Брин уже не как свою младшую сестру, а как взрослую женщину.

Она обхватила Брин за плечи и сказала уже веселее:

— Пойдем, освободим твоего скандального принца и поедим. В дороге наша жизнь совсем другая, чем дома, в Драйден-Холле, но не менее праздничная.

Спустившись из домика на дереве, они обнаружили, что в лесу разбит лагерь. Несколько мужчин нарезали овощи и жарили куропаток, другие передавали фляги с элем. Одна из женщин-разбойниц начала объяснять Брин, как устроена их лесная деревня, которая использовалась только летом и осенью, когда много листвы, и разбиралась на зиму и весну.

У Брин заурчало в животе, когда кто-то внезапно оказался рядом с ней, передавая кружку эля.

— Я выпью, если ты не против, дорогая женушка.

Валенден выглядел не хуже, чем после короткого заключения, хотя в его волосах запуталось несколько листьев. Он сделал глубокий глоток эля Брин, после чего передал ей пустую кружку.

— Я слышал, это из-за твоей сестры мы попали во все эти неприятности.

Брин посмотрела на опустевшую кружку и закатила глаза.