Ivasi DP – Возвращение слабейшего мечника. Глава 1 (страница 5)
– Щенок, чертов щенок… – вытащив из живота нож, лезвие которого покрыто свежей густоватой кровью, он отбросил его в сторону. – Убью, сука! – Совершенно обезумев, он бросился вперед. Проскочив под ногами здоровяка, я пронзил его спину мечом. Немного пошатываясь, Грогрим Черноус упал без сил. Решив не рисковать, я перерезал горло поверженного противника и сразу стянул искомое ожерелье.
– Фу-ух, – с облегчением выдохнул я, прижавшись ноющей спиной к стене и скатившись к полу. Руки и коленки дрожат. Еще немного и… боюсь я действительно мог здесь умереть. Но главное сейчас, что я выжил, а миссия выполнена. Осталось лишь собрать все самое ценное в этой таверне и вернуться назад в сарай.
7.
Вынырнув из своих покоев, маленькая девочка со сверкающими в ночи рубиновыми глазками и волосами, сливающимися с тьмой, направилась, весело скача по коридорам, к своему старику-учителю. Распахнув двери комнаты, где спит пара дворецких да инструкторов фехтования, Лираэль растолкала сладко спящего мужчину и притащила его на площадку для поединков.
Второе по старшинству чадо семейства Люмвиров уже с ранних лет отличается особой выносливостью, силой и ловкостью, от чего пожилым костям учителя приходится крайне не сладко после каждого спарринга. Совершенно очевидно, что для нее тренировка со стариком – не более чем способ занять время и растратить хоть какую-то часть накопившейся энергии. И как только ей наскучит…
– Мне надоело, – недовольно протянула она, бросив затупленный меч.
– Как вам будет угодно, – учтиво проговорил пожилой мужчина, поклонившись. Вскоре он покинул помещение, оставив заскучавшую юную госпожу одну.
Солнце за окном уже встало, а это значило лишь одно – в течении часа сюда стекутся все отпрыски семьи, которым уже успело исполниться шесть. Элион и Кайран, что бесят Лираэль своим заносчивым поведением больше всего на свете, не исключение, ведь в отличии от нее они обязаны следовать графику, установленному учителями.
В качестве исключения за выдающиеся способности старшему сыну и его младшей сестренке дозволено проводить время так, как им заблагорассудится, но с определенными ограничениями в виде одного обязательного спарринга в неделю. Впрочем, если Каэл активно пользуется свободным временем и не вылазит из библиотеки, младшенькой просто нравится держать оружие в руках, и посему ночами старику-учителю не суждено спать.
– О, ты вовремя! – радостно крикнула Лираэль, стоило ей увидеть прибывшего брата-погодку Алрика – узенького мальчика с растрепанными белыми волосами и голубыми глазами, крепко сжавшего в объятиях тренировочный меч, – что, приметив сестру на площадке, подпрыгнул на месте. – Сбегай мне за водичкой!
– Н-но я… – отступив немного назад и опустив взгляд, казалось, он вот-вот расплачется, но, сглотнув, Алрик развернулся и действительно побежал за водой, вскоре вернувшись с полным кувшином. – Вот…
– Спасибо!
И почти сразу за ним прибыло еще двое братьев – Элион и Кайран. Первый носил белые волосы и был чуть по уже, второй черные и несколько шире. Столкнувшись со старшей сестрой ранним утром, на их лицах проскочили улыбки.
– Неужели, – не по возрасту интеллигентно начал Элион, – брат Каэл все же “почтит” нас своим присутствием сегодня?
– Ага-ага, хочу с ним подраться! – добавил Кайран, потирая кулаки и скаля зубы.
– Мелочь вроде вас не ровня братику, – усевшись на лавку, тут же отрезала Лираэль, добавив, – я просто посмотрю на тренировку.
– Значит, – встав напротив старшей, первый положил ладонь на рукоять меча и рассмеялся, – все-таки струсил? – За что сразу получил кулаком в лицо.
– Думал я позволю оскорблять брата Каэла?
Беловолосый мальчишка, отлетев на пару метров назад, упал на землю, по щекам сразу потекли слезы, а к губам тонкими струйками стекала кровь. Удар был таким сильным, что лицо мгновенно распухло и покраснело. Подоспевшие инструктора фехтования хотели вмешаться, но Лираэль буркнула в их сторону “Прочь!”, – и те с неохотой подчинились.
– Как ты… – замахнувшись своим кулачищем, второй, Кайран, набросился на сестру, но быстро ему в лоб прилетел кончик меча. – А-а-а! – закричал он, схватившись за голову.
– Наш Каэл слишком добрый. – Толкнув второго к лежащему на полу брату, Лираэль занесла над ними меч. – Сегодня я научу вас уважению. – И тупое лезвие столкнулось с мальчиками, что уже захлебывались слезами, но сестра не остановилась. Удар за ударом, синяк за синяком, ссадина за ссадиной. Лираэль колотила братьев до тех пор, пока те не пали на колени и не стали вымаливать прощение за сказанное ранее. Лишь тогда она улыбнулась и, довольная собой, отпила воды из кувшина, а позже, как ни в чем ни бывало, покинула площадку.
Учителя быстро подоспели на помощь побитым мальчишкам, а Алрик, забившись в углу, благодарил бога за то, что на их месте оказался не он, впрочем, Лираэль все это уже не волновало. Прискакав к библиотеке, случайно позабыв о данном вчера обещании, она распахнула двери, но внутри никого не нашла. Лишь поднос с нетронутым чаем, что обычно приносят слуги к вечеру для Каэла.
Не сразу, но в любом случае довольно быстро девочка раскусила план своего брата. Если библиотека и его покои пусты, значит он наверняка сбежал. Других вариантов просто нет, ведь его, как думала сестра, не интересует ничего кроме книг и теплой постели. Однако Лираэль не хотелось подставлять Каэла, более того, в голову ей пришла одна идея.
– Тетенька, тетенька, – обратилась девочка к пожилой служанке, – братец Каэл попросил принести ему завтрак и свежего чаю. Могу я попросить вас положиться на меня?
– Конечно, дорогая!
Прежде юная госпожа множество раз просила доверить ей это дело, посему это не вызвало подозрений. Скоро библиотека заполнилась ароматом изысканного чая. Девочка, устроившаяся на месте брата за столом, с непосредственным детским любопытством рассматривала начерченные им чертежи, абсолютно ничего в них не понимая.
8.
Трактирщик, коему принадлежит таверна “Шут и пёс”, был поражен моему появлению, однако он не испугался и не проявил враждебности, напротив, оказался бесконечно признателен оказанной услуге: его и принадлежащее ему заведение буквально держали в заложниках, а в подвальных помещениях он познакомил меня с женой и новорожденной дочерью. В обмен на непреднамеренную помощь мужичек отдал мне практически все имеющееся золото и показал места, где банда хранила ценности, но главное – обещал не сообщать обо мне страже.
С мальчиком-зверолюдом мы уже перенесли добытое в сарай и по концу операции, к полудню следующего дня, мы имеем чуть меньше тысячи золотых монет (не исключительно лишь наличными, но и в виде драгоценностей и разной мелочевки), а также несколько примечательных вещей: кинжал из хорошего и прочного материала, рукоять и лезвие которого чуть закруглены, фолиант “укрепление тела” для мага и еще пара интересных книг по механике.
Все эти вещи банда не успела или не смогла сбыть в виду специфики использования или цены. Нож стоит хороших денег и уровень мастерства кузнеца его изготовившего наверняка равен пяти или даже выше, ну а книги в красных районах – товар весьма специфический и ценится единицами.
– Это ваше. – Сложив в сумку всю литературу, кинжал и артефакт-ожерелье, а также прицепив к поясу кошель с сотней золотых, остальное я отдаю сироткам. В поместье мечей мне золото ни к чему, и потому нет нужды оставлять себе то, что не успею потратить к прибытию эспады.
– Т-так много?! – воскликнула разом пара мальчишек. Их глаза горели, они засуетились и быстро повеселели.
– Но ведь вы заработали эти деньги. Как мы можем взять столько?.. – лишь мальчик-зверолюд был несколько даже опечален моей щедростью. Для его расы неприемлемым считается столь несправедливое распределение долей после битвы.
– Моя часть в сумке, большего мне не нужно. Но и отпустить вас на улицу с карманами, полными золота, я тоже не могу. – Услышав мои слова, некоторые из ребят напряглись. – В городе, на главных улицах, есть детские приюты, попасть в которые можно только заплатив определенную сумму. Я сопровожу вас всех туда, там вы обучитесь грамоте и в будущем встанете на ноги. Все согласны?
Все без раздумий закивали и прогнивший сарай, что прежде полный отчаяния и всепоглощающей безысходности, впервые наполнился радостью и улыбками проживающих внутри детей. Со стороны может показаться, что я действительно занимаюсь благотворительностью, однако эта сумма – пустяк, за который в будущем мне не купить и одной пятой от тех артефактов, что меня интересуют. На черных рынках полезные вещи и рабы стоят от пяти, порой и десяти платиновых монет, а одна такая равняется как раз тысяче золотых.
И раз вспомнили о рынке…
–
Да, я решил забрать ее себе. Эльфы слишком редкий и дорогой товар, особенно в столь юном возрасте. Из приюта ее в лучшем случае выкрадут, а в худшем продадут настоятели же приюта. Кроме того, мне нужны верные слуги.
–