Иванов Дмитрий – Обгоняя время (страница 10)

У моей соседки в номере играет музыка. «Шери, шери леди», – надрываются энергичные парни из группы «Modern Talking». Магнитофон норвежка, наверное, слушает. Внезапно дверь резко открывается и в проеме появляется пьяная Хелен!

– Май френд! – лезет она с обнимашками ко мне. – А мы договор подписали, завтра домой! Заходи в гости!

– Руссо туристо! Облико морале, – отказываюсь я от приглашения, немало озадачив этой непонятной фразой девушку.

Вот была бы красавица не из Норвегии…

Шум и музыка за стенкой продолжались ровно до десяти вечера, а потом резко прекратились. То ли коридорная попросила закончить веселье, то ли норвежская модель утомилась и легла спать.

Утром я полон сил. Сделал зарядку и собрал свои вещи. Касса «Аэрофлота» работает только с девяти, но, возвращаясь с завтрака, замечаю приоткрытую дверь конторы.

– Гутен морген, – захожу я в помещение.

– Что ты мне голову морочишь? Ишь, иностранцем прикинулся! – недовольно фыркнула работница кассы – женщина со сложной судьбой и сложной прической на голове, похожей на птичье гнездо.

Про сложную судьбу я не для красного словца упомянул – кассирша минут пять жаловалась кому-то по телефону о том, что её бросил муж, не обращая никакого внимания на «иностранного» меня. Я терпеливо ждал, понимая, что дело у меня маленькое и неважное по сравнению с глобальными житейскими проблемами тетки, но, в конце концов, не выдержал и обратился на великом могучем к балаболке:

– Можно один вопрос, и я уйду?

– Рано! Касса закрыта! Ну, хотя… Чего тебе? – неприветливо спросила брошенка, не прерывая телефонного разговора.

– В Сочи один билет на сегодня! – уверенно заявил я, положив на стол четвертак.

– Убери, билет дороже стоит. Думаешь, твоей двадцатипятки хватит?

– Какой двадцатипятки? Не вижу! – сделал удивленную физиономию я. – Деньги у меня есть. Будет билет, куплю!

– Лиз, подожди, перезвоню! – сменила тональность беседы тётка, а двадцать пять рублей волшебно исчезли в ящике стола.

– Я и бронь снять могу, – торопливо сообщаю я.

– Есть один деловой… На 12.05 успеешь? Шереметьево.

– Что есть? – не понял я.

– С этого года «Аэрофлот» ввёл деловой класс для билетов: багаж до 30 кг, меню другое, отдельный зал, расстояние между рядами больше, – любезно пояснила кассирша.

Понятно! Это не первый класс, а некий суррогат. Да мне всё равно! Покупаю билет и быром иду сдавать номер. Да, номер надо сдать самолично, таковы правила! Понятно, что меня не накажут, но зачем нарушать инструкции? Потом ещё выяснится, что пропали два ценных полотенца, или что простыня в крови была! Спускаюсь вниз к вызванному с номера такси. В руках чемодан и сумка.

– А вот он, Штыба! – слышу торжествующий голос администраторши покидаемого мною заведения. – Он выезжать собрался… Притом, срочно.

У стойки стоит милиционер – целый майор! И смотрит он на меня с нехорошим прищуром.

Глава 9

И чего надо от Штыбы? Такси может и уехать, вызывай потом другое…

– Слушаю вас, только быстрее, меня машина ждёт, – я протянул майору паспорт, а заодно и удостоверение крайкома.

– Машину можно и отпустить, – рассеянно пробормотал мент себе под нос, рассматривая фото в паспорте. По другой книжечке он лишь мазнул взглядом, – Всё верно! Штыба, Анатолий. Вам надо проехать с нами!

– Никак невозможно, у меня самолёт из Шереметьева в Сочи скоро улетает. Зачем я вам?

– Вы, Анатолий, ерунду не говорите. Сдадите билет, если нужно будет, а пока вынужден потребовать вас проехать со мной – укоризненно качнув головой, твердо произнес дядя.

– Вынужден вам отказать! – отрезал я, не менее решительно.

– Оказываешь сопротивление органам власти? – удивился такому отпору майор. – Я ведь могу и силу применить!

– А я могу и прокурору жалобу написать! Или вашему министру позвонить, благо телефон помощника у меня имеется. Ордер на арест у вас есть? Нет? Тогда отвали, дядя, с дороги!

И я буром попер на выход. Но майор ловко ухватил меня за ручку сумки.

– Товарищи, прошу засвидетельствовать: я подвергся физическому насилию со стороны представителя милиции… Как вас? Ах, вы же не представились! Так, может, ты ряженый? Уважаемая, ноль два наберите! – крикнул я теткам у стойки.

– Ты что творишь? Тут иностранцы кругом! Какой ордер? Мы тебя как свидетеля вызываем! – зашипел мент.

– Где иностранцы? – кивнул я на пустой холл. И действительно, в помещении народу было немного: пара узбеков и один грузин, которые явно на иностранцев не тянут пока. – Свидетелем? По повестке вызывайте, и я приду. Или не приду… Ну, тогда уж действуй, майор, по инструкции, если погоны потерять не хочешь – я насчёт министра не шутил.

Тетки у стойки следили за сим представлением со скрытым восторгом. Как же, будет о чем посплетничать! Впрочем, поддерживать кого-либо они не спешили. С одной стороны – бронь от крайкома, по которой я заселился в номер, а с другой – представитель власти, офицер при погонах, который и выглядит посолиднее и ведет себя уверенно. Но я тоже стараюсь лица не терять: специально на «ты» перешёл – раз уж козыряю связями, глупо лебезить, неправдоподобно будет.

– Так… ты меня тут не пугай! Поехали со мной, допрошу тебя по поводу дела Лыткина… Ну, это тот, которого в электричке… И лети куда хочешь, чёрт с тобой, – растерявшись от такого поворота событий уже миролюбивее продолжил майор и достал удостоверение: – На смотри.

– Пончик? Сергей Станиславович? Ну? Целый майор, а законов не знаешь. Это так вот меня наградить хотят за помощь органам? Срывом подготовки к международным соревнованиям в составе сборной СССР? С меня уже показания сняли, ничего нового не скажу…, но повесткой можете ещё раз вызвать по закону, – я сделал ударение на слово «закон» и, не оглядываясь, поспешил к выходу.

– Анатолий, вас так же зовут? – услышал я голос, уже усаживаясь к усатому водиле в «Волгу» с шашечками. – Возьмите меня до Шереметьева?

А это кто ещё? За мной торопливо ползла растрепанная молодая ещё женщина с двумя чемоданами в руках. Следом за ней семенил мальчуган лет шести, цепляясь за рукав маминой шубы.

– А вы как узнали, куда я направляюсь? – удивился я, не спеша соглашаться.

– Ой, да слышала в холле гостиницы, как вы упомянули про Сочи. Мы тоже туда летим. До самолёта три часа, боюсь не успеть. Можно багажник открыть? – крикнула тетка усачу, уверенная, что я не откажу.

– Откройте, – кивнул я и заодно закинул свои сумки в багажник.

По дороге в аэропорт разглядываю носатую попутчицу. Оксана, вот так вот без отчества, почти кокетливо представилась женщина. Сообщить имя сына она не сочла нужным.

– Отдыхать летите? – спросил я, заранее зная, что неправ.

У женщины чемоданы все оклеены иностранными этикетками, а значит, из-за границы только что прибыла. Но сразу про такое кто спрашивает?

– Что? Нет, я живу в Сочи, в санатории работаю, – пояснила женщина.

– Директором! – гордо добавил сынок.

Оно и видно, что не из бедных и простых тружеников. У дамы, кроме норковой шубки и шапки, золотой гарнитур в ушах и на шее болтается, тяжелый, по виду. Сама женщина с уверенным взглядом и смотрит по-хозяйски, у такой и мысли, наверное, не было, что ей могут отказать. Директор же! Высокая грудь соблазнительно выглядывала из-под распахнутой шубки, но вот само лицо… что-то в нём отталкивающее есть, не слишком приятное.

– За границей были. А ты правда с министром МВД знаком? – спросила любопытная непрошенная попутчица.

– Виделись разок, – признал я со вздохом, покосившись на наколки водилы.

Может и сиделец он бывший, я небольшой спец по партакам. Но шоферу всё до лампочки: довез нас быстро и профессионально.

В аэропорту пришлось помогать с багажом новой знакомой. Ну а как иначе? На рейс мы всё-таки успели, и поскольку регистрировались вместе, то и в самолёте оказались рядом. Оказывается, у этой парочки тоже деловой класс билетов! Естественно, пацана безымянного пока усадили к окну, а я расположился с краю. Тут и места больше, и вставать удобнее. Да и кормить обещали, несмотря на то что лететь всего-то четыре часа. Ещё в аэропорту я успел позвонить Власову и рассказать ему про недавний инцидент в гостинице, ну и заодно про свой невольный подвиг в электричке пришлось упомянуть.

– Умеешь ты, Толя, отличиться. Узнаю я про твоего Пончика, уверен, стыдно ему скоро станет. Но если нужно будет содействие милиции оказать, ты уж не кочевряжься, а расскажи ещё раз, как там дело было, – напутствовал меня Власов.

– Так вот, если смотреть со стороны моря… ну, стоя спиной к нему, твой дачный поселок будет влево и в горку. Вообще не знала, что там дачный поселок есть. Жаль, до моего санатория тебе далеко, но если соберешься, звони, телефончик тебе оставлю, – благополучно успев на рейс и чувствуя окончание своего длительного путешествия, Оксана заметно подобрела и уже не пшикала недовольно на своего сына и не корчила из себя важную даму, а стала обычной теткой лет тридцати.

– А далеко до моря-то?

– Кому как, минут тридцать-сорок ходьбы, – равнодушно ответила женщина.

Я уже все, что хотел, выяснил. Еду в Сочи зря, этот дачный поселок «Труд» – дыра какая-то. Развлечения только в городе, а до него добраться ещё надо – такси не вызовешь же. Ну и в море покупаться не получится, правда в Оксанином санатории бассейн имеется, и у меня туда доступ уже есть. Но скукота же будет! Чё поперся? У меня выборы на носу, надо заниматься подготовкой к ним, а я на море собрался… Зимой притом. Нет, там тепло сейчас, градусов десять, и что-то даже цветёт, как поведала мне разговорчивая директриса. Но что делать одному в частном домике? Ну, разок шашлык пожарю, рыбу на рынке куплю и приготовлю, в парк съезжу, на теплоходе покатаюсь… Ладно, положим, неделю найду, чем себя занять. Да и всяко там сейчас лучше, чем в Красноярске, где минус двадцать, а то и меньше.