Иванов Дмитрий – Империя Хоста 5 (страница 3)

– Я не помню. Как сбежали из замка за горой, так тут и живём, папу убили пираты, а нас нет, – вздохнула малышка, намочив тряпку водой из кувшина, чтобы вытереть матери лоб.

Тут больная зашлась кашлем, выплёвывая слизь. Я силой повернул её на бок, чтобы не задохнулась, и начал убирать жар. Это сложнее, ведь высокая температура – вещь полезная, она помогает бороться организму с инфекцией и бактериями. Тут важно не навредить.

– Кто вы? Воды! – слабо попросила Мейба, сразу как пришла в себя.

– Моя мамочка, это я мага привела, он тебя лечит! – метнулась к ней дочка, сверкнув белым тельцем в разорванном старом платье, подавая воду.

– Я вижу, вы граф, а я Мейба, бывшая наложница барона Модеста из империи Аками. Моя дочь – его наследница. Барон убит уже больше года назад, при захвате нашего судна пиратами. Нас привезли в замок для выкупа.

– А чего вы у меня в лесу сидите, если твоя дочь наследница? – заинтересовался я. – Выберитесь к морю, вы, я думаю, знаете, что оно недалеко, и сообразите, как добраться до своего баронства.

– Я простолюдинка, хоть и рождена от аристократа, но он не признал меня. До моря добраться не так просто, да и что мне предложить, кроме потасканной себя. Недалеко за горами те, кто нас захватил – местный барон Готриб, да вы, я уверена, и так это знаете. А в Аками мою дочку не ждут с объятиями и вообще могут убить – на баронство желающие точно есть. Однако, по нашим законам, когда дочка достигнет пятого ранга в магии, то император Аками третий выделит опекуна до её замужества. Вот и сидим, тут в лесу, у дочки уже третий ранг, – пояснила женщина вставая. – Простите, мне бы выйти по надобности.

– Убил я давно этого Готриба, и других тоже, и баронство их в моём графстве уже.

– Кыш, а ты могучий колдун! Не зря я тебя наняла! – сказала малышка, видя, что маме лучше. – Коз, мама, придётся отдать графу, иначе он не соглашался лечить!

– А вы хозяйственный, – усмехнулась женщина, думаю, поняв всё.

– Три козы – это не баран пёрнул, – пробурчал я. – Кто бы отказался? Вы бы отказались? – Спросил я у своих спутников, выходя из землянки на свет.

– Чихнул, Гад Кныш! Чихнул! – поправила меня Лубери.

– Гарод Кныш! Запомни. И собирайся, поедем ко мне в замок, – строго сказал я.

Никуда мы, разумеется, не поехали, слишком ещё слаба была Мейба. Я расспросил, как им удалось бежать и откуда живность. Как и ожидалось, подкупила собой тюремщика, он их на тропу и вывел, причем не на ту, по которой мы ехали, а на другую. Навещал поначалу, а потом пропал. Ясно, это мы его грохнули при захвате замка.

У нас с собой имелась палатка. Приготовили ужин и, распределив часы дежурства, легли спать. Проснулись рано. За ночь женщина совсем выздоровела и облачилась в приличное красивое платье. Прям, такая симпатичная мамочка получилась! И не скажешь, что простолюдинка. Верхом Мейба ездит хорошо, дочку посадит перед собой, вещей у них немного. Труднее всего с честно заработанными козами. Привязали их за заводной лошадью, но козы упирались и отказывались идти! Пришлось Бурхесу ехать сзади и «подбадривать» животин магией. Вернее, сначала идти по лесу, а уж потом ехать. К полудню достигли, наконец, моей деревни, где старостой был Клык. Но не стали заезжать туда, и вскоре добрались до замка.

Нас встречал Ригард при полном параде. Интересно, кто ему сообщил, что мы на подходе? Ворота замка открыты настежь. Вот я и дома!

– А где мои жены? – спешившись, обнимаюсь с сотником я.

– Они очень заняты и встретить тебя не могут! – удивил меня Ригард.

Глава 3

– Вы тут совсем одичали? Что значит заняты? – хмурюсь я.

– Мила рожает! – поясняет мой подчинённый.

– Родила! – навстречу ко мне из замка выбегает Ольча и виснет у меня на шее!

– Как Мила? – целую жену я.

Выглядит Ольча не как графиня, а как королева. Роды не испортили её фигуру, а я и забыл какая она красивая. Хотя у меня все три жены красавицы. Но Ольча – это вынос башки!

– Все мы родили, у тебя три сына! А Мила только что. Пьон как сообщила, что ты вот-вот приедешь, так у Милки схватки и начались, но разродилась только сейчас, – пояснила моя первая жена Ольча.

Вторая жена вышла через пару минут, когда я уже давал команду пристроить своих животных и неожиданных гостий из соседней империи.

– Пьон, ты такая важная стала! И округлилась так! – воскликнул я, обнимая и её.

Действительно, худенький цыплёнок исчез, и передо мной приятная в своих округлостях молодая девушка.

– Гарод!!! Как хорошо, что ты приехал! Я так рада! Я так соскучилась! Ничего одна не успеваю, столько дел! Хоть поможешь! И Милочка тебе подарок к приезду сделала! – ткнулась своими выпуклостями в меня малышка, обнимая.

– Ага, теперь мы в два раза больше сена для коровы заготовить сможем! – пошутил я в окружении уже двойной красоты.

– А это кто с тобой? – увидела новые лица Пьон.

– Козы. По дороге подработал лекарем, вот три козы, как с куста, – пошутил я.

– Я вижу нетрёх коз, а пятерых. Ты кого привез? – не приняла шутки моя вторая жена.

– Знакомься. Это бывшие пленницы Готрибов из империи Аками. Возможная наследница тамошнего барона маг третьего ранга Лубери и её мама, – попытался сгладить неласковый приём со стороны жены я.

«Ревнует, не иначе», – решил я про себя. Ведь мамаша Лубери выглядит на все сто, хоть картину пиши маслом – сочная, уверенная в себе, с горделивой осанкой! А как она грациозно спрыгнула с лошади!

– Так, животных под нож, этих двух пока в деревню к Клыку, – командует деловая Пьон.

Бью её по попке. Смачно так!

– Отставить! Козы пусть пока где-нибудь пасутся. Ты ответственный, – ткнул я в какого-то незнакомого мне слугу. Маму и дочку поселить в замке! – зычно отдаю команды я.

– Гарод! – изумлённо подпрыгнула от удара Пьон. – Зачем нам эти замарашки в замке, у нас и комнат свободных нет. И уж можно я сама решу, что мне по хозяйству делать!

– Пусть в моей комнате пока живут, – благодушно шлепаю по заднице Пьон ещё раз. – А каким тебе хозяйством заняться нужно, я скажу позже, когда ванну принимать буду!

А хороша она! Попка как орех!

Ригард и остальные гвардейцы и наёмники ржут, явно понимая подтекст моей тонкой изысканной шутки.

– Гарод, прекрати меня позорить! Ты был раньше такой галантный, что с тобой столица сделала? – возмущается Пьон.

– Да, Гарод! Тебя не узнать! Ты изменился, был раньше стеснительным, – поддакнула стоявшая до этого молча Ольча.

– М-м-м …, – только и сказал я, не припоминая, когда это я был галантным или стеснительным?

– Прошу в мой замок, лучшие покои вам отдаю, сам буду мыкаться по спальням своих жён, – приглашаю я найдёнышей в замок.

– Госпожа, а козы? – проблеял тот слуга, которому я поручил заботу о животных.

– Не понял?! – резко развернулся я. – Тебе слово графа не указ? Ждёшь ещё чьего-то одобрения! Ты кто?

Злость нахлынула на меня, он совсем сдурел – при живом хозяине этих земель что-то ещё уточнять?

– Я старший псарь, Багро …, – начал мужичок.

– Уволен! Час времени на сборы. Ригард, проследи, чтобы через час его тут не было. Если будет или попытается вернуться, отруби голову, – сурово говорю я. – Если хоть слово скажет хоть кому, тоже убей.

– Гарод! Это ценный специалист, я его с таким … – на пороге дверей ждёт меня обнаглевшая, как видно, жена.

– Рот закрой и не перечь господину! Марш к себе в комнату и жди меня, – прерываю я.

Захожу в замок предельно злой, за мной телепаются молчаливые мама с дочкой.

– Гарод, может, посмотришь сына? – ласково спрашивает Ольча.

Пьон с каменным лицом идёт в свои покои. Выпороть мерзавку! Ишь, надумала мне при людях перечить. Да и без них нельзя, а уж при слугах и наёмниках – вообще зашквар. Я ещё разберусь, кто доложил о моём приезде.

В детской, где уже были все моих три сына, я оттаял, хотя собственно умиляться было нечему. Краснокожие малыши пока никаких чувств во мне не вызвали, а вот Мила, которая полулежала со счастливым лицом, меня порадовала.

– Я самая счастливая жена в мире, – шепнула она.

Ольча показывает своего Виктора, потом новорожденного Доранда, а как назвать Милкиного сына я пока не решил. Слушаю щебетанье жен и оттаиваю внутри. К Пьон я зашёл через час, она видно плакала, но встретила меня поклоном.

– Что это за бунт? Как посмела оспаривать мои решения?

– Пока тебя не было, я привыкла к тому, что за всё отвечаю. Было трудно, я неделями рыдала, но делала всё, чтобы ты был доволен, доходы наши растут, я думала, ты оценишь, – начала монотонный рассказ жена.

– Я недоволен тобой. Я граф, хозяин на своих землях, и ваш хозяин тоже. Так устроен этот мир. А деньги при чём тут? Будут у нас они. Или заработаем. Кстати, как вы узнали о моём прибытии?

– Аньен сообщила, – сказала жена. – Хотя я командиру наёмников приказывала тоже сообщить. Вот наняла на свою голову. Да и повозка с твоими подарками ночью приехала.

Ах да, коменданту я запретил, а вот про управляющую замком не подумал. Да и то, что повозка за ночь доедет, тоже не учёл.

– Я его нанял, а не ты! Я приказал не сообщать. Он подчиняется в первую очередь мне, а значит что? Невыполнение прямого приказа нанимателя – это бунт. Хороший отряд наняла, тут ты молодец.