Иванов Дмитрий – Империя Хоста 2 – Граф (страница 2)

     Бью Ху Тао молнией. Содрогаясь, тот падает. Да! Я всё-таки смог отключить свои рефлексы рукопашника и сработал магией. Тут же подлетает и моя охрана, и графская. Мечи наставлены на Кашрега и лежавшего в отключке Ху Тао.

– Гарод, что случилось? – вразнобой загалдели вокруг меня все разом.

– Он не понял, что я тут главный изначально, а ты ему это не объяснил, – указал я на Кашрега. – Деньги ещё просил за беспокойство, ко мне подошел вплотную, а я не люблю этого. Сильно не люблю.

– Я говорил, что ты заказчик, но про девочку твою ничего и сам не знал. А деньги – да, пообещал. Заплачу из своего кармана.

– А что не так с девочкой? – с угрозой спросил подошедший Доранд Де Ро.

– Ну, зачем он позвал её? – недоумевает Кашрег.

– Просил позвать тех, кто всё планировать будет. У нас за планирование военных операций Пьон отвечает, – объяснил я.

– Она? А что она умеет? – удивился старик.

– Эта девушка за последние два года три похода провела сама, всё спланировала – снабжение, союзы, армию готовила, – с гордостью произнес её папа.

– Уникум. Понятно. Я приношу свои извинения за дерзость и прошу не убивать моего спутника, я сам с ним разберусь.

Ху Тао начал оживать.

– А что это было? – удивленно спросил он, привставая с земли.

– На мага не надо орать и уж тем более требовать деньги с него, – зашипел на него Кашрег. – Я обещал, я и заплатил бы.

– Да он издевался надо мною, я попросил привести старших, а он девчонку привёл. Нет, девочка-то хорошая. И с мечом даже можно принять за мальчика…

– Ах ты, сука! – Пьон ударила ногой лежавшего и выхватила нож.

– Я тебе глазки выну сейчас! – кровожадно пообещала она, удивив меня до глубины души. – Мальчика он во мне увидел!

– Да я в хорошем смысле! Не в том, что фигурой похожа на мальчика, а что воинственная такая.

– То-то же! Я что, на мальчика похожа? – спросила Пьон, глядя на меня, но вроде как у всех, не убирая при этом кинжал.

– Да он идиот. Болтает чушь. Ты очень женственна! – поддержал я.

– Да, да! – раздались голоса и остальных. – Слепой идиот просто!

– Будь у меня такие ноги, как у тебя, я бы могла и герцога себе найти, – простодушно призналась Мила, разглядывая и вправду красивые ноги Пьон.

– Не нужен мне никто. Я Гарода люблю. Ой! – покраснела Пьон и спряталась за спину папы.

– Я тебя тоже обожаю! – быстро среагировал я.

      Любви я не помнил со школьных времен, но девочки мои мне нравились. И разнообразием в том числе.

Скандал быстро угас и мы, перекусив и рассевшись по местам в каретах и дилижансах, отправились в путь.

– Да уж, подвёл деда. Папа столько для него сделал, – возмущалась моя будущая жена добровольной отставкой Кашрега.

– Гарод, а как мы спать будем на ходу? – спросила Мила. – В дилижансах оборудованы спальные места, а тут только диванчики.

– Диванчики можно разложить, но о каких “мы” говоришь? Ты идешь к себе в дилижанс, а мы с мужем тут! – Ольча голосом подчеркнула слово «муж».

– Ну, Ольча! Ты обещала!

– Я когда обещала? Когда дома будем, можно и втроем спать. А тут тесно!

– Что ты там обещала? – удивился я. – А меня спросили?

       Нет, не то чтобы я сильно против был, но подписываться работать в постели за двоих, тоже не хочу. Оно мне надо? Я на Земле с этим экспериментировал и скажу уверенно – женщина переносит любовь двух мужчин сразу проще, чем мужчина любовь двух женщин. Пока было восемнадцать лет, это было нетрудно. А потом уже и не хотелось больше одной женщины за раз. Но Гароду только шестнадцать, и сил у него вагон, вот только энтузиазма в голове нет.

– Ладно. Если будете хорошо вести, то подумаю, а пока иди спать к себе. Тут очень тесно.

Я дал команду остановки и пересадил Милу назад на своё место. «А как тихо сразу стало», – думал я, засыпая.

– Гарод! Гарод! Ты чего спишь? А «это»?

Проворные руки Ольчи ползали по моему уставшему телу. Но молодость взяла свое. Пришлось вешать полог тишины. Утром я вешал полог заново, но всё хорошее заканчивается, закончилась и чудная близость с Ольчей. Она все больше входила во вкус и не стеснялась учиться.

– Барон, к тебе маг прибыл. Ну, ты помнишь, я говорил про него – Ден Мейкил.

– Да-да припоминаю. Тринадцатый ранг у него. Ну что ж, давай побеседуем.

К нам подошёл ещё крепкий старик, хотя я думал, он моложе будет. Ден Мейкил сел и одобрительно осмотрел меня с ног до головы.

– Как и рассказывали, выглядишь достаточно безбашенно, чтобы дело выгорело.

– Нормально у меня с головой! – оскорбился я.

– Ну, тут я поспорю. Сразу довод против – ты не знаешь, ни с кем придется воевать, ни планы замков и их расположение, ни силу армии братьев и её состав, ни есть ли у них маги или артефакты. Как ты воевать думал? Пока все твои планы – это твои хотелки.

– Я решил, что возьму по максимуму, кого смогу. На полную выложусь. Да, возможно лишнее потрачу, возможно не смогу выполнить задуманное или выполню частично, но время терять нельзя. С появлением у братьев денег, сила их армии возрастёт. Надо бить сейчас.

– А ты взрослее своих лет, рассуждаешь здраво. Всё логично, но необходимость разведки и резерва это не отменяет.

– Я понимаю и надеюсь на вашу поддержку. Предложенные условия меня устраивают.

– В таком случае я в деле. Малышка Пьон с нами?

– Да, она тут заводила, – усмехнулся я.

Ден Мейкил ещё отнял немного времени у нас и остался отдыхать в гостинице. Ведь он скакал за нами всю ночь.

Долгий день в дороге, и на ночь опять выгоняю Милу. Но этой ночью выспаться не удалось – нарвались на неприятности. Сначала за оговоренную плату нас не хотели пропускать через таможню. Пьон затеяла скандал по этому поводу и разбудила половину каравана. Из-за одного золотого! Спать бы, да спать.

– Да я за целый золотой воробья в поле загоняю! – раздавались её крики.

Я в душе поматерился, но, как оказалось, девушка своими воплями сильно выручила нас. Пока мы теряли время на разборках, неожиданно начался сильный дождь. В результате прямо перед нашим караваном молния ударила в деревянный мост, от чего тот с треском сложился. Буквально минута задержки спасла нас, ведь мы почти заехали на него. Но это было ещё не все. Кроме моста, обвалилась и часть скалы с таможней и оппонентами Пьон по спору.

– И что делать? – укрываясь от ливня почему-то у меня в карете, растерянно спросила Пьон.

Да, что делать? Темно, ливень заливает дорогу, таможенники тоже не помогут. Если и жив кто из них, то, как и мы, мокнет под дождем. Строений вокруг никаких нет. Навесы дилижансов начинают намокать и провисать под тяжестью воды. Карета в этом плане гораздо крепче, и потоп нам с крыши не грозит. Река, чую, скоро выйдет из берегов и превратиться из тихого красивого малыша в огромного ревущего монстра. До ближайшего города, а вернее, до конной станции, часа два пути. Это по тракту. Слава богу, тут как раз тракт. Широкий, выложенный камнями, а, возможно, и зачарованный путь. Всё это пролетело в голове за секунду, и решение созрело быстро, а помог в этом вопль жены.

– Гарод! Мы все умрём, да?

– Несомненно! Никто не живет вечно. Но не сегодня.

Я выскочил из кареты прямо под дождь и запустил светляка над караваном. У каждого дилижанса были магические фонари, но сейчас нужно было больше света. Огляделся. Ситуация хреновая. Поскольку мы ехали в скалах, даже не скалах, а небольших горах, то воде некуда было деться, кроме как течь вниз. И сейчас она грозила отрезать нам путь назад.

– Разворачивай караван! – ору бегущему навстречу Ригарду и одному из четверки нанятых охранников.

Охранник резво помчался к началу колонны, а я даю указания Ригарду:

– Подходи к каждой повозке и отдавай команду на разворот. Если дилижанс будет застревать, пусть все выходят и идут пешком, ну, или толкают его. Откажется кто – бей в рыло! Ну, графа не трогай только.

– А далеко ехать?

– Ориентир – вон тот небольшой пригорок, там остановка. Выполнять!

Рявкаю на него и, подбегая к своему кучеру, словами, знаками, подзатыльником и русским матом помогаю развернуть нашу карету. Караван под ливнем медленно начинает разворот.

– Бурхес, – кричу я, вытаскивая старика из его дилижанса и успевая заметить голую ученицу, испуганно смотрящую на буйство стихии из окна.

– Ох, ну и ливень, – бормочет он, и под струями дождя выглядит особенно жалко.

– Бегом вон на тот пригорок и запускай светляки там, чтобы светло было, как у императора на балу.