Иванов Дмитрий – Девяностые приближаются (страница 11)

– Ты что, ты его убить хотел? – в запале крикнул тренер Олега.

– Самвел, мозг не выноси, то дай им закончить, то полотенце на канаты, – справедливо заметил рефери.

– Ты как, бро? – подошёл я к сопернику, отходящему от боя.

– Хууу…, – начал отвечать он.

– Вот и славненько, – и с ринга я вышел довольный и победой и тем, что никого не убил.

– Слышь, как фамилия? – крикнул вслед соперник.

– Штыба, – удивлённо отвечаю я, повернувшись.

– Надо будет записать, чтобы если что, в другую категорию нырнуть, – пробормотал соперник.

– Ты знаешь кого побил? – шепнул донельзя возбуждённый Бейбут.

– Откуда, я его в первый раз вижу, – отозвался я, вытираясь полотенцем.

– Член сборной команды Российского совета ДСО «Трудовые резервы», чемпион этого общества, и завоевал бронзовую медаль на первенстве Вооружённых Сил СССР, – удивил меня друг.

Иду назад и размышляю, что дай мне выбор, может и сменял бы я поездку в Венгрию на место в сборной. Чё я там не видел за границей? А вот шанс на высокие достижения у меня есть. С другой стороны и выхватил я сегодня неплохо. Опыта нет боёв против такого уровня соперников.

До отъезда домой ничего особого не случилось. Я ожидаемо получил отличные оценки по всем предметам, кроме химии, там четверка, хотя за контрольную работу была пятёрка. Отлёт у меня в субботу двадцать девятого, с утра. Бейбут никуда не едет, и открыто радуется тому, что вся комната будет в его распоряжении, чуть ли не часы считает до моего отъезда. Упросил магнитолу ему оставить. А я что, мне не жалко. В пятницу ездил за подарками своим. Купил экзотического варенья из жимолости и кедровых шишек, и кедровых орехов мешочек неплохой, удалось взять вяленой оленины и тайменя малосолёного. Ничего с ним за сутки не случится. Нагрузился прилично, куда ещё магнитолу? Уже перед самым отъездом, рано утром, когда внизу ждало такси, меня неожиданно на выходе догнала заспанная Ленка. Одета она была в халатик, который больше подчеркивал, чем скрывал её точеную фигурку,обтянутую импортным шелком.

– Штыба, а ты куда? А поцеловать? – потянулась она ко мне.

Девка она с придурью, спорить я с ней не стал. Обнимаю, по привычке хватая за ягодицы, целую, пока она сама не отрывается.

– Веди себя хорошо, к незнакомым мужчинам не приставай, – сурово говорю я, чтобы скрыть свою растерянность.

– А к знакомым можно? – хихикнула Ленка. – Ты, я знаю, в Венгрию полетишь, у меня к тебе поручение.

Откуда она знает?? Это не афишируется, ведь на поездку в Венгрию нужно получить ещё формально добро после московских сборов. Пашка, на что проныра, и то я не уверен, что он знает все подробности. А тут Ленка знала и молчала! Чудеса! Подменили её что ли?

– Знаю! Папа сказал. Вот список, купи мне там кое-что, я дома деньги отдам, и она протягивает свернутый в рулончик лист бумаги.

– С какого пуркуа? – вырвалось у меня.

Глава 10

Глава 10

Я и не думаю брать в руки список.

– Лена, меня такси ждёт, пошёл я,– говорю наглой девушке.

– Угадал папа, когда сказал, что не будешь мне ничего покупать, – задумчиво сказала девчонка. – Ну и ладно. Ты это, купи у нумизматов в Москве немного мелочи венгерской, то ли форинты, то ли филлеры.

– Нам в гостинице выдадут командировочные, – вспоминаю я информацию с инструктажа.

– Это само собой! Но у них там, в аэропорту туалеты платные, а ждать пока все багаж получат и соберутся выезжать – долго, а так у тебя мелочь какая-то будет, – поясняет Ленка.

Перевариваю. Блин, ценная информация. Про платные туалеты информацией меня не удивить, а вот про то, что сходить в них не на что будет, я не подумал.

– Давай свой список, – тяну руку неожиданно для себя я. – Всё не куплю, но что-нибудь привезу.

Выхожу, такси ждёт, гружусь, и мы едем в аэропорт. Жесткого контроля в самолётах ещё нет, и в салоне моим соседом оказался мужик с початой бутылкой коньяка. Я недовольно поморщился, сейчас примет на грудь и начнёт приставать с разговорами. Но мужик оказался идеальным соседом, он сразу уснул и проспал до конца полёта, не тревожа меня и не просыпаясь даже на вполне приличный обед, которым нас покормили.

Между рейсами у меня три часа, вроде немало, однако успел я впритык. Мы немного опоздали с посадкой, да я ещё и уснул в аэропорту. Проснулся от толчка милиционера.

– Куда летишь, парень? – спросил он.

Я взглянул на табло.

– Ещё десять минут, и никуда, – пробормотал я и рванул на регистрацию и посадку.

А в самолёте на Ростов меня ожидал сюрприз. Сразу двое знакомых! Тренер по мотокроссу, и одноклассник – Серёга Бунин, сын нашей химички. Обоих в Ростове встречали, и меня предложили подвезти на машине два раза. Я вообще-то хотел зайти к родне в Ростове да в обком, но устоять против искушения доехать домой с комфортом не смог. Согласился на предложение бывшего одноклассника, и мы сели рядом, попросив поменяться местами моего соседа.

– Живу я в Москве у старшего брата, учусь в московской школе, – хвастал одноклассник. – Родители сказали, там образование лучше, и поступить проще будет. Если честно, пока не заметил особой разницы.

– А я боксом стал заниматься, мог даже в сборную республики попасть, – невесть зачем начал хвастаться и я, и добавил. – А по химии у меня четыре.

– Молодец! Не ожидал! – похвалил меня одноклассник, заставив поперхнутся соком. В отличие от прошлого рейса, тут не кормили.

«Ах да! Я же двоечник! – вспомнил я про себя. – Откуда ему знать, что остальные оценки у меня пятёрки?»

Болтая так весь рейс, мы вскоре приземлились в Ростове. И я понял, что не учёл разницу в климате. Тут было жарко даже в расстегнутом полушубке. Плюс два! Я ещё раз порадовался, что поеду на машине, там хоть раздеться можно будет, а в ПАЗике это было бы проблемой. Серёгу встречал отец, он хорошо меня знал, так как работал с моим отцом, но был трактористом.

– Толя, ты как на северный полюс собрался? – пошутил он.

Я завистливо поглядел на легкий, явно импортный, пуховик Серёги, и промолчал. В дороге опять заснул, люблю я это дело, поэтому проспал момент приезда домой. А довезли меня до самой калитки. Отец, по случаю выходного дня, был дома, и, поздоровавшись за руку с отцом Бунина, хлопнул по плечу и меня. Снежок, наша дворовая собака, попыталась грязными лапами испачкать мою дублёнку, но фиг-то там. Я был готов к этому. Бабуля тихо улыбалась, и, ничего не говоря, накрывала на стол.

Достаю подарки. Бабуле варенье из жимолости, говорят, оно давление понижает, отцу – оленину и тайменя. Орехи и шишки так выложил, но кому они нужны сейчас, стол ломится от еды. Во главе стола, а обедаем мы в зале, что бывает очень редко, – отец и литровая бутыль самогона. Батя ещё не пил с утра, и сейчас уже налил стакан, готовясь опробовать диковинного зверя и рыбу. Оленина ему не пошла, он и так избалован мясом, а вот малосоленый таймень просто изумил.

– Такой рыбки у нас на Дону нет, – категорично заявил он.

Пока разговоры, пока то да сё, подошла банька. Отец умотал к друзьям, а я, вдоволь напарившись, завалился спать, а хотел ведь корову подоить.

Проснулся по привычке рано. Акклиматизация.

На улице температура около нуля. Я разминаюсь во дворе по пояс голый, бабуля неодобрительно ворчит:

– Сибиряк.

– Ты чего в пять утра встала? Иди, досыпай, я сам корову подою, – говорю я, а у самого настроение – выше крыши. И не из-за нового года, а от того, что я дома, рядом – родные люди, а я молод и полон сил.

Тридцатое, воскресенье. Устанавливаем в доме настоящую ёлку, принесенную отцом. Мы всегда в конце года ставим, и стоит она у нас пока иголки опадать не начнут. Достаю коробку с ёлочными украшениями. Там они разносортные, купленные и наборами и по одной штуке, много чего уже разбилось, что-то надо чинить, как вот этого зайца, у которого сломалась прищепка, которой он крепится к ветке. Тут на шарике нет нитки, отматываю с катушки, продеваю через петлю, и – на ёлку! Отец принёс мне новогодний подарок, выданный им на работе. Надо же. Мандарины и шоколадка, ажно двести грамм. От бабули тоже в подарок шоколад, но в разновес, кусками. Есть у неё фронтовой товарищ с кондитерки в Ростове, он и подкидывает с оказией ей шоколад кусками. Бабушка его перетапливала, добавляла орехи, или делала иногда с корицей и молотой гвоздикой. Вкуснотища!

Собираюсь навестить друзей, в заначке ещё три бутылки коньяка. А быстро разошёлся ящик. Тем не менее, к Похабу и Кондрату идти с пустыми руками не хочу. Парни, кстати, не в курсе, что я приехал, а уж про мою поездку в Москву и Венгрию только бабуля и отец знают, а они не из болтливых. В сумку кладу бутылку, котлет, нажаренных бабушкой ещё вчера, немного вяленой оленины и домашний сыр. От солений гордо отказываюсь, у всех в деревне их полно. Иду сначала до Кондрата, он ближе. Бабуля сказала, что отец его сидит, пока суда не было, но средней тяжести ему грозит, как рецидивисту, лет пять. Пырнул кого-то по пьяни из дружков.

– Толян! Ну тебя откормили! И морда толстая и вырос с меня ростом! – обрадовался мне Кондрат. – Чё? Поперли тебя, или на каникулы?

– На каникулы, – усмехнулся я.– А ты куда собрался?

– В гости, и вот тут ты вовремя! Тебя сильно не хватает! К Ритке Баранниковой приехали подружки на Новый Год из института, звали сегодня в гости! Похаб уже там должен быть!