Иванна Осипова – Роза в хрустале (страница 38)

По старой привычке, Стефан тщательно запомнил все сведения. Затем вынул свой кинжал из тела наместника, аккуратно вытер и спрятал в сапог. Мысли о сыне не покидали мага. Успел ли Скай уйти или во дворе его схватили? Скорее всего успел, иначе его привели бы назад, в кабинет. И Дарион… Не сомневался, что Люций не лгал, и действительно отправился вытаскивать Ри, но помочь могло лишь чудо. В очередную страшную историю попали Фолганды и как выбираться из передряги Стефан пока не представлял. Непривычно для него было оставаться на месте, когда остальные действовали.

Охранники начали приходить в сознание, подскочили, выставив вперёд оружие и удивлённо смотрели на северянина, что спокойно сидел за столом, точно дожидаясь чего-то.

— Где твой сын?!

Они наперебой орали над ухом Фолганда, хватая того за плечи, пересыпая речь ругательствами и оскорблениями. Стефан не отвечал, поморщившись медленно отодвинул руку одного из хриллингурцев.

— Буду говорить с Эльсвером.

Не добившись ответов, охранники связали магу руки и сели возле дверей, не спуская глаз с Фолганда. Через полчаса оба начали клевать носом и зевать. У всех выдалась бессонная ночь. И Стефан потратил время на отдых, успокоившись с помощью дыхания и заснув быстрым сном, из которого он всегда легко выходил в случае опасности. Он продолжал слышать всё происходящее в комнате — тяжёлое дыхание охраны, отдельные слова из пустых разговоров, но тело восстанавливало силы. Только стихии тревожили мага. Внутри спутались потоки и причиняли несильную, но неприятную боль в груди, а оборванные связи с внешними энергиями, порождали чувство опустошения. Казалось, что не хватает чего-то очень нужного прямо сейчас. Это походило на жажду, которую невозможно утолить. Очень нехорошо, но у Стефана в запасе было несколько ментальных схем. За пять лет он разучил их вместе со Скаем, пытаясь понять, как работает магия сына.

Шаги на лестнице и в коридоре он услышал раньше охраны. Открыл глаза, запихнув в самый дальний уголок души все тревоги и боль за детей, растерянность и метания. Южане увидят Фолганда — силу и честь земель.

Вошли Эльсвер и госпожа Ридена. Стефан моргнул, посмотрел на тело её мужа, распластанное на ковре. Неприятная ситуация, но маг поднял взгляд и не отводил его от лица женщины.

— Вот, — зло бросил Эльсвер. — Северяне во всей красе, — он старался сохранить спокойствие, но от Стефана не укрылось, что глава в ярости и чем-то обеспокоен.

Госпожа Грант поднесла пальцы к губам и стало заметно, как у неё дрожат руки, некрасивое лицо исказило горем. Она застыла над телом мужа, а глазами сверлила Фолганда. Обвиняюще и гневно, не понимая, почему он сделал это. А маг, молча, чуть заметно покрутил головой, отрицая вину. Эльсвер взял под руку Ридену, её искривлённые губы шептали одно слово — «убийца».

— Не беспокойтесь, моя милая. Преступление не останется безнаказанным. Я лично прослежу за судом. Сейчас будет много дел, но я готов взять на себя ответственность за провинцию.

Она почти вышла в коридор, но замерла удивлённо подняв на Эльсвера взгляд.

— Совет уже избрал вас?

— Формальность, дорогая Ридена. Все главы поддерживают мою кандидатуру. Осталось обговорить детали на Совете. Не волнуйтесь о мелочах. Берегите себя. Мои люди помогут вам с прощанием.

— Ах, а тело? — она порывалась вернуться, будто сама желала вынести мертвеца.

— Я лично распоряжусь.

Выпроводив вдову, Эльсвер выгнал охрану в коридор и прикрыл дверь.

— Где твой мальчишка, Фолганд?! — он перестал скрывать ярость, больше не сдерживал нервное возбуждение, заставляющее его метаться по комнате. — И в какую нору забился грязный раб? Мой раб! — он опёрся о стол, широко расставив крепкие руки и смотрел с такой ненавистью, что мог бы прожечь мага насквозь.

— Твои условия, Ринн? — Стефан и внимания не обращал на брюзжание южанина.

Услышав слова Фолганда, Эльсвер наклонился ниже к магу, который так и сидел связанный за столом.

— Кто тебе сказал, что я хочу сделку?

— Любой на твоём месте желал бы.

Выпрямившись, Эльсвер прошёлся по комнате, походя пнул носком сапога тело наместника, словно позабытое здесь навсегда.

— Надо подумать. Конечно, у меня почти есть всё то, что я мог бы назвать, но… Допустим, Хриллингур, жизнь опозоренного раба и твоя дочь, — он улыбался с издёвкой и, прищурившись, следил за лицом мага.

Стефан молчал, выпрямился, губы сжались. Наконец, Фолганд опустил плечи и откинулся в кресле, чувствуя, как нестерпимо заболела спина, а стихий для исцеления невозможно собрать.

— Я должен подумать, Эльсвер, — глухо ответил он.

Ринн презрительно усмехнулся, пригладил волосы и позвал охрану.

— Возьмите ещё двух парней и отведите мага вниз. Кормить один раз в день. Ждать моих указаний.

Стефана подняли и повели. Глава дома Дес`Ринн проводил их взглядом, бросив пленнику в спину:

— Независимо от твоего ответа. Не думай, что сможешь уйти от суда за убийство, Фолганд. Наместник, мои люди… Ты и твой щенок заплатите за укрывательство преступника-раба и сопротивление власти.

Приостановившись, старший маг чуть повернул голову в сторону врага, смотря через плечо.

— А власть — это ты, Ринн? — тяжёлая пауза повисла между ними. — Тогда само собой. Фолганды оплатят долг.

Его увели, а хриллингурец продолжал испытывать на себе ледяной взгляд синих глаз лорда-мага. Полоснуло острыми льдинками. Он не знал, но где-то глубоко в подсознании чувствовал, что эти глаза видели недоступное смертному, может быть само Великое Древо, большое Древо, перед которым не стоял ни один южанин, но считал его своим прародителем. Пресыщенный жизнью и опытом, Эльсвер ощутил опасность от того, кто мог так смотреть и кто, несомненно, прошёл через невыносимые испытания, оставшись в живых.

С древних времён на юге считали Фолгандов чем-то иным, чужой нелюдью, пришедшей на земли Хриллингура и захватившей собственность пяти родов. И теперь, глазами Стефана Фолганда, на Ринна взглянула потусторонняя тварь, не имевшая ни своего лица, ни имени, или, напротив, слишком многоликая, чтобы показать истинный облик. Страх на мгновенье постучал в сознание южанина множеством костистых тонких лапок, застрекотал белой пустыней. Эльсвер тряхнул головой, прогоняя видение. Ничто не остановит его в желаниях. Он единственное право в Хриллингуре и тот, кто вернёт собственность кланов законным владельцам. Глава рода Дес`Ринн всегда получал то, что хотел.

39

Подавив в себе тревогу за отца и даже за Дариона, младший маг заготовил несколько ментальных схем для отвлечения южан, и осторожно спустился во двор. Дом наместника казался опустевшим. Солнце медленно поднималось над городом, но среди высоких стен лежали плотные тени. У конюшни, прислонившись к стене, сидел молодой парень и дремал. Скай вовремя заметил его, выглянув из двери дома, прикрыл глаза быстро сосредотачиваясь. Пользоваться ментальной магией сложнее, чем стихийной. Она требует отрешённости и большей концентрации. Второй магии Скай и не знал, но как работает механизм сбора сил и создание схем представлял чуть ли не лучше стихийных магов.

Не таясь, он вышел во двор и поместил себя в схему, помогающую оставаться незаметным, но долго она не могла продержаться. Быстрым шагом он подошёл к конюшне и проскользнул внутрь, чувствуя, как разрушается схема. Слишком быстро истаивала структура, созданная с таким трудом. Это было неправильно и требовало осмысления. Возможно, на ментальную магию подействовали те силы, что блокируют магию стихий. Почуяв чужого лошади беспокойно задвигались, забили копытами, нервно переступая. И тут Скаю пришлось потратить время на ментальный контроль, чтобы оседлать одну из лошадок. Дальше скрываться он не стал и стремительно покинул дом наместника, успев заметить, как удивлённо смотрит парень возле конюшен. Поражённый такой наглостью, тот не сразу поднял тревогу. А Скай нёсся по улицам Хриллингура в сторону западной окраины. Главным было выбраться на свободу из лабиринта бесконечных стен.

Новая мысль смешала все планы, резко развернув лошадь, Скай направился к дому Эльсвера. Зарево он заметил раньше, чем оказался на боковой улочке рядом с домом. В широко распахнутых воротах подворья метались слуги, а внутри среди дыма и огня чернели остатки конюшни и других построек. Люди кричали, лошади носились по двору и соседним улицам. Скай отступил дальше от опасного места, привязал лошадь и крышами добрался до кланового дома. Сверху происходящее выглядело впечатляюще. Полыхали не только пристройки, огромным факелом горело дерево рядом с хозяйским домом, из верхнего окна вырывались языки пламени и дым. Плоская крыша казалась огромным костром с проплешинами задавленной защитой магии, но Скайгард сразу понял, что именно там огонь безопасен, создавая иллюзию ужасающего пожара.

— По всем дорогам. В лес, в поселения, в кроны! — какой-то мужчина стоял посреди задымленного двора и низким тяжёлым голосом раздавал приказы. — Брат вам головы свернёт, если не найдёте девку и мага!

Его слушали, выкрикивали что-то неразборчивое, слуги и родичи уже были в сёдлах, группами исчезали в разных концах городских улиц. Больше Скай тянуть не стал. Пора в дорогу. Следовать подсказке Люция. Он улыбался, покидая Хриллингур.