Иванна Осипова – Хранители Фолганда (страница 15)

Поджав губы, старик пригласил их в кабинет. Скай не собирался оставлять отца наедине с Мальтусом. Никто не препятствовал этому.

— Фолганд? — переспросил антиквар. — Из тех самых?

— Да, — ответ был кратким. — Мы расследуем дело об убийстве коллекционера.

— Слышал, — старик сел за письменный стол, лицо выражало спокойную приветливость. — Господин Грэм покупал у меня несколько вещиц.

— Книги? — Стефан решил не упоминать страницы из коллекции.

— Нет. Золотые статуэтки. Шкатулку.

Глядя на отца и Мальтуса, Скай немного растерялся. Он думал, что отец пришёл из-за него, а оказалось, что проводит расследование. И почему Фолганд допрашивает мага о каком-то коллекционере. Какие общие дела могут быть у этих двоих. А Мальтус не удивлён совсем и оказывается часто продаёт вещи. Теперь ясно, зачем столько людей бывает в доме.

— Я смотрел реестр магов, — перешёл к другой теме Стефан. — Вас там нет.

Сцепив руки, Мальтус посмотрел на Ская, скривил губы. А тот испугался — вот сейчас отец рассердит старика и с обучением можно будет распрощаться.

— Моё имя там есть. Настоящее имя. Но я не обязан раскрывать его каждому встречному.

— Я лицо официальное, — напомнил Фолганд.

— Вы отец моего ученика, — вкрадчиво ответил антиквар. — Не более того. Мальчик ушёл из семьи, и вы пристрастны. Официальное лицо не должно быть заинтересовано… Вы же сами прекрасно знаете.

Да как смеет этот горожанин говорить с отцом подобным образом, однако, Скай облегчённо выдохнул — Мальтус не собирается отказываться от него, да ещё так ловко указал отцу его место. Сердце разрывало на части. Вероятно, Фолганд в ярости и выйдет ссора.

— Напомню, что я расследую убийство, — если маг и был в гневе, то ничем не выдал своих чувств.

— Какое отношение имеет убийство коллекционера к моим занятиям магией и имени в реестре? — губы старика растянуло усмешкой. — Моё право молчать об этом. Что касается Скайгарда, то прийти ко мне — выбор самого мальчика. Я правильно понимаю, что ему шестнадцать.

— Почти семнадцать, — Скай поспешил уточнить.

— По законам Фолганда и вашего брата, между прочим, он совершеннолетний, — ядовитая насмешка стала неприлично откровенной.

Фолганд неожиданно сдался.

— Вы правы, — напряжённые тонкие пальцы вцепились в кресло, лицо застыло маской. — Каждый имеет право на свободный выбор. И я учил Скайгарда за свой выбор отвечать. Правда, сынок?

Сжавшись под тяжёлым взглядом отца, Скай кивнул. Фолганд действительно сильно зол. Смотрит холодно, как на чужого. Лорда унизили при сыне и виноват он, Скай. Отец не захочет видеть его. Обратного пути домой нет.

— Пришло время проверить насколько хорошо усвоен урок.

И Стефан Фолганд покинул дом антиквара.

16

Не всё просто в доме антиквара — это Стефан понял и за недолгую беседу с Мальтусом. Во многом старик врал. Магией в доме и не пахло, буквально не улавливалось запахов чужой силы. Стефан проверил сразу же, как вошёл в дом — ни запахов, ни фрагментов схем. Маг всегда сможет узнать собрата по ремеслу.

Ясно, что старик дурит мальчишке голову и пытается обмануть самого Фолганда. Наивный юноша легко пошёл за старым лжецом, сыгравшим на чувствах. Пришлось подыграть в ответ — ничего, немного охладит горячность Ская.

Для Стефана оставалось загадкой, кто помог Мальтусу с чарами. Возможно, всё было наоборот, и это антиквар помогает чужому магу, скрытому в тени. Когда придёт время, то маг объявится, но в каком состоянии будет Скай к этому моменту. Старая схема зачарования разрушена. Выстроить новую очень легко.

Днём маг продолжил заниматься расследованием. С Шауном они обсудили итоги посещения Мальтуса, и Энвар согласился, что к старику следует присмотреться. Младшие служащие составили список антикваров. Напарники честно разделили его на две равных части и отправились по адресам.

Уставший Стефан вернулся домой, когда на улицах горели фонари. Без Ская дом потерял часть тепла и света. Шустрая Фрейя освещала жизнь семьи радостным смехом, который словно сделался тише — она скучала по часто вредному и мрачному брату. Маргарита, сдержанная и закрытая, теперь перестала улыбаться вовсе. Маг видел, что и Вельда держится пока дети рядом, а наедине уголки губ опускаются, взгляд рассеянный. Но что они могут сделать с глупым мальчишкой, принявшим решение изменить жизнь.

— Я хочу поговорит о Скае, — старшая дочь решительно разбила тишину в столовой.

Они ужинали в молчании, которое перестало нравится даже гувернантке. Госпожа Гэфни переживала за Ская не меньше родных. И с удивлением обнаружила, что ей не хватает шалостей Фрейи. А огненная девочка последние дни вела себя тихо и примерно.

Стефан чуть заметно указал взглядом на Фрейю. Маргарита поняла и замолчала. После ужина маг попросил гувернантку почитать с девочкой книгу, а сам расположился в гостиной. Огромный черный ворон сел на плечо, требуя внимания и рассказывая свои истории.

— И ты скучаешь, Черныш, — маг взъерошил пёрышки на груди птицы. — Знаю.

Птица перелетела ближе к камину, на любимое место с древних времён. Вельда молча встала позади кресла, положила руки на плечи мужа. Разговор обещал быть серьёзным. Семейный совет Фолгандов, всегда проходивший по радостным поводам, сегодня начался в напряжённом ожидании.

— Когда Скай вернётся? — дочь не стала обходить стороной главный вопрос.

— Твой брат отказался уходить, — собрав все силы, чтобы сохранить спокойствие, ответил Стефан. — То, что я увидел… Скай должен сам разобраться в себе. Понять, кто рядом с ним. Иначе мы останемся для него врагами.

Маргариту ответ не устроил. Она знала, что брату плохо, тревожило неясным предчувствием беды. После ночи в парке, где она столкнулась с туманом и человеком в тёмном, сны девушки стали беспокойными. Часто Ри видела брата, сидящего вдали на камне, а туман приближался к нему, поглощая скрюченную болью фигурку. Сердце сжимало холодом, а запах прелой листвы не покидал и после пробуждения. Так и не призналась отцу, что Скай уходил из сада, а она бежала за ним. Сотни раз говорила себе, что должна рассказать правду. Может быть теперь пришло время. Она ничем не навредит брату и не подведёт его.

— Забери его, отец. Пусть силой, — воспоминания о тумане возродили тревогу. — Заставь, прикажи словом Фолганда. Как угодно!

Родители переглянулись. Эмоциональность Маргариты удивляла и немного пугала. Всегда разумная и рациональная, она внезапно требовала от отца отступить от хорошо известных ей принципов.

— Ри, ты же знаешь, я не люблю такого насилия. Никогда не использовал внушение и не стану. Против сына тем более.

— Ты и меня бы оставил в опасности? — не понимала и принять не могла спокойствия отца, а мама сделает так, как решит маг и не может стать союзником.

— Ри, — Белка попыталась остановить дочь от необдуманных слов, обычно они легко понимали друг друга. — Очень трудно спасти того, кто этого не желает.

Вельда сжала плечи мужа, ожидая острой реакции, но Стефан оставался холоден, и только боги Фолганда знали, чего ему это стоило, какие внутренние силы приходилось искать каждую минуту. Новый жертвенник изобрела для мага судьба. Каждый день всходил на него, а не раз в сорок дней, как при ревнителях лика.

Он внимательно смотрел на Маргариту, внезапно осознав, что за колкими словами стоит нечто большее. Девочка недоговаривала, зная скрытое от них с Вельдой. Положил ладонь на руку жены, успокаивая.

— Рассказывай, Маргарита, — говорил вроде бы мягко, но с повелением в голосе.

Закусила губу — семейная привычка, что у Фолгандов, что у Вельды — молчала, но не посмела ослушаться отца.

— Скай сбежал из сада накануне прогулки у озера.

— Я знаю, — Стефан не скрыл сдержанной улыбки. — И ты ходила за ним.

— Ты знал?! — она вспомнила, как лгала отцу, глядя прямо в глаза, а он ничем не выдал себя, какой стыд. — И ничего не сказал, — румянец разлился по лицу Маргариты, никогда она не чувствовала себя настолько неловко.

Захотелось скрыться, спрятаться. Стефан осторожно высвободился из рук Вельды, подошёл к диванчику, где сидела дочь. Ри опустила голову, придавленная проступком. Первый раз солгала ради брата.

— Не переживай так, Ри, — отец сел рядом, обнял. — Я понимаю, почему ты лгала мне. Ты любящая сестра и остаёшься хорошей дочерью. Мы не сердимся на тебя, а совесть тебя уже наказала. Постарайся больше не скрывать от меня ничего. У Фолгандов слишком непростая судьба, чтобы врать друг другу. Это может привести к беде. Ты видела что-то особенное в ту ночь?

Тяжесть вины ушла. Положила голову на плечо отцу. Вельда села с другой стороны от дочери, взяла за руку. И стихии одни на всех. Тепло, безопасно в единстве магов. И как Скай мог добровольно лишить себя такой любви. Всё дело в стихиях, возможно, которых он не чувствует. Но тепло и любовь не зависят от магической практики. Они с братом всегда знали, что любимы, всей душой чувствовали сколько помнили себя. Сердца родителей всегда открыты для них. Что же случилось со Скаем, если с готовностью покинул родной дом. Неужели настолько сильно в нём желание раскрыть дар.

— Скай сидел в парке. А потом я отвлеклась. Сильный туман помешал рассмотреть говорил ли кто с ним. Тумана становилось больше и больше. Ощутила опасность и набросила щит, как ты учил, приготовилась к атаке.