Иванна Кострико – Космический ветер (страница 4)

– Что происходит? – задал вопрос Гардарик.

– Диверсия. На станции и в составе экипажа корабля есть перерожденные сотрудники и члены команды. Как ни жаль, но в том числе и среди твоих бойцов, – пояснил Командор. – Подозреваем, что все они управляемые. Наша задача в первую очередь выяснить, кто кукловод, а во вторую – обезвредить тех, кто попал под влияние чужой воли.

Гардарик и его ребята рассредоточились по рубке и уже вовсю изучали данные мониторов, на которых была выведена информация.

– Твою мать! – выдохнул Палех, один из бойцов, вчитываясь в физические показатели перерожденных, полученные Ланкой.

– Горячку не порем, – вынес решение Гардарик. – Командор, отмени приказ о блокировке дверей. Они еще не знают, что мы их обнаружили. У нас есть некоторое время, в течение которого мы должны найти их слабые места и попробовать выявить кукловода.

– Есть изменения в аэронавигационных приборах и также зафиксирована некорректная работа ядерного мегаваттного реактора, – как гром среди ясного неба раздался голос старшего навигатора Пахтора. – А у нас впереди межгалактический переход. Если мы не успеем отремонтировать установки, то и сам покровитель Торохор не скажет, куда мы вылетим. А если в навигационные приборы занесены новые данные, то, скорее всего, нас вместе со станцией пытаются похитить. Надо все проверять. Один из механиков, тот, что в списке, сейчас на посту. Если навигацией мы можем заняться из рубки, и этого никто не увидит, то с реактором сложнее. С ним надо разбираться только в отсеке.

В рубке повисла гробовая тишина. Все посмотрели друг на друга.

– А что у нас есть? – задал риторический вопрос Гардарик. – А у нас есть почти полная станция перерожденных аборигенов, плюс несколько моих бойцов, способных уничтожить любого на корабле. И фактически нет времени для выявления их слабых мест. Значит, будем биться до последнего.

– Могу добавить к этой невеселой картине, что перерождение идет в течение нескольких минут. Время, скорее всего, зависит от видовой принадлежности. Но как оно протекает – неизвестно. Ясно одно, что с помощью механического воздействия, – припечатала Ланка. – Но вы рано надеетесь на скорую и славную кончину, зная ваше стремление к жизни. Вы же, как Гастелло, пойдете на таран в случае необходимости. А мы забаррикадируемся в рубке и будем через мониторы смотреть, как славный дрол Гардарик с победным криком самураев «Банзай», размахивая мечом, несется на вражеские ряды.

– Лана, не до шуток, – оборвал девушку дрол Стох.

– В каждой шутке есть доля шутки, – парировала Ланка. – И я совсем не шучу, а подозреваю, что перерождение происходит путем попадания крови уже зараженного организма в новое тело через раны. Поэтому настоятельно рекомендую в бой вступать в одежде, которая смогла бы максимально защитить бойцов. А зная, как выглядят боевые костюмы службы безопасности, на ум приходит только сравнение с самураями.

– Ланочка, девочка, ты никогда не выйдешь замуж. Женщина, которая говорит неприятные вещи, беда для мужчины, – ехидно ответил Гардарик.

– Как скажешь, тренер. Я, конечно, могу вспомнить древний обычай моей планеты и вообще не говорить новости, дабы избежать казни. Но в таком случае, боюсь, наказывать меня будет уже некому. Ну или как вариант все мы славно или бесславно превратимся в монстров, и кто что сказал уже будет совсем неважно.

– Не паникуем. Работаем быстро и слаженно. Пахтор, занимайся навигацией. Перепроверить все данные и ввести правильные показатели, – раздался спокойный голос Командора, останавливая перепалку между Гардариком и Ланой.

– Есть.

– Лана, пытаешься выяснить слабые места этих мутантов.

– Есть.

– Гардарик, отправляешь своих парней и Хортора в реакторный отсек. Дежурного механика разрешаю уничтожить, но реактор привести в порядок. Там и останетесь во избежание прорыва к реактору.

– Подождите, – попросила Ланка. – Не отправляйте ребят. У монстров, по-моему, есть ментальная связь. Бойцы нападут на механика, и сразу все станет известно остальным измененным. Мы не удержим всю толпу перерожденных. Давайте я проведу хотя бы основные тесты.

– Логично. У тебя час, – продолжил раздавать указания сканд. – Эрдиан! Последняя наша остановка была у планеты Туруси. Мы там почти две лиги стояли. Все члены экипажа и станции выходили на поверхность. А при входе на корабль всех всегда сканируют. Проверь, перерождение началось после нашей остановки или уже были незначительные изменения до нее. Дрол Стох, подготовьте список всех биологических объектов, которые были погружены на станцию на этой планете.

– Вот я так и знал, что с этой мерзкой планетой не все в порядке, – зло процедил сквозь зубы Гардарик. – И жители на этой планете дерьмо. Все к моим парням цеплялись, так что последнюю лигу мои и не выходили.

В рубке опять повисла тишина. Все напряженно работали. За плечом у Ланки стоял Палех. Он, как и Гардарик, был волотом. Генетически волоты были очень близки к людям. Да и по легендам, которые сохранились у этой расы, они когда-то жили на Земле, а потом каким-то образом ее покинули и поселились на планете Свернох, отличавшейся суровым климатом и населенной более прогрессивными, но воинствующими расами, чем Земля. Поэтому и развитие у волотов пошло по более ускоренному типу. Они по праву считались самыми лучшими бойцами в своей галактике. И Федерация с удовольствием нанимала их на работу именно в службу безопасности. Палех был одним из самых симпатичных представителей своего народа. Великан, наделенный огромной силой, с грубыми чертами лица, придававшими ему мужественности, Молодой мужчина давно и ненавязчиво ухаживал за Ланкой. Из-за этого у него были довольно напряженные отношения с Хортором, который ревностно оберегал свою малышку от поползновений представителей мужского пола. Вот и сейчас долихостем с неудовольствием наблюдал, как Палех смотрит на экран монитора через Ланкино плечо, но в присутствии начальства молчал. Хотя в букмоле они уже сцепились бы.

– После отлета с планеты Туруси видоизменений, даже незначительных, ни у кого не наблюдалось, – раздался спокойный голос Эра.

– Проверь список биологических объектов, которые мы получили на этой планете, на наличие разума. Возможно, в какой-нибудь амебе он присутствует, и она может думать, а мы ее воспринимаем как безмозглое существо или десерт, – последовал приказ Командора.

– Я устранил неисправность и запустил восстановление навигационных систем с резервного источника. Но на это понадобятся сутки, не меньше. До начала перехода этого времени будет достаточно, – отрапортовал Пахтор. – Дело за реактором.

Лана вводила показатели за показателями, и с каждой минутой ее настроение все ухудшалась.

– Проверь газы, – тихо на ухо сказал ей Палех.

Парень стоял за креслом девушки и с напряжением следил за цифрами, появляющимися на экране монитора. Одно его присутствие успокаивало Лану. Ведь введенные данные не принесли положительных результатов. И на нее накатывало отчаяние. Она краем глаза наблюдала за картинкой в прямом эфире и видела, в каком виде вышел из туалета Корнеевич. Глаза пустые, движения неестественные. Возможно, такое состояние лишь в первый момент, а потом он привыкнет и ничем не будет отличаться от себя прежнего. Ведь остальных членов экипажа и сотрудников станции никто не заподозрил в изменениях. Значит, они вели себя естественно или почти естественно. Но жить без эмоций, и чтобы тобой управляли… Нет, это не для не. У Ланки совсем не было желания становиться таким монстром. Палех будто чувствовал состояние землянки и поэтому не отходил от нее. И Лана испытывала к нему признательность. Их, конечно, учили в академии справляться со стрессовыми ситуациями. Но она была девушкой, и гораздо легче ей было, когда чувствовала рядом поддержку, пусть и молчаливую. Ответственность, свалившаяся на нее, немного напрягала и заставляла нервничать. А Палех своей обворожительной улыбкой и почти невесомыми прикосновениями создавал чувство защищенности.

– Они неубиваемые, – с тоской заметила Лана.

– Озвучьте промежуточные результаты, – тут же раздался голос дрола Хаунда.

– Ничего утешительного, – начала Лана, – на яды они не реагируют. Такое впечатление, что их организм – это один большой антидот. Регенерация поврежденных органов проходит в считанные секунды. Даже отрубленная рука вырастает за две-три минуты. На данный момент я установила, что прекращение жизнедеятельности наступает при отсечении головы и при прямом ударе в сердце холодным оружием. Причем это холодное оружие вытаскивать из сердца нельзя в течение десяти минут.

– А что с огнестрельным оружием, – внимательно выслушав Ланку, задал вопрос Гардарик.

– То же самое. Любой снаряд, попавший в тело, отторгается им в считанные секунды. Лазерное оружие не задействуешь. Лучи проходит сквозь них, не причиняя никакого ущерба. Даже как щекотку не воспримут. И вот получила результаты по газам. К газам они тоже невосприимчивы, даже без кислорода могут существовать несколько лиг. В общем, универсальный солдат плачет в сторонке перед таким его усовершенствованным аналогом.

– Хорошее пушечное мясо, – пробурчал Гардарик. – Надо научиться такими управлять и пускать их впереди отряда во все разведки.